×

ЕСПЧ признал нарушение прав журналиста, осужденного по ст. 282 УК РФ

Европейский Суд вынес постановление по одному из первых в России дел об обвинении в экстремизме, присудив заявителю почти 14 тысяч евро
Эксперты назвали постановление знаковым и подталкивающим правоприменителя в России к выработке четких критериев применения «экстремистской статьи», в особенности, в отношении журналистов. При этом один из них отметил, что российская юстиция часто противодействует исполнению решений ЕСПЧ, тем более, если речь идёт о политически чувствительных для действующей власти делах.

ЕСПЧ вынес постановление по делу «Дмитриевский против России». Заявитель Станислав Дмитриевский обжаловал привлечение его к уголовной ответственности по обвинению в экстремизме за публикацию в нижегородской газете «Правозащита», главным редактором которой он являлся, двух статей. Их авторами, предположительно, являлись лидеры чеченских сепаратистов, объявленные в России в розыск по обвинению в тяжких преступлениях. По мнению заявителя, привлечение к уголовной ответственности нарушило его право на свободу выражения мнения, предусмотренное ст. 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Кроме того, Станислав Дмитриевский жаловался на нарушения в ходе уголовного процесса и отсутствие эффективных средств правовой защиты.

Согласно материалам дела, в 2004 г. в двух номерах газеты «Правозащита» были опубликованы статьи, в которых от имени лидеров чеченских сепаратистов высказывались обвинения в адрес федеральных властей в ведении боевых действий в Чеченской Республике, геноциде чеченского народа, а также содержались призывы не голосовать за действующего Президента РФ.

В январе 2005 г. районная прокуратура Нижнего Новгорода возбудила уголовное дело по ч. 2 ст. 280 УК РФ (публичные призывы к экстремистской деятельности через средства массовой информации), Станислав Дмитриевский неоднократно допрашивался в качестве свидетеля по делу. После заключения лингвистической экспертизы, в котором содержался вывод о том, что данные статьи не содержат призывов к экстремистской деятельности, а направлены на разжигание расовой, этнической и социальной розни, уголовное дело было переквалифицировано по ч. 2 ст. 282 УК РФ.

2 сентября 2005 г. Станиславу Дмитриевскому было предъявлено обвинение. В тот же день постановлением следователя ему было отказано в удовлетворении ходатайства о проведении новой лингвистической экспертизы опубликованных статей. Отказ мотивировался тем, что выводы первого экспертного заключения являлись обоснованными и последовательными. 26 сентября 2005 г. следователь по тем же основаниям отклонил ходатайство заявителя о проведении комплексной экспертизы статей с участием лингвистических экспертов и историков.

В судебном разбирательстве Станислав Дмитриевский представил альтернативное экспертное заключение, а также аудиозапись показаний первого эксперта, из которой следовало, что в ответ на поставленные вопросы тот не смог дать определения понятий «раса», «этническое происхождение» и «социальная группа», заявив, что это выходит за пределы его компетенции. Несмотря на представленные доказательства, решением от 3 февраля 2006 г. Советский районный суд Нижнего Новгорода признал Станислава Дмитриевского виновным в разжигании расовой, этнической и социальной розни с использованием служебного положения и приговорил его к двум годам лишения свободы условно.

9 февраля 2006 г. заявитель обратился в Советский районный суд с замечаниями на протокол судебного заседания, указав, что имеющие решающее значение для дела показания судебного эксперта были искажены. Он также просил суд приобщить к делу расшифровку аудиозаписей судебного заседания в суде первой инстанции, сделанных защитой, с указанием на несоответствия между фактическими заявлениями эксперта и теми, которые были отражены в протоколе. Суд отклонил ходатайство заявителя, отметив, что судебный протокол был составлен в соответствии с процессуальным законодательством и полностью отражает фактические показания, данные всеми свидетелями.

Станислав Дмитриевский обжаловал отказ в Нижегородский областной суд, однако апелляционным определением решение суда первой инстанции было оставлено в силе. После этого он подал жалобу в ЕСПЧ.

Правительство РФ в отзыве на жалобу признало факт вмешательства в осуществление Станиславом Дмитриевским права на свободу выражения мнения, но утверждало, что эти действия были законными и необходимыми, поскольку преследовали законные цели защиты прав и интересов многонационального населения России, поддержания общественного порядка и предотвращения возможных противоправных действий, которые могли спровоцировать публикации. Кроме того, Правительство ссылалось на признание заявителя виновным в преступлении, предусмотренном ст. 282 УК РФ, судами двух инстанций.

Рассмотрев материалы дела, ЕСПЧ не нашел в решениях российских судов действительной оценки того, могут ли оспариваемые статьи нанести ущерб национальной безопасности, территориальной целостности или общественному порядку России, как утверждалось властями.

Страсбургский Суд принял во внимание довод заявителя об отсутствии в судебной практике на момент рассмотрения его дела разъяснений относительно порядка применения судами ст. 282 УК РФ, являвшейся новой для российской судебной системы. Суд отметил, что соответствующие разъяснения были изданы Верховным Судом РФ только в 2011 г. 

Основываясь на своей прецедентной практике, ЕСПЧ указал, что концепции «национальной безопасности» и «общественной безопасности» в п. 2 ст. 10 Конвенции, допускающие вмешательство в права, предусмотренные Конвенцией, должны толковаться ограничительно и применяться только там, где доказана необходимость пресечения распространения информации в целях защиты национальной и общественной безопасности (дело «Столл против Швейцарии» и др.).

ЕСПЧ также пришел к выводу, что мнения, выраженные в опубликованных заявителем статьях, не могут быть истолкованы как подстрекательство к ненависти или нетерпимости, а содержат только критику российского Правительства и его действий в Чеченской Республике, которая не выходит за рамки допустимых пределов.

Также Европейский Суд  подчеркнул, что обвинительный приговор, вынесенный Станиславу Дмитриевскому, и назначенное ему наказание негативно повлияли на свободное осуществление журналистской деятельности в России и заставили средства массовой информации прекратить открытые дискуссии по данному вопросу.

На основании вышеперечисленного ЕСПЧ признал факт нарушения ст. 10 Конвенции, но не счел необходимым рассматривать отдельно доводы жалобы на нарушение ст. 6 и 13 Конвенции.  По итогам разбирательства Суд присудил Станиславу Дмитриевскому  компенсацию морального вреда в размере 10 тысяч евро и возмещение судебных расходов в размере около 4 тысяч евро.

По мнению адвоката Сергея Князькина, постановление ЕСПЧ по данному делу станет значимой вехой для России по вопросу применения так называемой экстремистской ст. 282 УК РФ. «Полемика о том, что диспозиция указанной статьи достаточно размыта, неоднократно поднималась и не утихает в юридическом сообществе по настоящее время. Это решение должно подтолкнуть правоприменителя в России к выработке четких критериев ее применения, в особенности в отношении журналистов», – считает Сергей Князькин.

Он также обратил внимание, что в постановлении ЕСПЧ указано на отсутствие какой-либо практики национальных судов по данному вопросу. «Ясность, четкость и предсказуемость решений национальных судов всегда являлись важнейшими принципами работы Европейского Суда. В любой системе права четко разработанное правовое положение должно трактоваться судами однозначно. Одна из основных функций судов – разъяснять неясные моменты и развеивать любые сомнения в отношении толкования законодательства, и такое однозначное толкование законодательства по ст. 282 УК РФ, по мнению ЕСПЧ, отсутствовало в деле “Дмитриевский против России”», – подчеркнул Сергей Князькин.

По мнению адвоката, если бы Министерство юстиции РФ или Верховный Суд РФ организовали круглый стол или иные формы публичного обсуждения правоприменительной практики по экстремистским статьям УК РФ, это позволило бы выработать те самые критерии применения судами ст. 282 УК РФ и учесть выводы Европейского Суда по указанному делу. «Без такого обсуждения мы снова будем сталкиваться с решениями ЕСПЧ, которые будут указывать России на нарушения прав по ст. 10 Европейской конвенции», – заключил Сергей Князькин.

Партнер АБ «Мусаев и партнеры» Надежда Ермолаева также считает, что постановление по данному делу является знаковым и при этом имеет ряд особенностей по сравнению с другими прецедентами по аналогичным делам. Эксперт обратила внимание на то, что в период первой декады двухтысячных происходило интенсивное изменение национальной законодательной базы противодействия экстремизму, и привлечение Дмитриевского к уголовной ответственности по экстремистской статье стало одним из первых в российской правовой истории.

«Европейский Суд присудил Дмитриевскому компенсацию морального вреда и судебных издержек. Однако на данном этапе остается открытым вопрос об исполнении постановления ЕСПЧ после вступления его в законную силу. Согласно существующим положениям российского законодательства, приговор Дмитриевскому должен быть пересмотрен. Однако не следует забывать и о том, что российская юстиция часто противодействует исполнению постановлений Европейского Суда, особенно если речь идет о политически чувствительных для действующей власти делах», – резюмировала Надежда Ермолаева.


Рассказать: