×

Правосудие с размахом

Дагестанским правоохранительным органам часто оказывается недостаточно территории республики для плодотворной работы
Материал выпуска № 17 (154) 1-15 сентября 2013 года.

ПРАВОСУДИЕ С РАЗМАХОМ

Дагестанским правоохранительным органам часто оказывается недостаточно территории республики для плодотворной работы

Дагестан_адвокаты

Как рассказывают дагестанские адвокаты, в прошлом задержанных нередко вывозили во Владикавказ, по возвращении из которого все предложенные следствием документы подписывались без лишних дискуссий. В первую очередь это были признательные показания и отказ от защитника. Все меняется, и теперь, после скандальных публикаций на данную тему в СМИ, следователи предпочитают вывозить задержанных для «работы» в столицу Карачаево-Черкесии – город Черкесск.

БейбутовКошки-мышки

В настоящее время вице-президент АП Республики Дагестан Акиф Бейбутов выступает защитником Абдул-Муслима Сулейманова, с которыми все самые необходимые следственные действия были проведены, по сути, еще до его задержания, причем с использованием весьма специфических методов.

– 4 июня 2013 года при въезде в Махачкалу Сулейманов был задержан сотрудниками ДПС и доставлен в неизвестный нам частный дом. Там его пытали с использованием электрического тока, требуя от него признания в совершении убийства по заказу некоего Дауда. Почти все время на лице у Сулейманова была маска, и в один момент ему удалось снять ее. Среди лиц, присутствовавших в помещении, был и следователь ГСУ по СКФО О. Цыбулькин, в производстве которого находится данное дело, – рассказывает Бейбутов.

В результате пыток Сулейманов согласился дать признательные показания. Его отвезли в здание ГСУ в Махачкале, где он подписал предложенные ему следователем Цыбулькиным показания о совершении им убийства. Затем его отвезли в Кизляр для проверки показаний на месте. И лишь после этого (!) Сулейманова официально задержали.

6 июня родители задержанного заключили с Акифом Бейбутовым соглашение на защиту его интересов:
– В 9:30 утра я предъявил следователю ордер и заявил ходатайство о предоставлении мне материалов дела. Цыбулькин принял ордер, после чего вместе с адвокатом по назначению уехал на следственные действия. Вечером следователь вернулся и на мой вопрос о местонахождении моего подзащитного ответил: «Я не знаю, я вам позже сообщу в письменном виде».

7 июня по решению суда Сулейманов был заключен под стражу. На следующий день Бейбутову стало известно (не от следователя), что его подзащитный содержится в ИВС ОВД по г. Каспийску. В результате свидания адвокату и стало известно о пытках. Защитник произвел осмотр подзащитного и обнаружил на его теле многочисленные повреждения, зафиксировав их на видео.

В связи с этим Бейбутов заявил ходатайство на имя начальника ИВС о медицинском освидетельствовании Сулейманова, на что получил ответ, что «это работа следователя». Следователь также не спешил содействовать в проведении освидетельствования: спустя три недели Цыбулькин вынес постановление об отказе в удовлетворении ходатайства в связи с тем, что 6 июня Сулейманов прошел освидетельствование и «в повторной экспертизе необходимости нет».

12 июня Сулейманову было предъявлено обвинение в убийстве и незаконном хранении оружия, после чего его согласно УПК РФ должны были этапировать в СИЗО г. Махачкалы. Однако вместо этого он отправился в СИЗО г. Черкесска. Как объяснил следователь, «в целях обеспечения безопасности».
Как рассказывает Бейбутов, там обвиняемый снова столкнулся с пытками:

– Сулейманов рассказал, что в первый же день в Черкесске его отвезли в здание ЦПЭ МВД по КЧР, где вновь пытали током. Требовали не просить участия адвоката в допросах, а также взять на себя еще несколько убийств, совершенных в Кизляре. Со слов моего подзащитного, пытки продолжались свыше 4 часов. Ничего не добившись, оперативники вернули его в СИЗО. По прибытии ему стало плохо, он несколько раз терял сознание, вызывали «скорую помощь». 10 июля он снова был вывезен в то же самое здание, где его снова пытали. И это притом, что перед вывозом он перерезал себе руки, надеясь предотвратить пытки.

11 июля родители Сулейманова заключили также соглашение с адвокатом Карачаево-Черкесской коллегии адвокатов Эльвирой Айдиновой. Следователь Цыбулькин отреагировал крайне оперативно: Сулейманова вновь вывезли из СИЗО, и после соответствующей «обработки» он написал заявление об отказе от услуг адвокатов по соглашению. Тем не менее 15 июля Сулейманов заявил о том, что желает, чтобы Бейбутов и Айдинова защищали его интересы.

– Все происходит по одной схеме: его увозят из СИЗО, пытают, заставляют отказаться от адвокатов. Он возвращается в СИЗО и снова пишет заявление о том, что хочет, чтобы его защищали именно мы. Как только данное заявление поступает в канцелярию СИЗО, приезжает следователь, его опять увозят, опять пытают, и он снова от нас отказывается. По возвращении в СИЗО вновь заявляет о желании заключить соглашение с адвокатами Бейбутовым и Айдиновой. Эти «кошки-мышки» продолжаются уже около месяца. Наши многочисленные жалобы, а также жалобы родителей Сулейманова во все возможные инстанции не приносят никакого результата. Все следственные действия в отношении Сулейманова проводятся в присутствии адвоката по назначению, его письменные заявления о допуске к делу защитников по соглашению игнорируются, – рассказал Акиф Бейбутов.

По словам адвоката, ему неизвестны причины, по которым правоохранительные органы с таким рвением пытаются добиться признания Сулеймановым своей вины, используя для этого методы, УПК не предусмотренные. Помимо большого количества процессуальных жалоб и ходатайств, направленных на защиту интересов Сулейманова, адвокатом Бейбутовым направлено обращение с описанием всех обстоятельств дела и видеозаписью из СИЗО, на которой видны телесные повреждения его подзащитного, на имя Президента РФ, Генерального прокурора РФ и главы СК РФ. К настоящему моменту ответа не получено.

К слову, в СМИ появлялась информация, что 18 июля в СИЗО, где содержится Сулейманов, из-за многочисленных нарушений со стороны сотрудников правоохранительных органов арестованные пытались организовать бунт. Администрация СИЗО эту информацию не подтвердила.

 
КадыроваПикет как метод защиты

Нередко адвокатам для эффективной защиты доверителя не хватает средств, предусмотренных УПК РФ. Салимат Кадыровой, осуществляющей защиту оперуполномоченного отдела МВД Магомеда Пираева, в связи с большим количеством процессуальных нарушений в течение трех месяцев было подано порядка 40 жалоб в различные инстанции, однако в ответ «приходили лишь отписки». В итоге адвокат не могла не то что осуществлять полноценную защиту, а даже увидеться с Пираевым, обвиняемым в совершении разбоя.

С момента задержания место нахождения Пираева скрывалось и от родственников, и от адвоката. Никакого сообщения не поступило в отдел МВД, в котором он работал, хотя это предусмотрено законодательством. Кадырова безрезультатно разыскивала его в дагестанских СИЗО и ИВС. В региональном управлении МВД РФ и СУ СК РФ по Республике Дагестан не смогли сообщить, где именно на рассмотрении находится дело в отношении Пираева.

В конце концов адвокату стало известно, что ее подзащитный содержится в СИЗО г. Черкесска. В течение двух дней – 6 и 7 мая – Кадырову не пускали в изолятор, обращение в черкесскую прокуратуру эффекта не имело. После этого Пираев написал заявление об отказе от ее услуг.

– В последующем Пираев рассказал мне, что 7 мая, когда я стояла перед СИЗО г. Черкесска, его вывели наружу, показали меня издали и сообщили, что если он не напишет заявление об отказе от моих услуг, то меня убьют. Он рассказал, что его пытали током для того, чтобы он отказался от моих услуг, а также оговорил себя, признав свою вину. Пытки он выдержал, однако угроза моего убийства вынудила Пираева все же отказаться от защитника, написав соответствующее заявление, – сообщила Салимат Кадырова.

После этого Пираев написал несколько заявлений, в которых сообщал, что отказался от адвоката по принуждению, но все они были проигнорированы. Встретиться с подзащитным Кадыровой удалось при содействии главы Комитета по защите прав заключенных в КЧР, который скаазал, где именно находится Пираев. При встрече снова было заключено соглашение на защиту. Однако в корне ситуацию это не изменило – адвоката просто перестали пускать к Пираеву под любыми возможными и невозможными предлогами:

– 26 июля в нашей республике праздновали День Конституции Республики Дагестан. Были масштабные торжества, наблюдая за которыми, оставалось лишь задаваться вопросом: а что вы празднуете? Несоблюдение всех тех прав, которые прописаны в этой Конституции? В тот день мы провели пикет возле здания республиканской прокуратуры против нарушения прав обвиняемых, после чего хотели отправиться с пикетом на площадь, на которой проходили гуляния. Прокурор Махачкалы Ибрагим Алибеков спросил, чего мы добиваемся. Я ответила, что хочу хотя бы увидеться со своим подзащитным, узнать, в каком он состоянии. Алибеков попросил нас не идти на площадь, пообещав, что свидание состоится через три дня. Видимо, теперь каждый раз, когда мне нужно будет увидеть моего подзащитного, придется проводить для этого пикет.

Свидание действительно состоялось. Однако предварительно было сообщено, что его длительность составит не более получаса, а перед началом в комнату и вовсе вошел человек в форме, отказавшийся представляться и присутствовавший в помещении на протяжении всей встречи.

КалаевИ снова Черкесск

Подобные нарушения имели место и в деле Газиява Джамалутдинова, защитником которого выступает Султан Калаев. Обвинение так же ведет речь о совершении разбоя.

– Более двух месяцев Джамалутдинов содержался в Карабудахкентском ИВС, что уже является нарушением, – рассказал Калаев. – Там его пытали, били током. Это не просто слова – мы через суд добились медицинского освидетельствования этих изуверств. После этого следователю СУ СК РФ по РД Арслану Арсланханову не оставалось ничего иного, как вывезти парня по уже известному маршруту – в Черкесск. Никого при этом не поставили в известность – ни адвокатов, ни родственников.

Из Черкесска Арсланханов привез заявление обвиняемого об отказе от услуг Калаева, во встрече с подзащитным адвокату было отказано. Тогда родственники Джамалутдинова заключили соглашение с еще одним адвокатом – Заирой Шериповой. В момент принятия от нее копии ордера на защиту Арсланханов вручил ей заявление подзащитного об отказе от ее услуг. Эту идиллию нарушило лишь то, что отказ от адвоката был написан за день до того, как был выписан ордер.

Вновь вступить в дело Калаеву удалось благодаря случаю. Джамалутдинов по видеоконференц-связи должен был выступить свидетелем в процессе, который проходил в Московском гарнизонном военном суде. Однако давать показания без приглашения Калаева в качестве адвоката он отказался. При встрече Джамалутдинов написал заявление о том, что отказ от защитника был вынужденным – его пытали.

После многочисленных жалоб обвиняемый все же переведен в СИЗО г. Махачкалы. Но в столице Дагестана против адвоката применяется простой и эффективный прием: к подзащитному его не пускают.

Причинно-следственные связи

Дела Пираева и Джамалутдинова объединяют не только методы, используемые при ведении «следствия», и то, что оба они обвиняются в разбое. Следственную группу в обоих случаях возглавляет Арслан Арсланханов. От обвиняемых пытаются добиться не только самооговора, но и обличительных показаний в отношении третьего лица. От Джамалутдинова требовали показаний в отношении Пираева, а от Пираева – в адрес главы Кизилюртовского РОВД Асхабали Загирбекова, являющегося его непосредственным начальником. Главная цель Арсланханова – именно Загирбеков, убеждены адвокаты.

– Арсланханов, возглавляющий следственную группу, сказал Пираеву, что «Колхозника» (помощник прокурора Кизляра Магомед Абдулгалимов, являющийся, по версии следствия, организатором убийства и.о. начальника следственного отдела по Советскому району Махачкалы Арсена Гаджибекова, заказчиком которого выступил мэр Махачкалы Саид Амиров, находящийся в данный момент под следствием. – Прим. ред.) якобы содержали в Кизилюртовском РОВД, где его пытали и дважды довели до состояния клинической смерти. По словам Арсланханова, ни один отдел полиции в Дагестане не согласился разместить у себя «Колхозника», кроме отдела, возглавляемый Загирбековым. А «Колхозник» – друг Арсланханова, они вместе работали в Хасавюртовской прокуратуре», – рассказала Салимат Кадырова.

И к Пираеву, и к Джамалутдинову приезжал начальник полиции МВД Республики Дагестан Василий Салютин. Цель визита была одна и та же: в ультимативной форме он требовал дать нужные следствию обличающие показания. По словам Пираева, к нему Салютин и вовсе приезжал в нетрезвом виде. Характерно, что подзащитный Кадыровой вообще ничего не знал о том, что «Колхозник» содержался в ИВС отдела, в котором он работал. И до сих пор неизвестно, было ли это в действительности.

– Джамалутдинов не работает в этом отделе. Как он попал в это дело, мы не знаем. Пираева же искусственно, на мой взгляд, привязали к первому попавшемуся разбою. Еще двух сотрудников этого же отдела задерживали и тоже требовали дать показания против начальства, – пояснила Кадырова. – Я уверена, что если бы Пираев дал показания, которые от него требуют, он был бы сейчас на свободе. Получается, мы имеем дело с внутриведомственными разборками. Врио главы Дагестана Рамазан Абдулатипов поставил действительно хорошую задачу – бороться с коррупцией в республике. Но, к сожалению, некоторые представители правоохранительных органов используют ситуацию для сведения личных счетов.

Сергей АНИСИМОВ,
корр. «АГ»

ЛИЦОМ К ЛИЦУ С НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬЮ

21 марта 2013 г. международная правозащитная организация «Amnesty İnternational» опубликовала доклад «Лицом к лицу с несправедливостью. Угрозы и давление на адвокатов на Северном Кавказе». Доклад посвящен преследованиям адвокатов, участвующих в уголовных процессах.

Полный текст доклада на английском языке доступен на сайте «Amnesty International» (http://www.amnesty.org/en/library/info/EUR46/003/2013/en), с переводом можно ознакомиться на сайте интернет-издания «Кавказский узел» (http://www.kavkaz-uzel.ruwww.kavkaz-uzel.ru/articles/224948/).