×

Адвокат добился нового рассмотрения дела доверителя, вопрос о виновности которого решается уже 14 лет

Верховному Суду пришлось напомнить кассации, что та не вправе оценивать доказательства и предрешать вопрос о виновности в совершении преступления
В разговоре с «АГ» адвокат Алексей Куприянов подчеркнул, что оправдательный приговор был вынесен больше года назад. Поскольку ухудшить положение доверителя теперь невозможно, направление дела на новое рассмотрение, по словам защитника, – чистая формальность.

18 августа Верховный Суд, возвращая на новое рассмотрение уголовное дело, напомнил, что кассация не вправе оценивать доказательства и предрешать вопрос о виновности в совершении преступления (Определение по делу №5-УД20-31-К2).

Защитник Андрея Каратаева, почетный адвокат России, руководитель "Адвокатской конторы Алексея Куприянова" АП МО Алексей Куприянов рассказал «АГ» о подробностях уголовного преследования, которое длится почти 14 лет.

Обвинительный приговор через 10 лет после предполагаемого преступления

По версии следствия, 6 декабря 2006 г. водитель московского бизнесмена М. Андрей Каратаев, разозлившись из-за того, что начальник был сильно пьян, серьезно избил его. М. скончался, а водителя обвинили в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 4 ст. 111 УК).

По словам Алексея Куприянова, сначала прорабатывали версию убийства по найму: якобы жена бизнесмена «заказала» Андрею Каратаеву своего мужа. Женщину защищал Федор Куприянов, сын Алексея Куприянова. До суда дело не дошло, адвокату даже удалось добиться признания супруги М. потерпевшей наравне с матерью М..

«10 раз дело в отношении Андрея Каратаева прекращалось в четырех органах СКР! Каждый раз постановления о прекращении отменяли по ходатайствам матери погибшего и через 11 лет, наконец, дотащили дело до суда», – рассказал Алексей Куприянов.

В Савеловском районном суде г. Москвы Андрей Каратаев объяснил, что 6 декабря 2006 г. привез серьезно выпившего М. домой и «положил спать». Водитель находился в другой комнате, когда услышал сильный грохот. Заглянув к шефу, увидел, что тот лежит на полу. Каратаев подложил под голову начальнику подушку и, услышав его храп, ушел. Через какое-то время водитель, снова заглянув в комнату, обнаружил, что у М. посинела голова. Каратаев, по его словам, попытался привести начальника в чувство, но не получилось. Вызвать «скорую» тоже не вышло, поэтому Андрей Каратаев позвонил жене шефа и продолжил реанимировать М., однако спасти того не удалось.

Первая инстанция посчитала, что доводы стороны обвинения, в том числе результаты медицинских экспертиз, убедительнее объяснений Каратаева. 14 августа 2017 г. мужчину признали виновным по ч. 4 ст. 111 УК и осудили к 10 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Алексей Куприянов вступил в дело в качестве защитника Андрея Каратаева уже после вынесения обвинительного приговора. Адвокат подал апелляционную жалобу, но убедить Судебную коллегию по уголовным делам Мосгорсуда в невиновности доверителя не удалось: 4 октября 2017 г. обвинительный приговор вступил в законную силу.

Президиум Мосгорсуда отменил обвинительный приговор

Изменить ситуацию удалось в Президиуме Мосгорсуда, который, рассмотрев кассационную жалобу Алексея Куприянова, 15 июня 2018 г. отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение первой инстанции в ином составе суда.

Президиум согласился с доводом адвоката о том, что в положенном в основу обвинительного приговора заключении комиссионной комплексной медико-криминалистической и ситуалогической экспертизы допущена арифметическая ошибка, повлиявшая на вывод экспертов о том, что Каратаеву «помогли» упасть. При этом в деле было заключение специалиста – эксперта Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента здравоохранения Москвы, профессора кафедры судебной медицины лечебного факультета Первого МГМУ им. И.М. Сеченова, доктора медицинских наук со стражем работы более 32 лет.

Он утверждал, что полученные погибшим повреждения головы – результат инерционной травмы, т.е. мужчина упал (причем один раз) и ударился головой о широкую поверхность. Что касается переломов ребер и кровоподтеков на груди, то они, по мнению специалиста, вполне могли сформироваться в результате неумелого проведения реанимационных мероприятий. Специалист также отметил, что длительный прием антикоагулянта, которым лечился умерший, может вызвать развитие остеопороза, который, в свою очередь, приводит к снижению прочности кости и повышению рисков переломов. В свою очередь Президиум Мосгорсуда отметил, что в деле фигурировала распечатка инструкции этого препарата, согласно которой частым проявлением побочных эффектов его применения являются кровоизлияния. Друзья, родственники и жена М. подтвердили: у него бывали непроизвольные кровотечения изо рта и носа, часто появлялись беспричинные гематомы.

Кассация также обратила внимание на неподтвержденность мотива Андрея Каратаева. Так, и следствие, и суды исходили из того, что преступление мужчина совершил в связи с «внезапно возникшей личной неприязнью» к М. Водителю якобы не понравилось то, что начальник был сильно пьян. Президиум Мосгорсуда подчеркнул: никто из свидетелей и потерпевших не подтвердил, что в тот день Андрей Каратаев был агрессивен. Не шло речи ни о конфликтах между водителем и его шефом, ни о неприязненных отношениях между ними. То обстоятельство, что Каратаев не одобрял пристрастия умершего к спиртному, не говорит о возникновении личной неприязни к М., подчеркнул Президиум.

Отменяя приговор, Мосгорсуд освободил Каратаева из-под стражи. По словам Алексея Куприянова, администрация колонии долго не верила, что осужденного к 10 годам лишения свободы, дело которого отправилось на пересмотр, отпустили домой.

На втором круге оправдание случилось, но не устояло в «новой» кассации

21 декабря 2018 г. Савеловский районный суд оправдал Андрея Каратаева в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, признав за ним право на реабилитацию. В частности, первая инстанция отметила: обвинение не смогло опровергнуть версию защиты о том, что Андрей Каратаев, обнаружив начальника лежащим на полу с посиневшим лицом, пытался спасти того – делал искусственное дыхание и массаж сердца. Кроме того, следствие так и не обосновало мотив преступления и так и не установило предмет, которым Каратаев якобы причинил телесные повреждения потерпевшему

16 апреля 2019 г. Мосгорсуд подтвердил законность, обоснованность и справедливость этого решения. Однако уже 24 декабря 2019 г. Второй кассационный суд общей юрисдикции, отменив оправдательный приговор и апелляционное определение, отправил дело на новое, уже третье, рассмотрение первой инстанции.

Как следует из кассационного определения, районный суд не учел, что ряд исследованных и приведенных в приговоре заключений экспертов содержат выводы об образовании повреждений на голове М. в результате ударов, а не при падении. По мнению кассации, в нарушение ст. 196 УПК первая инстанция подменила заключения экспертов заключением специалиста, не сопоставив этот документ с другими доказательствами по делу, а апелляция оставила незаконный и необоснованный приговор в силе.

ВС согласился с позицией защиты

Алексей Куприянов, обратившись в Верховный Суд, потребовал отменить кассационное определение и оставить в силе акты первой инстанции и апелляции, поскольку оно не соответствует ст. 401.6 УПК и ориентирует суд на иную оценку доказательств.

Адвокат подчеркивал, что первая инстанция дала оценку всем обстоятельствам дела и доказательствам, в том числе учла отсутствие на месте происшествия следов крови, борьбы, а также предметов, которыми могли быть нанесены удары потерпевшему. При этом, заметил Алексей Куприянов, обнаружение новых доказательств через 13 лет после смерти потерпевшего фактически невозможно. Адвокат утверждал, что ряд экспертиз носит «заказной характер». По его мнению, выводы всех «обвинительных» судебно-медицинских экспертиз основаны на предположениях и, кроме того, содержат находящиеся за пределами компетенции экспертов математические расчеты, в которых вдобавок обнаружены арифметические ошибки.

Судебная коллегия по уголовным делам ВС прежде всего напомнила, что иная оценка судом кассационной инстанции собранных по делу доказательств – в том числе с точки зрения полноты их установления и достаточности для обоснования изложенных судом в приговоре выводов относительно фактических обстоятельств дела – не может служить основанием для отмены принятого судом по делу окончательного решения с целью ухудшения положения осужденного или оправданного.

По мнению ВС, Второй кассационный суд вышел за рамки своих полномочий, когда начал сопоставлять заключения экспертов и специалиста. Так, пояснила Судебная коллегия, первая инстанция пришла к выводу, что противоречия, касающиеся механизма образования телесных повреждений потерпевшего, не могут быть положены в основу обвинения, поскольку основаны на определенных мнениях экспертов по изложенным обстоятельствам при определенных заданных условиях без учета полных антропометрических данных потерпевшего. При том, что протоколы осмотра места происшествия, проверки показаний на месте и следственных экспериментов не в полной мере отражают обстоятельства, ради которых проводились эти следственные действия. Оценивая же заключения экспертов и специалистов, а также их показания, районный суд отметил, что такие исследования не имеют заранее установленной силы и преимущественного значения перед другими доказательствами.

«Таким образом, суд кассационной инстанции в нарушение требований ч. 7 ст. 401 УПК РФ вышел за пределы своих полномочий и в определении дал иную оценку доказательствам, чем суды первой и апелляционной инстанции, при этом фактически предрешил вопрос о виновности Каратаева, а также сделал выводы, которые могли быть сделаны судом первой инстанции при повторном рассмотрении данного уголовного дела», – подытожил ВС.

При этом, добавил он, Второй КСОЮ не указал, какие именно нарушения закона, являющиеся основанием для пересмотра в кассационном порядке приговора с поворотом к худшему положения оправданного, допустила первая инстанция. И, кроме того, не привел мотивы, по которым признал эти нарушения существенными, повлиявшими на исход дела, искажающими суть правосудия и смысл судебного решения.

Кассационное определение было отменено, а дело – направлено на новое рассмотрение во Второй кассационный суд общей юрисдикции в ином составе судей.

Оправдательный приговор уже никто не отменит

В разговоре с «АГ» Алексей Куприянов подчеркнул, что Второй кассационный суд не просто направил дело на новое рассмотрение, а фактически указал, что новый приговор должен быть обвинительным. «В кассационном определении суд очевидно вышел за рамки своих полномочий – незаконно указал, какие доказательства в деле правильные, а какие нет. Выходило так, что обвинительные правильные, а оправдательные – нет», – пояснил защитник.

Сославшись на ст. 401.6 УПК, адвокат также отметил, что оправдательный приговор уже никто не отменит: «Ухудшение положения оправданного в кассации допустимо лишь в течение года со дня вступления оправдательного приговора в силу. Оправдательный приговор Андрея Каратаева вступил в силу в апреле 2019 г., а сейчас уже сентябрь 2020 г.». По мнению Алексея Куприянова, направление дела на новое рассмотрение во Второй кассационный суд – чистая формальность. Дата первого заседания уже назначена – 22 октября.

Рассказать: