×

Международный союз (содружество) адвокатов представил отзыв на проект об ответственности за пытки

Союз поддержал внесение предлагаемых поправок, вместе с тем обратил внимание на несколько ключевых моментов, которые следует учесть при обсуждении законопроекта
Фото: «Адвокатская газета»
В комментарии «АГ» вице-президент ФПА Владислав Гриб отметил, что согласен с позицией МС(С)А: по его мнению, в отзыве сделано очень важное замечание о психологическом насилии, поскольку оно влечет более тяжелые последствия.

Международный союз (содружество) адвокатов подготовил отзыв на законопроект № 42307-8, направленный на модернизацию положений УК, устанавливающих ответственность за пытки, который 20 декабря правительство внесло в Госдуму.

Читайте также
В Думу внесен проект закона об ужесточении ответственности за пытки
За пытки, совершенные представителями власти, предлагается лишать свободы на срок до 12 лет
21 Декабря 2021 Новости

Как следует из документа (имеется у «АГ»), МС(С)А поддерживает законопроект, поскольку его цели являются чрезвычайно актуальными, а расширение понятия пытки в уголовном законе в соответствии с нормами международного права представляется оптимальным.

Согласно законопроекту под пыткой будет пониматься любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или от третьего лица сведения или признания. Однако МС(С)А подчеркнул, что пытка, связанная с воздействием на психику человека, является «психологической», а не «нравственной». Организация полагает, что указанный термин заимствован из русскоязычного перевода Конвенции ООН против пыток 1984 г. и является некорректным переводом англоязычного термина «mental». В отзыве поясняется, что буквально термин «mental» означает «психический», «психологический», «душевный» и т.д., что указывает на отнесение данного термина к психике человека. В свою очередь, термин «мораль» в большей степени относится к человеческим идеалам, идеям добра, справедливости, чести, долга, этики.

«При этом правильное наименование термина, определяющего пытку, связанную с воздействием на психику, является принципиально важным для улучшения ситуации в уголовно-исполнительной среде. Психологическая пытка (mental torture) является международно признанным термином, который носит на сегодняшний день достаточно конкретное содержание», – отмечается в отзыве.

Кроме того, в документе обращено внимание на то, что раскрытию понятия психологической пытки на официальном международном уровне был посвящен доклад Специального докладчика ООН по вопросам пыток и жестокого обращения к 75-й сессии Генеральной ассамблеи ООН, состоявшейся осенью 2020 г. (документ № A/HRC/43/49). В нем, в том числе, приводятся несколько типичных видов воздействия, свойственных пыткам.

Таким образом, МС(С)А представляется необходимым при приведении российского уголовного законодательства в части определении пытки в соответствие с международной практикой применить правильный термин «психологическая пытка», и в проектируемом примечании к ст. 286 УК РФ следует слово «нравственное» заменить словом «психологическое».

В соответствии с законопроектом в ст. 302 «Принуждение к даче показаний» УК вводится новый субъект преступления – сотрудник правоохранительного органа. В связи с этим у МС(С)А вызывает опасение возможное выведение законопроектом из субъектного состава лиц, подлежащих ответственности, гражданских лиц, а также должностных лиц, по указанию или с согласия которых проводится пытка.

В определении Конвенции ООН против пыток содержится важное указание на то, что воздействие считается пыткой, когда боль или страдание причиняются должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия, указывается в отзыве. Аналогичные опасения ранее высказал Верховный Суд, который в своем отзыве отмечал, что именно вовлечение гражданских лиц (например, заключенных) является распространенным способом пыток.

Также Союз отметил, что с учетом приведения российского законодательства в соответствие с международными нормами и принципа законности, исключающего применение уголовного закона по аналогии и ограничивающего его расширительное толкование, склонение иного лица на совершение пытки или дачу согласия на применение пытки следует определить очевидно наказуемыми действиями, считает международный союз адвокатов.

С учетом изложенного МС(С)А полагает целесообразным проектируемую ч. 4 ст. 286 УК РФ дополнить словами «а равно связанные со склонением иных лиц к применению пытки либо выдачей согласия иному лицу на применение пытки».

В отзыве подчеркивается, что исключительную поддержку заслуживает подход законопроекта, сохраняющий равную ответственность за применение физической и психологической пытки. Отмечается, что это полностью соответствует международным договорам, в которых участвует РФ, не содержащим разграничения по «тяжести» между физической и психологической пыткой. Кроме того, понимание психологической пытки как по умолчанию «более легкой» очевидно неверно, считает МС(С)А.

Обращаясь к упомянутому докладу Специального докладчика ООН, МС(С)А подчеркнул, что разрушительные последствия психологической пытки зачастую недооцениваются. Более того, с функциональной точки зрения пытки никогда не носят исключительно физического характера, а всегда направлены на то, чтобы воздействовать на разум и эмоции жертв или связанных с ними третьих лиц, поясняется в отзыве.

Помимо этого, в документе обращено внимание, что широко известными являются и выводы врачей о том, что психологическое воздействие может причинять значительно большее страдание, чем физическое, особенно с учетом личности конкретного лица. «Физическая боль для определенного типа личности, например для человека, регулярно подвергавшегося физическому насилию, может быть в десятки раз менее травмирующей, чем, например, нарушение базового религиозного или сексуального табу», – указано в отзыве.

Помимо этого МС(С)А отметил принципиально важную и высочайшую общественную, по его мнению, опасность именно психологических пыток как наиболее латентного вида пыток. Однако применение психологических методов, свойственных пыткам, не только часто не является очевидным и не признается явно неправомерным, но и нередко является обычной практикой и методами обращения с заключенными, а иногда и с подследственными или подсудимыми, подчеркнуто в документе.

Таким образом, МС(С)А считает правомерным единообразный подход к физическим и психологическим пыткам в законопроекте, в том числе сохраняющий равный диапазон ответственности.

В комментарии «АГ» вице-президент ФПА Владислав Гриб отметил, что представленный МС(С)А отзыв является обоснованным и развернутым. По его мнению, в документе сделано очень важное замечание о психологическом насилии. «Мы забываем, что пытки – это не только физическое, а чаще всего психологическое насилие, и оно влечет более тяжелые последствия. К сожалению, в учреждениях, где содержатся осужденные, известна практика, когда людей просто толкают на совершение суицида, делят их на какие-то категории, тем самым создают невыносимые условия для жизни. Поэтому при обсуждении законопроекта это замечание необходимо учитывать. Понимаю, что сотрудникам ФСИН тяжело будет реализовывать такой законопроект, но это крайне необходимо. В случае если оставить пункт только про физическое насилие, то может возрасти число случаев психологического насилия», – прокомментировал вице-президент ФПА.

Рассказать:
Дискуссии
Пытки: законодательные барьеры и текущее правоприменение
Пытки: законодательные барьеры и текущее правоприменение
Уголовное право и процесс
25 Января 2022
Яндекс.Метрика