×

Цель оправдывает средства?

Защита интересов доверителя посредством жалобы одного адвоката на другого
Материал выпуска № 19 (180) 1-15 октября 2014 года.

ЦЕЛЬ ОПРАВДЫВАЕТ СРЕДСТВА?

Защита интересов доверителя посредством жалобы одного адвоката на другого

В соответствии со ст. 20 КПЭА допустимыми поводами для возбуждения дисциплинарного производства могут быть жалоба доверителя, другого адвоката, представление уполномоченного государственного органа, сообщение судьи, представление вице-президента адвокатской палаты. И если с жалобой доверителя или, допустим, с представлением судьи все понятно – доверитель подает жалобу, когда нарушены его права, судья вносит представление, когда нарушены интересы правосудия, то с правом адвоката пожаловаться на коллегу возникает вопрос: где пределы того, когда реализация права адвоката подать жалобу превращается в злоупотребление этим правом?

Полагаю, что этот вопрос заслуживает того, чтобы уточнить ст. 20 КПЭА в указанной части, и вот почему.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (далее – Закон об адвокатской деятельности и адвокатуре) адвокат должен защищать интересы доверителя всеми способами, не запрещенными законом. Зачастую возникают ситуации, когда адвокаты, находящиеся на противоположных процессуальных сторонах, лучше, чем кто-либо другой, видят технические промахи друг друга и формальные нарушения правил, от которых никто не застрахован. КПЭА не содержит формальных препятствий к тому, чтобы адвокат мог вывести процессуального оппонента из процесса, используя дисциплинарные механизмы. И такие действия, направленные на защиту интересов собственного доверителя, формально отвечают требованию защищать эти интересы всеми, не запрещенными законом способами.

Но вот насколько такие действия допустимы с этической точки зрения? Допустим, во многих видах спорта «выбивание» противника из состязаний рассматривается как элемент честной спортивной борьбы. Полагаю, что такая аналогия неуместна в борьбе процессуальной.

Приведу пример конкретного дела, которое стало рекордным по количеству жалоб и заявлений на адвокатов, в силу чего заслуживает внимания в рассматриваемом аспекте. Так, потерпевший, который одновременно являлся осужденным по другому делу, подал жалобу на адвоката, ранее защищавшего его по тому, другому делу. После допроса этого адвоката в качестве свидетеля уже по нашему делу (что характерно – с согласия доверителя) ее статус на основании указанной жалобы был прекращен.

Следователь тоже не остался в стороне от общего «тренда» и написал заявление о возбуждении уголовного дела в отношении другого адвоката, представляющего в нашем деле интересы одного из свидетелей. Впрочем, адвокат не осталась в долгу и обратилась с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении следователя – сейчас идет процесс обжалования постановления об отказе в возбуждении.

Апофеоз: неделю назад представитель потерпевшего в соответствии со ст. 20 КПЭА обратился с жалобой на защитника обвиняемого. Причем предметом жалобы послужили действия защитника при производстве следственного действия, в котором автор жалобы не участвовал. По мнению адвоката – представителя потерпевшего, составленному исключительно на основании изучения протокола следственного действия, адвокат – защитник неэтично вел себя по отношению к следователю. При этом доверитель самого защитника работой адвоката полностью удовлетворен. Да и следователь, собственно говоря, никаких претензий не высказал.

Кто прав или виноват в уголовном деле, или даже в конкретной ситуации, возникшей во время следственного действия, значения для обсуждаемого вопроса не имеет. А имеет значение то, что, когда все начиналось, год назад, исходные позиции были таковы.

Потерпевший – доверитель будущего автора жалобы – находился на свободе. Обвиняемые, наоборот, содержались под стражей. В региональных средствах массовой информации разворачивалась компания против обвиняемых. Благодаря качественной работе защитников через год ситуация поменялась кардинально. Потерпевший был осужден по другому уголовному делу к реальному сроку и находится в колонии, обвиняемые, напротив, освобождены из-под стражи.

Все региональные и некоторые центральные СМИ сейчас поддерживают именно обвиняемых. На таком фоне прогноз по делу представляется достаточно благоприятным. Но некоторое время назад в адвокатскую палату соответствующего субъекта Федерации поступила жалоба от адвоката – представителя потерпевшего на защитника обвиняемого.

Для полноты картины нужно отметить, что следователь, в производстве которого находится уголовное дело, год назад крайне пренебрежительно относился ко всем участникам процесса вообще и к адвокатам в частности – отбирал у всех подписки о неразглашении, отказывался предоставлять копии документов, предъявленных обвиняемым, направо и налево раздавал победные интервью, писал на адвокатов разнообразные жалобы в адвокатские палаты и даже пытался инициировать привлечение адвокатов к уголовной ответственности. Огромное количество жалоб и так называемых представлений на адвокатов в этом деле обусловлено именно отношением следователя к нам как к участникам процесса второго сорта, которые не должны иметь собственного мнения.

Но отбросим эмоции и рассмотрим голую суть. Представитель потерпевшего, безусловно, действует в интересах доверителя. А доверитель – потерпевший, естественно, недоволен результатами годичного противостояния и считает, что в его проблемах виноват защитник, представляющий противоположную сторону. Однако сам потерпевший не может помещать защитнику обвиняемого, так как в силу ст. 20 КПЭА он не вправе подать на него жалобу. И следователь, кстати, тоже недоволен и тоже не вправе. А вот представитель потерпевшего формально жалобу на защитника подать может.

Сергей КОЛОСОВСКИЙ,
адвокат АП Свердловской области

Полный текст статьи читайте в печатной версии «АГ» № 19 за 2014 г.