×

Теория малых дел

В Совете Федерации состоялся круглый стол на тему «Актуальные вопросы совершенствования уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства»
Материал выпуска № 19 (180) 1-15 октября 2014 года.

ТЕОРИЯ МАЛЫХ ДЕЛ

В Совете Федерации состоялся круглый стол на тему «Актуальные вопросы совершенствования уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства»

Организаторами мероприятия выступили Комитет Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству и Федеральная палата адвокатов РФ. Модераторами круглого стола являлись председатель Комитета Андрей Клишас, его заместитель Константин Добрынин и вице-президент ФПА Генри Резник.

В начале мероприятия Константин Добрынин напомнил, что круглый стол является уже вторым совместно с ФПА организованным мероприятием, и отметил, что представляемый им комитет активно сотрудничает с адвокатским сообществом: «Для законодателя важно взаимодействовать с юристами, работающими, что называется, “в окопах”. В отношениях с адвокатами у нас присутствует взаимная поддержка и взаимовыручка». По словам сенатора, Комитет по конституционному законодательству и государственному строительству в своей деятельности по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства руководствуется теорией малых дел: «Мы стараемся устранять конкретные недочеты в нормативных актах или, как мы их называем, процессуальные абсурды».

Новации в уголовном процессе
Константин Добрынин рассказал о возможном реформировании института условно-досрочного освобождения: «Сейчас мы находимся в финальной стадии разработки законопроекта о реформе института УДО. Я надеюсь, что до конца этого года мы его согласуем и внесем на рассмотрение в Госдуму. Это не гуманизация ради гуманизации – наказание должно быть минимально достаточным для исправления осужденного. Вот это ключ к пониманию института условно-досрочного освобождения – человек может исправиться до истечения срока наказания». Законопроект предлагает освобождать через процедуру УДО осужденных за экономические преступления при условии возмещения ими нанесенного ущерба. Кроме того, процедура досрочного освобождения будет смягчена для женщин старше 60 лет и мужчин старше 65, также реформа затронет осужденных, на иждивении которых находятся дети до 14 лет.

Сенатор рассказал о том, что Правительство РФ поддержало разработанные комитетом поправки в УПК, разрешающие краткосрочный отъезд обвиняемым и подозреваемым, находящимся в СИЗО или под домашним арестом, по случаю тяжелой болезни или смерти близкого родственника. В настоящее время право на выезд в экстренном случае закреплено за гражданами, уже признанными виновными и отбывающими наказание. У тех, кто обвиняется или подозревается в совершении преступления, такого права пока нет.

Константин Добрынин напомнил также, что в недавнем прошлом удалось добиться принятия поправок в УПК о снижении минимального размера залога по делам о преступлениях небольшой и средней степени тяжести со 100 тысяч до 50 тысяч рублей: «Это результат скромный, но очень позитивный».

Бесправный прокурор
Интересную дискуссию вызвало выступление начальника правового управления Генпрокуратуры РФ Владимира Макарова, который отметил, что сокращение полномочий прокуроров в сфере уголовного судопроизводства привело к «ослаблению правозащитного механизма, к нарушению прав граждан». По мнению представителя надзорного ведомства, необходимо предоставить прокурорам право возбуждать уголовные дела и прекращать поступившие к ним уголовные дела в случае, если прокурор не согласен с обвинительным заключением. Кроме того, по мнению Макарова, необходимо закрепить в УПК обязательность прокурорских требований для следователей и дознавателей. К тому же Макаров считает, что именно прокуратура должна обладать полномочиями по возбуждению и расследованию уголовных дел в отношении спецсубъектов: судей, прокуроров, адвокатов. Сейчас же этим занимается СКР.

Представителя Генпрокуратуры поддержал вице-президент ФПА Генри Резник: «Нет большей радости для адвоката, чем согласиться со следователем или прокурором. Прокурор – хозяин уголовного преследования, следствие называется предварительным, оно предваряет судебное разбирательство, и все делается для прокурора, который будет поддерживать обвинение в суде. Это он решает, поддерживать или нет уголовное обвинение. Отсутствие у прокурора права возбуждать и прекращать уголовные дела совершенно не вписывается в статус прокурора как надзирающего субъекта. Совершенно согласен со всеми предложениями, высказанными коллегой».

Впрочем, категорически не согласился с представителем прокуратуры старший инспектор Главного организационно-инспекторского управления СКР Георгий Смирнов. Он заметил, что целью реформы, в ходе которой полномочия прокуроров существенно урезали, было повышение объективности уголовного процесса. Представитель СКР выразил убежденность в том, что на каждом этапе уголовного судопроизводства должен быть субъект, «следящий за законностью», и нынешний статус прокурора полностью соответствует данной идее. По словам Смирнова, предложение наделить прокурора правом возбуждать уголовные дела не имеет никакого отношения к его непосредственно надзорным функциям: «Прокурор должен следить за законностью в ходе следствия, а не инициировать уголовное преследование». Возвращение прокурорам полномочий, которые были утрачены ими в последние годы, по мнению представителя СКР, может привести к «пересечению надзора и следствия», а также к «снижению эффективности предварительного следствия».

Впрочем, Георгий Смирнов был в явном меньшинстве. Вице-президент АП Санкт-Петербурга Юрий Новолодский, к примеру, заметил: «Очень легко сделать ошибку в законе, но крайне сложно ее исправить. Все, что произошло в последние годы с прокуратурой, – трагическая ошибка, объективности в процессе не стало вовсе».

Не очень объективная истина

Основной темой выступления Юрия Новолодского стал анализ законопроекта о введении в УПК института объективной истины. По мнению вице-президента АП Санкт-Петербурга, авторы законопроекта хотят «возродить обязанность суда заниматься уголовным преследованием». Адвокат уверен в том, что идея поиска судом недостающих доказательств абсурдна: «Доклад о наличии доказательств и об их качестве осуществляется в судебных прениях, это известно всем, странно, что это не известно СК».

Юрий Новолодский убежден, что возможное принятие законопроекта может привести к крайне негативным последствиям: «Если раньше состязались две стороны – сторона обвинения и сторона защиты, то теперь адвокаты будут обязаны интеллектуально соперничать с судом. Такое соперничество и такая состязательность безнравственны. Поскольку состязание предполагает равноправие сторон как минимум, что, кстати, записано в Конституции. Одновременное сосуществование принципа объективной истины, под которым авторы законопроекта понимают соответствие установленных обстоятельств исследуемого преступления фактическим обстоятельствам, и конституционного принципа презумпции невиновности невозможно».

Слово правозащитнику
На заседании круглого стола выступил также член московской ОНК, создатель проекта Gulagu.net Владимир Осечкин, сделавший несколько предложений по совершенствованию законодательства. В частности, правозащитник предложил повысить прозрачность судебного процесса и качества его документирования с помощью сокращения срока изготовления протокола судебного заседания с трех суток до одного часа. В целом идея нашла поддержку у участников круглого стола, однако со столь радикальным сокращением срока согласились далеко не все.

Также Осечкин предложил провести «перезагрузку» квалификационных коллегий судей путем ввода туда представителей общественности. Сенатор Андрей Клишас выразил солидарность с данным предложением, однако отметил, что нередко общественники сами не проявляют должной инициативы и не присылают заявок на участие в конкурсе по выбору новых членов ККС, который всегда объявляется публично.

Сергей АНИСИМОВ,
корр. «АГ»