×

Оперуполномоченный, он же следователь?

Еще раз к вопросу о недопустимости доказательств, полученных с нарушением порядка их собирания и закрепления
Материал выпуска № 5 (166) 1-15 марта 2014 года.

ОПЕРУПОЛНОМОЧЕННЫЙ, ОН ЖЕ СЛЕДОВАТЕЛЬ?

Еще раз к вопросу о недопустимости доказательств, полученных с нарушением порядка их собирания и закрепления

ЗолотухинВ № 23 (160) «АГ» за 2013 г. опубликована статья коллеги Бориса Абушахмина «Ненадлежащее лицо», в которой мотивированно, со ссылкой на УПК РФ и Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», доказана недопустимость производства следственных действий по делу оперативными сотрудниками правоохранительных органов. Практически полностью соглашаясь с доводами уважаемого автора, полагаю необходимым дополнить их и поделиться своими наработками и практикой.

Случаи допустимого участия

Наверное, всем юристам, участвующим в досудебном производстве по уголовному делу, известен непроцессуальный термин «оперативное сопровождение». Ни для кого не секрет, что за этим понятием скрывается использование возможностей оперативного аппарата правоохранительных органов в формировании доказательной базы по делу.

Однако порядок сбора и оценки доказательств строго регламентирован главами 10 и 11 УПК РФ, статьи которых не предусматривают такой возможности для должностного лица правоохранительного органа, осуществляющего оперативно-розыскные мероприятия.

Статья 89 УПК РФ обязывает проверять результаты оперативно-розыскных мероприятий в досудебном производстве путем осуществления следственных действий, причем проверке следственными действиями подлежат в первую очередь результаты оперативно-розыскных мероприятий, проведенных до возбуждения уголовного дела. На практике данное требование влечет за собой обязательный допрос в качестве свидетелей лиц, осуществлявших эти мероприятия.

Как известно, после возбуждения уголовного дела результаты оперативно-розыскных мероприятий рассекречиваются и передаются следователю в порядке, предусмотренном Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» и ведомственными инструкциями. В переданных следователю материалах содержатся данные о конкретных штатных сотрудниках правоохранительных органов, лично проводивших оперативно-розыскные мероприятия или непосредственно участвовавших в них.

Дальнейшее взаимодействие следователя и должностного лица правоохранительного органа, осуществляющего оперативно-розыскные мероприятия, определяется содержанием п. 4 ч. 2 ст. 38 УПК РФ.

Согласно этой норме следователь имеет право давать органу дознания в случаях и порядке, установленных УПК РФ, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, производстве отдельных следственных действий, исполнении постановлений о задержании, приводе, аресте, производстве иных процессуальных действий, а также получать содействие при их осуществлении.

Таким образом, в данной части придерживаюсь несколько иного мнения, нежели Борис Абушахмин, говорящий о полной невозможности проведения следственных действий оперативными работниками, являющимися сотрудниками органа дознания. Как мы видим, указанная норма ст. 38 УПК РФ позволяет сотруднику органа дознания произвести следственные действия по отдельному поручению следователя. А ст. 157 УПК РФ прямо обязывает орган дознания в определенных случаях проводить неотложные следственные действия. Полагаю, существо вопроса несколько в другом.

Борис ЗОЛОТУХИН,
адвокат АП Белгородской области

Полный текст статьи читайте в печатной версии "АГ" № 5 за 2014 г.