×

Адвокатура и суд

1 декабря в Большом зале Центрального дома ученых РАН состоялась VI ежегодная научно-практическая конференция «Адвокатура. Государство. Общество»
Материал выпуска № 24 (65) 16-31 декабря 2009 года.

АДВОКАТУРА И СУД

1 декабря в Большом зале Центрального дома ученых РАН состоялась VI ежегодная научно-практическая конференция «Адвокатура. Государство. Общество»



Организаторами конференции выступили Федеральная палата адвокатов РФ, Институт государства и права РАН, Институт адвокатуры МГЮА и Российская академия адвокатуры и нотариата. Обсуждались проблемы, связанные с осуществлением защиты в суде присяжных, а также роль этой формы судопроизводства в российской судебно-правовой системе.

Одной из главных тем дискуссии стал вопрос о компетенции суда присяжных. Вице-президент ФПА РФ, член Общественной палаты РФ Г.М. Резник сообщил, что Общественная палата РФ направила в Государственную Думу ФС РФ и Президенту РФ законопроект, предусматривающий расширение компетенции суда присяжных.

В конференции приняли участие руководители адвокатской корпорации и общественных организаций адвокатов, представители Государственной Думы ФС РФ, Правительства РФ, Государственно-правого управления Президента РФ, Генеральной прокуратуры РФ, Счетной палаты РФ, Министерства юстиции РФ, Министерства внутренних дел РФ, аппарата Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, руководители научных учреждений и высших учебных заведений, руководители и члены адвокатских палат субъектов РФ, видные ученые-юристы.

Открывая конференцию, президент ФПА РФ Е.В. Семеняко подчеркнул, что проблема суда присяжных, как и в целом проблема осуществления правосудия в России, является весьма острой. Поэтому адвокатура, как институт правового государства и судебно-правовой системы, уделяет самое серьезное внимание вопросам, связанным с рассмотрением дел судом с участием присяжных заседателей и с его ролью в обеспечении конституционных прав граждан.


Недемократичная поправка


Вопрос о компетенции суда присяжных заседателей особенно активно обсуждается с начала 2009 г., в связи с принятием Федерального закона от 30 декабря 2008 г. № 321-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам противодействия терроризму», которым из-под юрисдикции этого суда был выведен целый ряд преступлений.

Федеральная палата адвокатов РФ высказала свое отношение к данной проблеме в опубликованном в начале 2009 г. докладе «Обеспечение прав и интересов граждан при осуществлении уголовно-правовой политики в Российской Федерации». С этим докладом ФПА РФ обратилась к государственным органам, общественным организациям и средствам массовой информации.

Как отмечено в докладе, предусмотренное Законом № 321-ФЗ повышение верхнего предела наказаний за ряд преступлений против общественной безопасности и порядка управления с одновременным исключением из компетенции суда присяжных дел по обвинению в этих преступлениях привело к тому, что наказания в виде лишения свободы на срок до 20 лет и пожизненного лишения свободы назначаются без учета мнения представителей общества. ФПА РФ охарактеризовала эту поправку как недемократичную и не соответствующую духу Конституции РФ.

Кроме того, в соответствии с Законом № 321-ФЗ присяжные устранены от рассмотрения дел по обвинениям в таких преступлениях, как государственная измена и шпионаж, по которым в 2007–2008 гг. с участием присяжных не было вынесено ни одного оправдательного приговора. Тем самым гражданам России, имеющим в силу ст. 32 Конституции РФ право участвовать в отправлении правосудия, отказано в доверии авансом, без видимого повода к недовольству выносимыми ими вердиктами.
 
Исходя из того, что право на суд с участием присяжных заседателей составляет важную гарантию прав подсудимого, повышает его защищенность от необоснованного осуждения, ФПА РФ считает целесообразным расширить, по сравнению с существующим, круг дел, подлежащих рассмотрению с участием присяжных заседателей.

Представитель ФПА РФ в Конституционном Суде РФ Ю.А. Костанов, в 2007 г. в составе независимого экспертно-правового совета участвовавший в подготовке отрицательного заключения на проект закона № 321-ФЗ, отметил, что ограничение компетенции суда присяжных противоречит, в частности, ст. 32 Конституции РФ, устанавливающей право граждан участвовать в отправлении правосудия. Кроме того, Закон № 321-ФЗ не содержит переходных положений, что нарушает права тех, кто подал ходатайство о рассмотрении дела судом с участием присяжных заседателей до вступления этого закона в силу.

Такая проблема возникла, например, у двух обвиняемых (из Нальчика и Казани), которым уже после вынесения постановления о проведении предварительного слушания было отказано в рассмотрении дела судом присяжных на том основании, что вступившим в силу законом № 321-ФЗ эти дела были выведены из-под его юрисдикции. В связи с этим поданы две жалобы в Конституционный Суд РФ.

Опровергая распространенное мнение о некомпетентности присяжных, Ю.А. Костанов обратил внимание участников конференции на то обстоятельство, что не существует ни одного дела, приговор по которому был бы отменен по их вине. Основанием отмены приговора, вынесенного на основании вердикта присяжных, во всех случаях является нарушение уголовно-процессуального закона, допущенное председательствующим судьей. Поэтому возникает вопрос: «Зачем же отдавать правосудие на откуп таким судьям, которые допускают нарушения закона?»

Наиболее прогрессивная форма судопроизводства

Общественная палата РФ, которая также высказывала критические замечания в отношении закона № 321-ФЗ и дала отрицательное заключение на его проект, выступила с важной инициативой – направила в Государственную Думу ФС РФ и Президенту РФ законопроект, предусматривающий расширение компетенции суда присяжных путем включения в нее, в частности, дел о неквалифицированных убийствах, нанесении тяжких телесных повреждений, повлекшем смерть, взятках и обороте наркотиков.

Представляя участникам конференции новый законопроект, Г.М. Резник привел убедительные аргументы в его поддержку и в пользу укрепления института присяжных заседателей.

Суд присяжных независим – выносит вердикт на основе собственного убеждения, тогда как профессиональные судьи абсолютно запуганы: «Они просто боятся выносить объективные, беспристрастные решения, потому что люди в погонах и подкупленные журналисты тут же обвинят их в коррупции. Либо они боятся прекращения статуса – мы знаем, что принципиальные, независимые судьи вынуждены были расставаться со своей работой».

В суде присяжных, в отличие от профессиональных судов, действует презумпция невиновности. Нормы права формальны – законодатель имеет в виду «среднего» человека, рассудительного, волевого, способного противостоять неблагоприятным обстоятельствам. Но человек может быть и безрассуден, и слаб. Когда он предстает перед судом присяжных, «правда юридическая проверяется житейской правдой, и если она расходится с житейской, присяжные выносят оправдательный вердикт».

Например, недавно в Рязани суд присяжных оправдал человека, который обвинялся в том, что из корыстных побуждений заказал убийство собственного сына. Причем факт заказа был полностью доказан.

У подсудимого – пенсионера – умерла жена, после чего открылось наследство. По версии обвинения, ради этого наследства он и заказал убийство. Но в роли киллера выступил сотрудник милиции, который скрытой камерой записал, как обвиняемый просит убрать сына из этого мира и твердит: «Он меня достал, он меня достал!»

Адвокат обратил внимание на то, что его подзащитный готов был заплатить киллеру 100 тысяч, в то время как наследство оценивалось максимум в 40. Следовательно, корыстный мотив в его действиях отсутствовал. По словам подсудимого, его подпоили и подтолкнули на преступление друзья сына – он не понимал, что делает. Было очевидно, что перед камерой он вел себя неадекватно, однако экспертиза доказала его вменяемость. Единственным объяснением поведения подсудимого в такой ситуации стала версия адвоката: его подзащитный был приведен в состояние, когда не мог отдавать себе отчет в своих действиях.

Версия защиты не была опровергнута, корыстный мотив не доказан, и присяжные вынесли оправдательный вердикт, так как все неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого.

«Я призываю всех к тому, чтобы эта наиболее прогрессивная, наиболее соответствующая духу правосудия форма судопроизводства все шире внедрялась в нашу жизнь», – сказал в заключение Г.М. Резник.



Дискуссия

Деятельность адвоката-защитника в производстве по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей, обсуждалась в процессуальном и этическом аспектах.

В.Ф. Анисимов, президент Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, заведующий кафедрой Югорского государственного университета, выделил основные моменты, на которых должен сосредоточиться защитник в процессе.

Во многом определяющей для стороны защиты является стадия формирования коллегии присяжных. Нужно учитывать, что если суд находится в муниципальном образовании с небольшой численностью населения (менее 40 тыс. человек), то очень сложно выбрать из общего и основного списков 12 человек, которые не были бы знакомы и не приходились друг другу родственниками. В связи с этим адвокат должен активно пользоваться своим правом на отвод по отношению ко всем тем кандидатам, которые внушают ему подозрение в необъективности.

Далее, адвокат должен подготовить свидетелей со стороны защиты – ознакомить их с вопросами, которые будет им задавать в судебном заседании, и устранить противоречия в их показаниях. Выступая с речью перед присяжными, защитник должен индивидуализировать подсудимого, раскрыть причины, которые толкнули его на совершение преступления. В случае коллизионной защиты, когда подсудимых несколько и их показания расходятся, необходимо соблюдать заповедь: «Не обвиняй, защищая». Во избежание ситуации, когда приходится занимать обвинительную позицию по отношению к одному из подсудимых, следует скорректировать показания обвиняемых так, чтобы скрыть противоречия их интересов.



Е.А. Панин, член Адвокатской палаты Воронежской области, на основании судебной практики подробно проанализировал основные ошибки, которые допускают адвокаты при формировании коллегии присяжных заседателей: защитники не задают кандидатам вопросы, связанные с выяснением обстоятельств, которые препятствуют их участию в рассмотрении дела; не реализуют свое право на мотивированный и немотивированный отвод; не заявляют своевременно ходатайство о роспуске коллегии присяжных ввиду тенденциозности ее состава.

С.А. Насонов, член Адвокатской палаты г. Москвы, доцент МГЮА, исследовал разграничение компетенции председательствующего судьи и присяжных заседателей. Этот вопрос имеет практическое значение для адвокатов, поскольку почти в 90% случаев отмена приговора связана с неурегулированностью в данной сфере.

В настоящее время в России существует три модели разграничения компетенции: 1) положения ст. 334 УПК РФ, оставляющие существенные пробелы в регулировании; 2) разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, дополняющие положения закона; 3) практика областных и краевых судов, ограничивающая полномочия присяжных в большей степени, чем это допускается законом и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ. В частности, на практике из компетенции суда присяжных исключается исследование так называемых сложных доказательств (например, заключений судебно-медицинской экспертизы), защите запрещается в присутствии присяжных использовать показания специалиста и т.д.

Е.А. Рубинштейн, член Адвокатской палаты г. Москвы, доцент МГЮА, проанализировал тактические приемы, которые применяют представители стороны обвинения в суде с участием присяжных заседателей. Например, сторона обвинения часто использует в своих интересах то обстоятельство, что присяжные не могут без дополнительных разъяснений вникнуть в суть некоторых следственных действий. Эти  разъяснения вносят непосредственно в протокол, причем Верховный Суд РФ признает такую практику допустимой.

Обвинение также часто использует в своих интересах положение п. 4 ст. 271 УПК РФ, согласно которому суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании свидетеля, явившегося в суд по инициативе одной из сторон. Важного свидетеля не допрашивают на досудебной стадии – он дает показания только на допросе в судебном заседании, и эти показания в итоге влияют на решение суда. С точки зрения системного толкования процессуальных норм, это является нарушением закона: защита должна иметь достаточно времени для подготовки к рассмотрению дела в суде.

Поскольку суд с участием присяжных рассматривает, как правило, громкие дела, сторона обвинения часто применяет и такой прием, как размещение в СМИ информации, которая может повлиять на позицию присяжных. Еще один прием состоит в том, что государственные обвинители в зале суда размещаются рядом с присяжными, так что те могут слышать комментарии обвинения во время исследования доказательств.

Р.Н. Айдамиров, член Адвокатской палаты Ленинградской области, одним из главных недостатков производства в суде присяжных назвал возможность исследования доказательств в отсутствие присяжных. В частности, в их отсутствие выясняется, добровольно ли давал подсудимый показания на предварительном следствии. Таким образом, если он дает показания о том, что к нему применялись незаконные методы следствия, это остается неизвестным для присяжных.

Благодатное поле для адвоката

На конференции было затронуто много сложных вопросов, ее участники говорили не только о достоинствах суда присяжных, но и о трудностях, с которыми сталкиваются адвокаты. Тем не менее общий итог дискуссии в том, что «суд присяжных – это суд, где наиболее ярко и полно находят свое выражение основные начала уголовного судопроизводства – принципы гласности, устности, состязательности сторон, презумпции невиновности и др. “Судьи из народа” относятся ко всем фактам с должной внимательностью и тщательностью. Они судят исходя из своего житейского опыта, а главное, по справедливости. Суд присяжных – это благодатное поле для адвоката…».

Мария ПЕТЕЛИНА,
заместитель главного редактора "АГ"

"АГ" № 24, 2009