Конституционный Суд вынес Определение № 1689-О/2026 по жалобе на неконституционность ст. 180 «Незаконное использование средств индивидуализации товаров (работ, услуг)» УК РФ.
В конце 2023 г. Наталья Ященко была оправдана судом по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 6 ст. 171.1 «Производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт товаров и продукции без маркировки и (или) нанесения информации, предусмотренной законодательством РФ» и ч. 1 ст. 171.3 «Незаконные производство и (или) оборот этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, табачной продукции, никотинсодержащей продукции и сырья для их производства» УК РФ за отсутствием составов этих преступлений, поскольку стоимость изъятой в ходе ОРМ продукции составила менее 100 тыс. руб. Этим же приговором она была осуждена к штрафу за совершенное неоднократно в составе группы лиц по предварительному сговору незаконное использование чужих товарных знаков, которое было квалифицировано как преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 180 Кодекса (в ранее действовавшей редакции).
Далее апелляция и кассация признали верной оценку деяния осужденной как совершенного неоднократно, поскольку на каждой единице изъятой продукции использовались не менее двух чужих товарных знаков. В свою очередь, Верховный Суд не стал рассматривать кассационную жалобу Натальи Ященко.
В жалобе в Конституционный Суд Наталья Ященко отметила, что ч. 3 ст. 180 УК противоречит Конституции РФ в той мере, в какой она – в системе действующего регулирования и в контексте правоприменительной практики – позволяет привлекать к уголовной ответственности за использование нескольких товарных знаков на этикетках одного и того же вида товара, признавая такое единое деяние неоднократным.
Изучив доводы жалобы, КС напомнил, что в ст. 180 УК в качестве составообразующего признака незаконного использования чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров указывается неоднократность либо причинение в результате такого деяния крупного ущерба, под которым в примечании к этой статье понимается ущерб в сумме, превышающей 400 тыс. руб. Таким образом, законодатель предусмотрел два альтернативных криминообразующих признака содеянного. Хотя признак ущерба носит материальный, а признак неоднократности – формальный характер, оба показателя свидетельствуют о степени общественной опасности, отражая масштаб незаконной экономической деятельности, выражающийся либо в объеме контрафактной продукции, либо в неоднократности использования товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров.
Со ссылкой на Постановление от 14 декабря 2023 г. № 57-П Суд напомнил специфику объектов интеллектуальной собственности, в силу которой одним действием могут быть нарушены исключительные права на несколько РИД или средств индивидуализации. Такое нарушение может заключаться в незаконном использовании нескольких чужих объектов интеллектуальной собственности, размещенных на одном материальном носителе. Подобная ситуация может сложиться и применительно к нарушению исключительных прав на товарные знаки, если размещенное на контрафактном товаре обозначение, например, сходно до степени смешения одновременно с несколькими товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат разным лицам. При этом использование отдельного товарного знака является самостоятельным нарушением исключительных прав.
Признак неоднократности для целей применения ст. 180 УК разъяснен в п. 15 Постановления Пленума ВС РФ от 26 апреля 2007 г. № 14 «О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака», согласно которому неоднократность предполагает совершение лицом двух и более деяний, состоящих в незаконном использовании товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров; при этом может иметь место как неоднократное использование одного и того же средства индивидуализации товара или услуги, так и одновременное использование двух или более чужих товарных знаков или других средств индивидуализации на одной единице товара. Судебная практика в отношении оценки неоднократности рассматриваемого деяния складывается единообразно.
Соответственно, указал КС, ст. 180 УК, применяемая во взаимосвязи с нормами Общей части Кодекса, с учетом фактических обстоятельств конкретного дела и исходя из единообразного толкования термина «неоднократность» в правоприменительной практике, не порождает неопределенности, в результате которой лицо лишалось бы возможности осознавать противоправность своих поступков и предвидеть наступление ответственности за их совершение. Федеральный законодатель наряду с уголовной ответственностью установил и административную ответственность за незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров. Данные действия запрещены ч. 1 ст. 14.10 КоАП РФ, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 этой статьи, согласно которой запрещены производство в целях сбыта либо реализация товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 14.33 «Недобросовестная конкуренция» КоАП, если указанные действия не содержат уголовно наказуемого деяния.
Ввиду отсутствия в ст. 14.10 КоАП специальных критериев межотраслевой дифференциации ответственности в таком качестве выступают упомянутые криминообразующие признаки (неоднократность или ущерб), закрепленные в ч. 1 ст. 180 УК и позволяющие разграничивать административную и уголовную ответственность. Незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров при его неоднократности достигает уровня, достаточного для применения за совершение такого деяния уголовного наказания.
Конституционный Суд подчеркнул, что согласно ст. 6 УК никто не может нести уголовную ответственность дважды за одно и то же преступление, а наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. На реализацию этого принципа направлены и общие начала назначения наказания, в частности, предусматривающие, что при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, а более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.
Наряду с этим уголовный закон закрепляет ряд специальных возможностей дифференциации и индивидуализации уголовной ответственности. В конкретном деле индивидуализация уголовно-правового воздействия может обеспечиваться за счет решения вопроса о малозначительности инкриминируемого лицу деяния, назначения наказания более мягкого, чем предусмотрено законодателем, в том числе ниже низшего предела, условного осуждения, изменения категории преступления на менее тяжкую. «Не исключает применения средств индивидуализации при привлечении лица к ответственности за незаконное использование чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, совершенное неоднократно группой лиц по предварительному сговору (ч. 2 ст. 180 УК РФ), и отнесение законодателем такого рода деяний к категории преступлений средней тяжести, а также конструирование составов этих преступлений как формальных», – заметил КС.
Он добавил, что сохраняется и возможность применения по такого рода делам как общих, так и специального основания освобождения от уголовной ответственности. Эти инструменты индивидуализации уголовно-правового воздействия не препятствуют выражению судом адекватной оценки степени общественной опасности инкриминируемого деяния и самого этого лица, назначению ему справедливого и соразмерного наказания или отказу от привлечения его к уголовной ответственности.
Следовательно, заключил КС, оспариваемое законоположение позволяет как учесть формальные признаки нарушений исключительных прав на несколько РИД или средств индивидуализации, так и адаптировать уголовно-правовое воздействие, применяемое за неоднократное правонарушающее поведение, исходя из фактического уровня его общественной опасности, а потому не могут расцениваться как нарушающее конституционные права заявительницы в указанном ею аспекте.
Старший партнер АБ г. Москвы «Современные корпоративные решения» Александр Рубин полагает, что в рассматриваемом случае Конституционный Суд дал верную правовую оценку, указав на то, что инкриминируемые заявительнице деяния не могут быть расценены как единый состав преступления, охваченный единым умыслом, а представляют собой отдельные эпизоды, в связи с чем должны быть квалифицированы по ч. 3 ст. 180 УК как совершенные неоднократно. «КС абсолютно верно отметил, что ч. 3 ст. 180 УК позволяет как учесть формальные признаки нарушений исключительных прав на несколько РИД или средств индивидуализации, так и адаптировать уголовно-правовое воздействие, применяемое за неоднократное правонарушающее поведение, исходя из фактического уровня его общественной опасности, а потому [они] не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы», – заметил он.
Патентный поверенный РФ, евразийский патентный поверенный, старший партнер АБ «Залесов, Тимофеев, Гусев и партнеры» Ирина Озолина подтвердила наличие неопределенности в вопросе о том, справедливо ли считать использование нескольких товарных знаков на одном товаре неоднократным правонарушением. «В конце концов, если бы законодатель хотел установить, что использование нескольких товарных знаков на одном товаре является криминообразующим признаком, он бы мог это прямо включить в ст. 180 УК, наряду с крупным ущербом и неоднократностью. Когда на товаре используется несколько товарных знаков одного правообладателя, речь обычно идет не просто о создании смешения и использовании репутации иного производителя, а чаще всего именно о подделке товара, что, конечно, представляет собой гораздо большую общественную опасность, а поэтому, возможно, такое нарушение должно подпадать под действие Уголовного кодекса. Причем мы сейчас не говорим о ситуации, когда одно и то же обозначение может быть признано сходным до степени смешения с разными товарными знаками – в такой ситуации применение признака “неоднократность” вряд ли справедливо», – пояснила она.
Эксперт также напомнила, что в ГК РФ сейчас внесены изменения: принята ст. 1252.1, которая устанавливает повышенную гражданско-правовую ответственность за нарушение прав на несколько товарных знаков одним товаром, но при этом не рассматривает такое нарушение как несколько отдельных действий – то есть не рассматривает такое нарушение как неоднократное (насколько этот термин вообще может употребляться в гражданско-правовом смысле). «И изменения эти были внесены именно после Постановления КС № 57-П/2023, на которое содержится ссылка в рассматриваемом определении Суда. По существу, действительно, судебная практика по толкованию термина “неоднократность” в ст. 180 УК сложилась, и КС не счел необходимым ее пересматривать. Наверное, жаль, поскольку теоретическая проработка этого вопроса, которую обычно проводит Конституционный Суд в своих постановлениях, могла бы сделать применение этой нормы более сбалансированным», – убеждена Ирина Озолина.
