×

ВС пояснил, что не является доказательством ликвидации иностранного контрагента

Суд указал, что письмо налогового консультанта не может считаться официальным документом, подтверждающим изменение юридического статуса ответчика из ФРГ, поскольку налоговый консультант оказывает услуги в частном порядке
Фотобанк Freepik
Один из экспертов «АГ» заметил, что ВС детально разобрался с разрешением вопроса об установлении правового статуса немецкого представителя свободных профессий, добавив, что проверка его правоспособности имеет значение и для налоговых целей. Второй обратил особое внимание на указание Суда нижестоящим инстанциям на необходимость установить, обязан ли ответчик отвечать по обязательствам даже после прекращения деятельности архитектурного бюро, поскольку прекращение деятельности само по себе не является основанием для неисполнения ранее возникших обязательств.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ вынесла Определение № 305-ЭС20-5788 по делу о взыскании российской компанией денежных средств с зарубежного архитектурного бюро из-за невыполнения последним договорных обязательств.

В июле 2016 г. ООО «ИНВЕСТОР» и немецкое архитектурное бюро Architekturburo Sonne-Frederiksen в лице его владельца Марии Сонне-Фредериксен заключили договор на разработку дизайн-проекта интерьера гостиничного комплекса с торгово-офисными помещениями в Самаре. Договор содержал оговорку о том, что возникшие между сторонами споры передаются на рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Впоследствии заказчик обратился в суд с иском о взыскании с архитектурного бюро неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса и процентов за пользование чужими деньгами. В обоснование требований общество ссылалось на невыполнение исполнителем в срок договорных работ. В ходе судебного разбирательства истец утверждал, что архитектурное бюро не обладает статусом юрлица по законодательству ФРГ, а является частной практикой. Он также указывал, что владелица этого бюро была представителем так называемых свободных профессий.

Суд прекратил производство по делу под предлогом того, что зарубежное архитектурное бюро было ликвидировано в соответствии с законодательством ФРГ, с этим решением согласились апелляция и кассация. Свои выводы они обосновали ссылками на выписки из Центрального торгового реестра, письмо Архитектурной палаты Нижней Саксонии об исключении Марии Сонне-Фредериксен из рядов последней, а также справку налогового консультанта, в которой тот указал, что владелица бюро закрыла свой офис, в качестве архитектора не работает и больше не планирует заниматься такой деятельностью. При этом заявитель, как заключили суды, не опроверг довод ответчика о ликвидации.

В кассационной жалобе в Верховный Суд РФ общество «ИНВЕСТОР» сослалось на существенные нарушения процессуального права.

После изучения материалов дела № А40-230140/2018 Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ напомнила, что обеспечение доступа к правосудию участников международных экономических отношений, осложненных иностранным элементом, является обязанностью государства и необходимым условием справедливого правосудия. При этом процессуальный алгоритм установления юридического статуса иностранного лица установлен нормами АПК и ГПК РФ.

«Юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из официального торгового реестра страны происхождения. Юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, регистрации, основного места осуществления предпринимательской деятельности, гражданства или места жительства иностранного лица», – отмечено в определении.

Как пояснил ВС, законодательное закрепление статуса лица свободной профессии в ФРГ имеет значение в первую очередь с точки зрения налогового законодательства. Между тем представители свободных профессий не вносятся в Торговый реестр согласно Торговому кодексу Германии. Такие лица могут оформлять осуществление своей деятельности несколькими способами. Эти лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью путем создания частной практики, подлежат регистрации в налоговом органе, поэтому статус такого лица может быть подтвержден полученным от налогового органа документом. Соответственно, выписка из Центрального торгового реестра ФРГ не может являться надлежащим официальным документом, подтверждающим факт ликвидации частной практики лица свободной профессии.

Таким образом, ВС счел, что в рассматриваемом деле суды не дали оценку доводу заявителя о том, что архитектурное бюро не обладает статусом юрлица по законодательству ФРГ, а является частной практикой. Как пояснил Суд, нижестоящие инстанции ограничились констатацией факта ликвидации ответчика на основании представленной им выписки из Торгового реестра и не приняли достаточных мер для надлежащего установления юридического статуса ответчика.

«Также необходимо отметить, что Архитектурная палата Нижней Саксонии не является компетентным органом, обладающим полномочиями по подтверждению юридического статуса, следовательно, письмо, представленное ответчиком, не является надлежащим доказательством по делу. Письмо налогового консультанта, представленное ответчиком, также не может считаться официальным документом, подтверждающим изменение юридического статуса, поскольку налоговый консультант оказывает услуги в частном порядке», – отметил ВС.

Высшая судебная инстанция добавила, что общество неоднократно приводило довод о том, что Мария Сонне-Фредериксен как архитектор – владелец архитектурного бюро должна отвечать по обязательствам последнего даже после прекращения деятельности. «Между тем факт прекращения деятельности лица не является сам по себе основанием для неисполнения или автоматического прекращения обязательств такого лица, возникших в период его деятельности. В целях обеспечения баланса интересов участников экономических отношений законодательство и Российской Федерации, и ФРГ связывает правовые последствия прекращения деятельности субъектов с необходимостью соблюдения специальных юридических процедур и определения в рамках таких процедур судьбы возникших обязательств (процедуры ликвидации, банкротства, ответственности по обязательствам физического лица всем имуществом такого лица и т.п.), – подчеркнул ВС РФ. – Кроме того, в настоящем случае, по мнению общества, у судов отсутствовали основания для прекращения производства по делу, так как Мария Сонне-Фредериксен была надлежащим образом уведомлена о подаче иска в компетентный суд, в судебном разбирательстве участвовал ее представитель».

Таким образом, Верховный Суд отменил судебные акты нижестоящих инстанций и вернул дело на новое рассмотрение в АС г. Москвы, которому предстоит установить юридический статус ответчика и, в случае подтверждения факта ликвидации архитектурного бюро, определить обязанность (или ее отсутствие) его владельца отвечать по обязательствам даже после прекращения деятельности такого бюро, поскольку прекращение деятельности лица само по себе не является основанием для неисполнения ранее возникших обязательств.

Адвокат, старший юрист налоговой практики Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Дмитрий Кириллов пояснил, что в данном споре Верховный Суд разбирал вопрос доказывания правоспособности иностранного ответчика, и это дело интересно по ряду причин. «Во-первых, сам ответчик, как выяснилось, являлся не организацией, как следовало из его названия “архитектурное бюро”, а аналогом российского индивидуального предпринимателя или самозанятого лица – резидента ФРГ. Установление правового статуса такого лица потребовало определенных усилий на уровне Верховного Суда», – пояснил он.

Второй важный вопрос, по мнению эксперта, – это оценка доказательств: «Нижестоящие суды продемонстрировали формальный подход к установлению правового статуса ответчика, ограничившись документами, не в полной мере подтверждающими такой статус. Верховный Суд счел это достаточным основанием для нового рассмотрения дела».

Читайте также
Экономические споры с иностранными юрлицами
Пленум ВС РФ принял постановление, разъясняющее экономические споры с участием зарубежных юридических лиц
03 Июля 2017 Дискуссии

Третий вопрос – это применение норм иностранного права для определения правоспособности ответчика. «Впервые эти нормы появляются лишь в определении о передаче дела на рассмотрение СКЭС. Судя по актам нижестоящих судов, либо ссылки на эти нормы ранее не делались истцом, либо суды игнорировали их. Из определения ВС РФ непонятно, каким способом установлено содержание этих норм согласно ст. 14 АПК РФ и п. 44 Постановления Пленума ВС РФ от 27 июня 2017 г. № 23 о рассмотрении арбитражными судами дел по экономическим спорам, возникающим из отношений, осложненных иностранным элементом. Будем надеяться, что при новом рассмотрении дела этот вопрос будет также освещен», – отметил Дмитрий Кириллов.

Он добавил, что из рассматриваемого дела можно сделать еще один немаловажный вывод: проверка правоспособности иностранного контрагента имеет значение и для налоговых целей. «Здесь договор не был исполнен, что привело российского заказчика в суд. При успешной реализации контракта налоговые последствия платежа иностранному исполнителю зависели бы и от корректного определения его правового статуса», – подытожил эксперт.

Адвокат, советник практики разрешения споров BGP Litigation Илья Сорокин назвал определение Верховного Суда весьма позитивным для практики. «Очевидно, что нижестоящие инстанции просто не стали утруждать себя анализом категории “архитектурное бюро” по немецкому праву и статуса соответствующего гражданина после прекращения деятельности такого бюро. В рассматриваемом деле был проявлен формалистский подход: если имеются письмо некоего “квази-регулятора” (Архитектурной палаты Нижней Саксонии), справка налогового консультанта и выписка из торгового реестра, в которой отсутствует запись о коммерческой единице, то можно сделать вывод, что деятельность лица прекращена, правопреемство не зафиксировано и производство по делу подлежит прекращению», – отметил он.

По словам эксперта, на месте первой инстанции правильным было бы поставить вопрос глобально: в торговый реестр вообще вносятся записи об архитектурных бюро, можно ли ссылаться на него вкупе с другими имеющимися доказательствами как на источник подтверждения юридического статуса этой категории лиц? «К сожалению, на такие достаточно простые вопросы в нашей судебной системе сегодня вынужден отвечать Верховный Суд, давая нижестоящим судам, к компетенции которых и должен относиться этот вопрос, четкие инструкции и наставления, – отметил Илья Сорокин. – Очень важно, что ВС РФ не отказал себе в удовольствии обратить внимание судов на то, что является самым главным в данном деле, помимо подхода к оценке имеющихся доказательств. Так, он подчеркнул, что судам следует установить, обязан ли ответчик отвечать по обязательствам даже после прекращения деятельности архитектурного бюро, поскольку прекращение деятельности лица само по себе не является основанием для неисполнения ранее возникших обязательств».

Адвокат добавил, что у российских судов, благодаря сложившейся на протяжении долгих лет практике и множеству разъяснений на уровне ВАС и ВС РФ, имеется обширный арсенал для корректного применения норм иностранного права при рассмотрении дел. «Будем надеяться, что это дело внесет свою лепту в достижение этой цели», – резюмировал он.

Рассказать: