Как ранее писала «АГ», Президиум Верховного Суда утвердил Обзор судебной практики ВС № 2 (2026), содержащий помимо прочего 12 правовых позиций Судебной коллегии по административным делам. Эксперты «АГ» прокомментировали наиболее значимые, по их мнению, позиции.
Анализ правовых позиций ВС
В п. 39 обзора разъяснено, что налогоплательщик не может быть признан свидетелем и привлечен к ответственности за неявку в налоговый орган для допроса по обстоятельствам проводимой в отношении него налоговой проверки (Определение № 67-КАД25-12-К8).
Адвокат МКА «Капитал» Елена Георгиевская отметила, что долгое время налоговые органы активно использовали лазейку: вызывали предпринимателя в качестве свидетеля по делу о его же проверке, что позволяло обойти его право на защиту. «Теперь Верховный Суд поставил жирную точку: статус свидетеля и статус проверяемого лица несовместимы, поскольку налогоплательщик не может быть одновременно и объектом контроля, и нейтральным источником доказательств. Это серьезное укрепление процессуальных позиций бизнеса и весьма серьезный шаг к тому, чтобы сделать налоговый контроль более цивилизованным и убрать из него, к сожалению, привычные нам элементы процессуального давления», – считает адвокат.
Член АП Приморского края, партнер и основатель АБ «Рыженко, Мамров и партнеры» Феликс Мамров с сожалением заметил, что по всей России фиксируется большое количество случаев, когда ФНС вызывала для допроса в качестве свидетелей налогоплательщика и в случае их неявки впоследствии привлекала к ответственности. Адвокат назвал такую практику незаконной, подчеркнув, что указанное разъяснение ВС позволит в дальнейшем ее прекратить.
Адвокат КА Республики Марий Эл «Тезис» Оксана Ухова считает, что в данном определении ВС не просто отменил штраф, а фактически расставил важные процессуальные границы в налоговом контроле. Адвокат пояснила, что в этом деле ВС подчеркнул фундаментальное различие процессуальных статусов, указав, что свидетель по своей сути процессуально нейтрален: он сообщает сведения о чужих обстоятельствах, фактах, которые касаются других лиц или событий. Лицо, проверяемое налоговым органом, прямо заинтересовано в исходе дела, в связи с чем имеет особый статус, созданный для возможности защиты от предъявленных обвинений. Безусловно, право такого лица не свидетельствовать против себя не может и не должно преодолеваться за счет использования проверяющими статуса свидетеля, придаваемого такому лицу проверяющими.
Оксана Ухова обратила внимание, что в судебной практике нередко рассматривались похожие дела и судами допускались подходы, допускавшие вызов проверяемого лица в качестве свидетеля. Суды исходили из буквального прочтения ст. 90 НК: если у лица есть информация, значимая для контроля, его можно вызвать как свидетеля, независимо от того, что в отношении него самого идет проверка.
Адвокат полагает, что с принятием указанного определения ВС этот вопрос является разрешенным в пользу налогоплательщика. Однако она заметила, что в налоговый орган по-прежнему в качестве свидетелей вызываются директора и учредители проверяемых компаний, статус которых, по сути, мало чем отличается от статуса физического лица (ИП), в отношении которого ведется налоговая проверка. «В конечном итоге нести неблагоприятные последствия негативных результатов налоговой проверки будут именно они и, как известно, все, что они скажут, будет использовано против них. Видится, что этот вопрос также не будет разрешен до того момента, пока Верховный Суд не обратит на него свое внимание», – пояснила Оксана Ухова.
Она отметила, что включенное в обзор определение родилось благодаря Постановлению КС РФ № 12-П/2026. Именно его правовую позицию Верховный Суд взял за основу в деле № 67-КАД25-12-К8. «КС разъяснил: в системе действующего правового регулирования нормы не предполагают признание проверяемого налогоплательщика свидетелем в отношении обстоятельств его собственной деятельности. Тем самым КС закрыл лазейку для расширительного толкования, на которую ранее опирались нижестоящие суды, и фактически вынудил ВС пересмотреть ранее вынесенные судебные акты», – подчеркнула адвокат.
В п. 40 ВС пояснил, что отсутствие в проекте планировки и межевания территории сведений об образовании земельного участка под гаражами гаражно-строительного кооператива не препятствует собственнику гаража, являющегося объектом капитального строительства и возведенного до дня введения в действие Градостроительного кодекса РФ, получить в собственность бесплатно земельный участок, на котором расположен такой гараж (Определение № 9-КАД25-6-К1).
Елена Георгиевская обратила внимание, что данное определение защищает права добросовестных приобретателей, годами сталкивающихся с отказами по формальным основаниям, и показывает, что приоритет отдается материальному праву, а не бюрократическим схемам.
Из п. 41 обзора следует, что восстановление в полном объеме прав взыскателя иным способом, чем указано в судебном акте, может являться основанием для окончания исполнительного производства в связи с фактическим исполнением требований, содержащихся в исполнительном документе (Определение № 5-КАД25-76-К2).
В п. 42 указано, что на иностранном гражданине лежит обязанность самостоятельно уведомить уполномоченный орган об осуществлении им трудовой деятельности, независимо от представления таких сведений работодателем (Определение № 46-КАД25-18-К6).
По мнению Елены Георгиевской, в целом обзор демонстрирует стремление ВС уйти от формального подхода и одновременно предлагает гибкие и справедливые подходы в налоговых и имущественных спорах. «Позиции по исполнительному производству (п. 41) и миграционным вопросам (п. 42) также вносят ясность, хотя в последнем случае Суд сохранил жесткую линию: бремя уведомления о работе лежит на самом иностранце. Полагаю, что эти разъяснения найдут широкое применение и помогут судам избежать ошибок, связанных с подменой сути процедуры ее формой, а нам, практикующим юристам и адвокатам, – эффективнее отстаивать позиции доверителей», – прокомментировала адвокат.
Согласно п. 43 заключение судебной военно-врачебной экспертизы, проводимой в целях определения годности гражданина к военной службе, не является для суда обязательным и оценивается им по правилам оценки доказательств, установленным процессуальным законодательством (Определение № 16-КАД25-11-К4).
Елена Георгиевская назвала важным разъяснение, в котором ВС напомнил, что заключение эксперта не имеет заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Адвокат подчеркнула, что суды нередко воспринимали экспертизу как нечто незыблемое, но теперь акцент смещен в сторону состязательности: сторона вправе оспаривать выводы, а суд обязан мотивированно обосновать, почему он им доверяет или нет. Это особенно актуально для призывных споров, где от экспертизы зависит категория годности.
В п. 47 отмечено, что автомобиль, используемый исключительно для транспортировки водных биологических ресурсов, не является орудием незаконной добычи (вылова) таких ресурсов, в связи с чем не подлежит конфискации (Постановление № 41-АД26-11-К4).
Феликс Мамров пояснил: в данном случае ВС очень четко определил, что применение конфискации в качестве дополнительного вида наказания за совершение правонарушения по ст. 8.37 КоАП РФ возможно только в отношении судна и орудий лова (например, удочек, спиннингов, сетей, неводов, тралов, ловушек), а не транспортных средств.
В п. 48 подчеркнуто, что наличие в материалах дела двух протоколов об административном правонарушении с разным описанием одного и того же события административного правонарушения является существенным нарушением процессуальных требований КоАП (Постановление № 15-АД26-1-К1).
Как заметил Феликс Мамров, хотя данная юридическая коллизия возникает на практике достаточно редко, однако такое разъяснение ВС исключит вынесение постановления по делу об административном правонарушении в подобных случаях, с указанием, что наличие второго протокола в деле является «технической и несущественной ошибкой, которая может быть устранена в ходе рассмотрения дела».
Старший партнер АБ г. Москвы «Глушков, Саенко и партнеры» Антон Саенко обратил внимание, что протокол об административном правонарушении, являясь ключевым доказательством и процессуальным документом, фиксирующим фактические обстоятельства и формулирующим виновность в совершении правонарушения, должен быть однозначным и непротиворечивым. Однако в рассматриваемом случае суды трех инстанций проигнорировали доводы заявителя, не предприняли попыток устранить противоречия и не вызвали должностное лицо, составившее документы, для выяснения обстоятельств их оформления.
«Верховный Суд отметил, что устранение противоречий было возможно путем допроса составителя протокола, но суды не реализовали предоставленные им полномочия, что привело к нарушению требований ст. 24.1 и п. 3 ст. 29.1 КоАП. В результате судебные акты были отменены, а дело направлено на новое рассмотрение. Эта позиция Верховного Суда подчеркивает необходимость активного участия суда в устранении противоречий и подтверждает недопустимость формального подхода к оценке доказательств, поскольку протокол содержит исходные данные о правонарушении и фактически открывает производство по делу, задавая фактические рамки административного правонарушения», – пояснил адвокат.
В п. 49 ВС закрепил, что возвращение без рассмотрения по существу жалобы на не вступившее в законную силу постановление по делу об административном правонарушении, содержащей необходимые сведения для установления предмета обжалования, является существенным нарушением процессуальных требований КоАП (Постановление № 66-АД26-3-К8).
Антон Саенко поделился, что на практике суды апелляционной инстанции нередко требуют от заявителя приложить копию постановления, хотя КоАП не содержит такое требование. Более того, пояснил адвокат, лицо, привлеченное к административной ответственности, вправе подать жалобу еще до получения копии постановления, и это не может служить препятствием для ее принятия. Обязанность по направлению жалобы вместе со всеми материалами дела, включая копию обжалуемого постановления, возлагается на судью либо орган, вынесший соответствующее решение, что прямо следует из положений ч. 1 ст. 30.2 КоАП.
Как заметил Антон Саенко, ВС в п. 49 обзора указал, что жалоба, содержащая сведения о номере дела, дате постановления, судебном участке, статье КоАП, обстоятельствах правонарушения и доводах о незаконности решения, является достаточной для установления предмета обжалования. Суд обязан самостоятельно истребовать материалы дела и рассмотреть жалобу по существу. Возврат жалобы без рассмотрения нарушает право на судебную защиту и противоречит конституционному принципу доступности правосудия. Адвокат подчеркнул: ВС признал такие действия судов существенным нарушением процессуальных требований и отменил судебные акты, тем самым подтвердив необходимость строгого соблюдения гарантий, предусмотренных гл. 30 КоАП, и недопустимость отказа в правосудии по формальным основаниям.
По мнению Антона Саенко, ситуации, описанные в п. 48 и п. 49, демонстрируют системную проблему производства по делам об административных правонарушениях: суды нередко продолжают применять формальный подход к рассмотрению материалов, ограничиваясь поверхностной проверкой протоколов и иных документов, вместо того чтобы реализовывать предусмотренную законом обязанность по всестороннему и объективному выяснению обстоятельств дела. Адвокат полагает, что такой подход фактически приводит к игнорированию процессуальных гарантий лиц, привлекаемых к административной ответственности, и подменяет анализ доказательств требованиями, которые КоАП не содержит и не предусматривает. В результате суды отказываются устранять противоречия, не используют предоставленные им полномочия для проверки достоверности доказательств и допускают отказ в правосудии по формальным основаниям, что прямо противоречит принципам законности и доступности судебной защиты.
Адвокат добавил, что ВС последовательно подчеркивает необходимость устранения противоречий, самостоятельного истребования материалов дела, обеспечения права на обжалование и недопустимость отказа в правосудии по формальным основаниям. «Такая позиция высшей судебной инстанции демонстрирует, что административное производство не может рассматриваться как упрощенная или техническая процедура, где достаточно формального подтверждения факта правонарушения. Напротив, даже в делах, которые внешне кажутся простыми и не требующими сложной доказательственной оценки, процессуальные нарушения способны существенно повлиять на исход дела, привести к вынесению незаконного постановления и затронуть конституционные права граждан, включая право на судебную защиту и доступ к правосудию», – подчеркнул Антон Саенко.
Общая оценка документа
Оксана Ухова считает, что в целом представленный обзор в части рассмотрения административных споров демонстрирует важную тенденцию, показывающую, что Судебная коллегия по административным делам ВС последовательно отстаивает баланс между полномочиями органов власти и правами граждан; в рассмотренных делах очевидно расставлены акценты на:
- разграничении процессуальных статусов (как в налоговом деле);
- защите прав на имущество в сложных, переходных ситуациях (гаражи, земля);
- принципе фактического исполнения вместо формального следования букве нормативного акта;
- необходимости всесторонней оценки доказательств, а не принятия на веру одного документа (экспертизы, показаний участников процесса);
- четком следовании закону в вопросах обязанностей (как в деле с патентом).
Как полагает адвокат, этот подход направлен на формирование устойчивой практики, когда решения органов власти проверяются на предмет соответствия не только букве, но и духу закона, а также конституционным гарантиям. «Однако приходится констатировать и тот факт, что описанные выше принципы рассмотрения судебных споров с государственными органами на нижних звеньях судебной системы скорее игнорируются, чем соблюдаются, а фильтр ВС столь избирателен, что в целом по стране рассмотрение подобных споров имеет очевидный прогосударственный и профискальный подход. В последние годы тенденция согласия судов с государственными органами в судебных спорах только усиливается», – поделилась мнением Оксана Ухова.
Антон Саенко подчеркнул: рассматриваемый обзор судебной практики ВС вновь демонстрирует, что значительная часть правоприменительных проблем в сфере производства по делам об административных правонарушениях концентрируются вокруг дел, предусмотренных гл. 12 КоАП. Несмотря на кажущуюся техническую природу правонарушений в области дорожного движения, ВС подчеркивает, что именно эта категория дел остается наиболее уязвимой к процессуальным ошибкам, формализму и недостаточной оценке доказательств. Обзор фиксирует системные нарушения, которые затрагивают фундаментальные гарантии участников производства и требуют корректировки подходов судов нижестоящих инстанций, отметил адвокат.
В свою очередь Феликс Мамров считает, что в целом обзор Верховного Суда носит не формальный, а практический характер и будет полезен при рассмотрении многих дел.
