×

Борьба за учет мнений

Общество и интернет-отрасль консолидированно выступили против закона, позволяющего досудебную блокировку сайтов
Материал выпуска № 17 (154) 1-15 сентября 2013 года.

БОРЬБА ЗА УЧЕТ МНЕНИЙ

Общество и интернет-отрасль консолидированно выступили против закона, позволяющего досудебную блокировку сайтов

Крашенинников

19 августа в РИА Новости председатель Комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Павел Крашенинников рассказал журналистам, что, несмотря на готовность власти рассмотреть петицию против «антипиратского закона», законодатели не отказываются от планов расширить его действие на иные объекты авторских прав.

1 августа вступил в силу Федеральный закон от 2 июля 2013 г. № 187-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты интеллектуальных прав в информационно-телекоммуникационных сетях», больше известный как «антипиратский закон».

Непосильное бремя
Закон призван защитить исключительные права на «фильмы, в том числе кинофильмы, телефильмы» в интернете. Он позволяет правообладателям заблокировать сайт, на котором, по их мнению, нарушаются их исключительные права, до подачи иска в суд. По письменному заявлению правообладателя с прикрепленными к нему документами, подтверждающими факт неправомерного использования объектов исключительных прав и права заявителя на данные объекты, Московский городской суд (а именно ему по тексту закона подсудны такие дела) вправе принять меры по предварительному обеспечению защиты исключительных прав на фильмы – обязать ресурс, предположительно нарушающий авторские права заявителя, заблокировать доступ к спорной информации на период судебного разбирательства. При этом, если администрация ресурса игнорирует требование суда, обязанность ограничить доступ к якобы противоправному контенту ложится на плечи провайдера хостинга, обслуживающего соответствующий ресурс, и далее на операторов связи.

Кроме того, закон дополняет Гражданский кодекс РФ положениями об ответственности информационных посредников за нарушение интеллектуальных прав.

Закон, по уже сложившейся в России традиции, был принят в очень сжатые сроки: 6 июня законопроект был внесен на рассмотрение в Госдуму, а 2 июля – подписан Президентом РФ. При этом не была учтена официальная позиция интернет-отрасли, которую Российская ассоциация электронных коммуникаций (РАЭК) представила уже на следующий день после внесения проекта в Госдуму и пыталась донести до законодателей на многочисленных последующих встречах с профильными ведомствами. Несмотря на низкую оценку технической стороны законопроекта экспертным сообществом, ни одна из предложенных поправок не была принята.

На пресс-конференции Павел Крашенинников подтвердил, что было проведено большое количество совещаний, в том числе с представителями РАЭК, но на вопрос, почему же не была учтена позиция отрасли, чьи интересы напрямую затрагиваются принятым документом, ответил: «…закон не направлен на то, чтобы удовлетворять всех, любой закон определяет пределы нашей деятельности, в этом случае он защищает правообладателей». Чуть позже он добавил: «Это нужно для наведения элементарного правопорядка, чтобы воровство в этой части не цвело пышным цветом».

По мнению экспертов крупнейших российских интернет-компаний, которых представляет РАЭК, закон откровенно ориентирован на защиту интересов правообладателей. «Фактически реализация законопроекта означает перекладывание финансового бремени по пресечению нарушений авторских и смежных прав с плеч правообладателей и их объединений на плечи бизнес-компаний другого сектора – информационных и технологических посредников», – считают они.

Во-первых, закон не предусматривает механизма оценки судом обстоятельств конкретного заявления правообладателя и определения на основе такой оценки соразмерности предполагаемой обеспечительной меры заявленному требованию.

Во-вторых, в соответствии с законом техническая реализация обеспечительных мер с момента передачи судом исполнительного листа в Роскомнадзор осуществляется силами и средствами хостинг-провайдеров и операторов связи.

В-третьих, предусмотренная законом техническая модель реализации его положений не соответствует характеру взаимодействия в интернете. В законе отсутствует требование по указанию полного адреса (URL) и описанию материала, который предположительно нарушает исключительные права. Такой пробел возлагает на информационного посредника, которому не сообщается конкретный адрес страницы и не предоставляется описание пиратского контента, непосильное бремя премодерации и мониторинга всего ресурса, что, по свидетельству экспертов, во многих случаях невозможно. А предусмотренная текстом закона полная блокировка сайта, на конкретной странице которого якобы размещен противоправный контент, может нарушить права добросовестных третьих лиц, в том числе других правообладателей. Аналогичные, но более масштабные по своим последствиям проблемы могут возникнуть с вмененной операторам связи обязанностью блокировать доступ к информационному ресурсу по сетевому адресу, так как на одном IP-адресе могут находиться до 300 сайтов.

В-четвертых, закон предусматривает гражданско-правовую ответственность информационных посредников за размещение пиратского контента или даже информации, необходимой для его получения, например ссылки на страницу с пиратским контентом. Это положение не только превращает каждого пользователя, разместившего ссылку на ту или иную страницу, на которой позже может появиться противоправный контент, в потенциального нарушителя, но и ставит под угрозу само существование поисковых систем.

В-пятых, положение, предусматривающее обязанность обращаться с заявлением о принятии обеспечительных мер и дальнейшее рассмотрение спора в Мосгорсуде, игнорируя местонахождение сторон, затруднит защиту своих прав сторонами, живущими не в столице.

Предложения и поправки
Комментируя закон еще на стадии проекта, представители крупной российской IT-компании «Яндекс» отметили, что такой сложный механизм, как интернет, требует более адекватных механизмов регулирования, «которые не подрывают основ его функционирования, не влекут непоправимого ущерба инфраструктуре и не решают коммерческих проблем одних участников оборота за счет других добросовестных участников оборота и интересов всего общества в целом».

Результатом осознания обществом нависшей над ним угрозы стала собравшая за месяц необходимые 100 тыс. голосов общественная инициатива № 50Ф4494 «Отменить закон о произвольных блокировках интернет-ресурсов от 02.07.2013 № 187-ФЗ (закон против интернета)». Подписавшие ее требуют отменить «антипиратский закон», так как он «ущемляет интересы национальной интернет-индустрии и права интернет-общественности», и призывают «организовать всестороннее общественное обсуждение, разработать и принять сбалансированный закон, который будет учитывать мнение всех сторон: государства, бизнеса и гражданского общества».

12 августа материалы инициативы были направлены руководителю экспертной рабочей группы федерального уровня – министру РФ, ответственному за организацию работы Правительственной комиссии по координации деятельности «Открытого правительства» Михаилу Абызову.

В соответствии с текстом Указа Президента РФ от 4 марта 2013 г. № 183 «О рассмотрении общественных инициатив, направленных гражданами Российской Федерации с использованием интернет-ресурса “Российская общественная инициатива”» в течение двух месяцев экспертная рабочая группа подготовит экспертное заключение и решение о разработке соответствующего нормативного правового акта и (или) принятии иных мер по реализации инициативы.

Павел Крашенинников, общаясь с журналистами в РИА Новости, пообещал, что инициатива против «антипиратского закона» будет рассмотрена. Несмотря на готовность власти обсуждать петицию, законодатели не отказываются от планов расширить действие закона на иные объекты авторских прав – литературу, музыку и т.д. Правда, нет уверенности в том, что опыт с обеспечительными мерами и подсудностью споров по этим объектам авторских прав Мосгорсуду не будет повторен. «Пока мы специальной процедуры не предусматриваем, если сторонами спора будут юридические лица, то он будет рассматриваться арбитражными судами, если физические лица – то судами общей юрисдикции, начиная с районных, возможно, областных», – сказал он.

Следует отметить, что конструктивная активность интернет-отрасли и общества уже дает плоды: 19 августа состоялось заседание рабочей группы Совета по культуре при председателе Госдумы РФ по актуальным проблемам законодательного регулирования авторских и смежных прав в сфере массовых коммуникаций. В заседании принял участие и директор РАЭК Сергей Плуготаренко. По его словам, налицо «очевидное желание сотрудничать и договариваться о внесении изменений в закон – как со стороны государства, так и со стороны интернет-отрасли и правообладателей». РАЭК надеется, что их позиция будет на этот раз учтена, так как «принципиальные предложения и поправки, сформулированные на заседании депутатом Робертом Шлегелем (член Комитета ГД по информационной политике, информационным технологиям и связи. – Прим. ред.), во многом совпадают с позицией отрасли».

Более того, отрасль пытается минимизировать возможный вред от принятого закона собственными силами. 1 августа РАЭК запустила портал rutakedown.ru, призванный помочь в решении споров между правообладателями и информационными посредниками в досудебном порядке и обеспечить общественный контроль за исполнением «антипиратского закона». «Данный портал поможет пользователям пожаловаться на недоступность контента, владельцам сайтов – на неправомерную, по их мнению, блокировку, правообладателям – на нарушения авторских прав в досудебном порядке. Также на сайте будут доступны рекомендации судам по правоприменению и статистика по заблокированным ресурсам, предоставленная Роскомнадзором», – отметил заместитель директора РАЭК Сергей Гребенников.

Представители интернет-отрасли часто объясняют появление «антипиратского закона» нежеланием киноиндустрии менять парадигму дистрибуции и монетизации видеоконтента. На круглом столе «Пиратство в интернете: карать или легализовать», организованном gazeta.ru, Сергей Плуготаренко рассказал о встрече с представителями онлайн-кинотеатров, много лет успешно распространяющих исключительно легальное видео: «У них есть опасения по поводу того, что в течение года ситуация не изменится, ассортимент, который они смогут выставлять, не увеличится. Онлайн-кинотеатры это объясняют тем, что правообладатели не готовы начинать делиться контентом на условиях, интересных интернет-компаниям».

«Люди уже по-другому потребляют информацию, и с этим нужно учиться справляться и переориентировать свою модель», – согласилась директор по взаимодействию с государственными органами «Google Россия» Марина Жунич, принимавшая участие в том же круглом столе. «Компания СТВ – производитель мультфильма “Лунтик”, который относительно недавно вышел в цифровом формате на миллиард просмотров. Это очень большой показатель, и он был заработан благодаря пользовательским копиям контента “Лунтика”. Это один из самых популярных видеоматериалов на YouTube. Так вот, руководство компании СТВ говорило о том, что они отказались от продаж “Лунтика” на DVD, переориентировавшись на распространение своей продукции на YouTube и в интернете», – рассказала она об удачном опыте сотрудничества российских правообладателей с интернет-площадкой.

Вместе с тем есть отрицательный международный опыт «антипиратских законов», аналогичных российскому. Например, в ходе обсуждения американского законопроекта SOPA (Stop Online Piracy Act) говорили о практике блокировки всего сайта. В итоге законопроект был отклонен из-за массовых протестов: свое «нет» высказали более 115 тыс. сайтов. Единственная страна, в которой практикуют блокировку всего сайта после обращения правообладателя, – Испания. С 1 марта 2012 г. там действует закон, который прозвали Ley Sinde. За прошедшее время он показал свою несостоятельность и спровоцировал массовый отток владельцев сайтов с испанских хостингов.

Екатерина ГОРБУНОВА,
корр. «АГ»