Как ранее писала «АГ», Верховный Суд РФ опубликовал Определение СКЭС от 4 сентября 2025 г. № 307-ЭС25-3481 по делу № А56-119496/2023, в котором указал, что у судов отсутствовали основания для начисления и взыскания неустойки за нарушение сроков поставки, приходящихся на период действия моратория, и за обязательства, возникшие до его введения.
Данное определение выступает значимым ориентиром в правоприменительной практике по вопросам взаимодействия взыскания неустойки и действия моратория на банкротство – института, призванного обеспечить стабильность бизнеса в условиях экономической неопределенности. Рассматриваемый спор между акционерным обществом и федеральным государственным унитарным предприятием касался взыскания значительных сумм неустойки и штрафов за нарушение сроков поставки сложного оборудования.
Верховный Суд привел содержательный и системный анализ фактов. Он отверг формальный подход нижестоящих инстанций, которые исходили исключительно из даты фактического исполнения обязательств, заявив, что определяющим является момент возникновения обязательства: если договор заключен до введения моратория, финансовые санкции за его неисполнение подпадают под защиту этого режима независимо от даты нарушения сроков. Данный вывод соответствует целям моратория как меры господдержки, направленной на предотвращение обострения финансового кризиса и массовых банкротств.
Кроме того, ВС акцентировал внимание на необходимости всестороннего и добросовестного исследования встречных требований сторон, подробно оценив сложившуюся практику расчетов. Как следует из определения, без надлежащей проверки при вынесении решения встречная задолженность не может не учитываться, поскольку отражает реальные экономические взаимоотношения сторон и не должна оставаться без правовой оценки.
Рассматриваемое определение, на мой взгляд, влечет для практики важные последствия. Для кредиторов, в частности, оно служит напоминанием о необходимости тщательно анализировать историю возникновения обязательств и учитывать действие моратория при формировании претензий. Для должников оно является дополнительной гарантией того, что правоприменительные механизмы учитывают экономическую ситуацию и они обладают правом на применение режима отсрочки исполнения долговых обязательств и снижение финансовой нагрузки. Для судов, в свою очередь, решение ВС является призывом к соблюдению баланса между формальными правовыми требованиями и принципом справедливости, с обязательным учетом особенностей регулирования в условиях введенного моратория.
Особый акцент Верховного Суда на предоставлении первой инстанции права установить и оценить все обстоятельства дела подчеркивает уважение к ролевому разделению судов и подтверждает, что пересматривать фактические выводы допустимо лишь с учетом объективных оснований.
Таким образом, Определение № 307-ЭС25-3481 воплощает сбалансированный подход, сочетающий строгость норм и гибкость их применения. Оно служит профессиональным ориентиром для участников хозяйственных отношений и правоприменителей, способствуя стабильности и правовой предсказуемости в сфере исполнения договорных обязательств в период кризисных вызовов.
