×

«защита мундира» и адвокатский долг

Громкое дело об убийстве спецназовца стало делом чести для ростовского адвоката
Материал выпуска № 21 (182) 1-15 ноября 2014 года.

«ЗАЩИТА МУНДИРА» И АДВОКАТСКИЙ ДОЛГ

Громкое дело об убийстве спецназовца стало делом чести для ростовского адвоката

Адвокат АП Ростовской области Светлана Манукян столкнулась с массированным давлением со стороны областного следствия в связи с ее активным участием в резонансном деле.



Громкое убийство

В июне 2009 г. в Ростовской области были убиты возвращавшиеся из отпуска командир второго отделения отряда милиции специального назначения ГУВД Нижегородской области, подполковник милиции Дмитрий Чудаков и члены его семьи. Дело «взял на личный контроль» председатель СК РФ Александр Бастрыкин. Уже в сентябре обвинение в совершении этого преступления было предъявлено Алексею Серенко, одним из защитников которого выступала адвокат Светлана Манукян.

После двух лет, проведенных Алексеем Серенко в СИЗО, его освободили – прокуратура не признала улики, собранные по делу, отказавшись утвердить обвинительное заключение и направить дело в суд. Его освобождение напрямую связано с титаническими усилиями адвоката Манукян, которая разыскала дополнительных свидетелей, ходатайствовала о проведении дополнительных следственных действий, обжаловала каждое незаконное, по ее мнению, действие следственных органов.

В сентябре 2013 г. появилась вторая официальная версия убийства семьи Чудаковых, согласно которой ответственность за их смерть должна нести криминальная чета Тавердиевой-Подкопаева, на счету которых, по мнению следствия, не менее 18 жертв.

Однако в ходе осуществления защиты Серенко адвокат Манукян представила доказательства, опровергающие эту версию обвинения.

В частности, в 2012 г. она опросила водителя КамАЗа Александра Удовитченко, который примерно через неделю после громкого убийства нашел на трассе служебное удостоверение сотрудника правоохранительных органов Дмитрия Чудакова, паспорта супругов и другие личные вещи семьи. Он позвонил в милицию, сообщив о находке. Во время ожидания сотрудников он успел поговорить со своим начальником Гришко, который признал в фамилии, указанной в документах, известного убитого подполковника милиции. Через какое-то время Удовитченко позвонили из Аксайского РОВД, попросив отнести документы в придорожное кафе «Березка» и отдать их бармену, которая, по словам позвонившего сотрудника, была на связи с органами.

Адвокат составила протоколы опросов Удовитченко и Гришко, представив их в качестве дополнительных доказательств следствию для их приобщения к материалам уголовного дела.
Согласно же материалам следствия, паспорта супругов Чудаковых были обнаружены в ходе осмотра места происшествия, а служебное удостоверение Дмитрия Чудакова – в ходе обыска по месту жительства обвиняемых в их убийстве – Тавердиевых. Последнее обстоятельство и служит главным подтверждением версии следствия.

Неудобные показания
Эта неудобная для обвинения несостыковка, по мнению Светланы Манукян, и стала причиной последующего давления со стороны следствия на нее и свидетеля Александра Удовитченко.

В соответствии с текстом последующего обращения адвоката Манукян в Комиссию по защите профессиональных прав адвокатов АП Ростовской области 18 декабря 2013 г. Удовитченко после дополнительного допроса в качестве свидетеля вновь подтвердил ранее данные им показания, но после следственных действий позвонил Светлане и попросил «взяться за его защиту в связи с угрозами привлечения его к уголовной ответственности со стороны следователя СК РФ Ущаповского, осуществляющего предварительное расследование по делу в отношении банды Тавердиевой-Подкопаева, и со стороны оперативных сотрудников, сопровождающих расследование данного уголовного дела».

В этом же обращении Манукян сообщает об аналогичных угрозах, поступавших в конце ноября 2013 г. в адрес самой защитницы и специалиста Щербакова со стороны следствия, о чем сообщила потерпевшая – Валентина Алексеевна Чудакова (мать убитого спецназовца).

Валентина Алексеевна разочаровалась в следствии, когда в качестве единственного доказательства причастности банды к убийству семьи ее сына «всплыло» служебное удостоверение Дмитрия. В своем обращении на имя председателя СК РФ Александра Бастрыкина она объясняет, что «еще в марте 2011 г. от самого следователя Павлова, который ранее занимался расследованием этого дела» ей и ее прежнему адвокату «стало известно, что служебное удостоверение… находится у следствия и не может быть возвращено, так как необходимо еще для расследования». В итоге в марте 2014 г. она попросила Светлану быть представителем ее интересов.

Постановление об отводе адвоката
1 апреля 2014 г. Валентина Алексеевна была вызвана для проведения следственных действий к следователю СК РФ Ущаповскому. Пришла она уже со своим новым представителем – Светланой Манукян. Этот факт возмутил следователя, который отказался проводить следственные действия в присутствии адвоката.

«Следователь сразу при мне стал угрожать моему представителю возбуждением в отношении нее уголовного дела. Говорил, что теперь [они] встретятся в суде, был очень доволен, демонстрируя протокол [опроса] свидетеля Удовитченко, который изменил ранее данные им показания. Был доволен отстранением не угодного ему адвоката, но угодного мне», – рассказала в своей жалобе на имя Бастрыкина Валентина Алексеевна.

В тот же день Ущаповский вынес постановление об отводе Светланы Манукян как представителя потерпевшего, основанием для чего стали измененные показания Удовитченко. «28 марта 2014 г. допрошенный в качестве свидетеля Удовитченко пояснил, что на стадии предварительного следствия по уголовному делу, в том числе по факту убийства семьи Чудаковых, он давал не соответствующие действительности показания, о чем его настоятельно просила и в результате убедила Манукян С.М.», говорится в постановлении.

Ущаповский делает вывод о необходимости в ходе предварительного следствия по основному уголовному делу допросить в качестве свидетеля Светлану Манукян и в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 72 УПК РФ исключить ее участие в качестве представителя потерпевшей.

«С появлением… банды [Тавердиевой-Подкопаева] у следствия вновь возник шанс списать это преступление…, но не заниматься объективным и всесторонним расследованием, поэтому сам факт моего вступления в дело не заставил ждать соответствующей реакции следствия, испытывающего ко мне предвзятое… отношение и даже неприязнь. Только под влиянием угроз и шантажа Удовитченко А.А. мог изменить ранее данные им показания и оговорить меня», – объясняет Манукян.

Возбуждение уголовного дела в отношении адвоката
24 апреля 2014 г. Ущаповский составил рапорт на имя и. о. руководителя ГСУ СК РФ Тютюнника о признаках преступления в действиях адвоката: «Манукян с целью фальсификации доказательств… составила протокол опроса, внеся в него заведомо ложные сведения об обнаружении Удовитченко… служебного удостоверения Чудакова Д.Л.». И 25 апреля Тютюнник выносит постановление о возбуждении уголовного дела против адвоката Манукян по ст. 303 УК РФ (фальсификация доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности).

Кроме того, в отношении адвоката, по выражению самой Манукян, «был принят ряд мер, грубо нарушающих права человека и гражданина, а также свидетельствующих о незаконном и необоснованном вмешательстве в адвокатскую деятельность».

Следователь Шевцов в мае 2014 г. обратился в Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону с ходатайством о санкционировании производства обыска в двух офисах адвокатского образования Светланы Манукян и выемки «для изъятия оргтехники, с помощью которой изготавливались… [сфальсифицированные] документы, образцы почерка и подписи адвоката, иные объекты, имеющие значение для расследования уголовного дела, а также предметы, запрещенные к гражданскому обороту». Между тем, как сообщает Светлана Манукян, «интересующие следствие документы, а именно: протоколы опроса адвокатом граждан Удовитченко А.А. и Гришко Ю.А. от 3 марта 2012 г., ходатайства адвоката от 5 марта 2009 г., содержащие образцы почерка и подписей адвоката, находились в распоряжении следствия с 6 марта 2012 г.». Более того, разрешая производство выемки в офисах адвоката, суд также санкционировал изъятие «оргтехники…, которая… может содержать сведения об адвокатской деятельности [Манукян] в отношении других лиц, составляющие в соответствии с ч. 3 ст. 183 УПК РФ иную охраняемую федеральным законом тайну».

Светлана Манукян обратилась за помощью в Комитет по защите профессиональных прав адвокатов АП Ростовской области, заявив о грубом вмешательстве в ее адвокатскую деятельность со стороны правоохранительных органов, незаконной инициации в отношении нее уголовного преследования, незаконности судебных актов, санкционировавших обыски и выемку.

В результате проверки президент АП Ростовской области Алексей Дулимов обратился с письмом к председателю Ростовского областного суда Виктору Ткачеву. В письме он отметил, что «сопоставление судебных решений [санкционировавших обыск и выемку] с описательно-мотивировочной частью постановления о возбуждении уголовного дела в отношении Манукян выявляет надуманность приведенных органом предварительного следствия… оснований, воспринятых судом в полном объеме». А «санкционированный судом доступ к сведениям, которые помимо интересующей следствие информации могут содержать сведения об адвокатской деятельности С.М. Манукян в отношении других лиц, с одной стороны, грубо нарушает… гарантии независимости адвоката и не может быть истолкован иначе, как вмешательство в адвокатскую деятельность… и препятствование этой деятельности; а с другой стороны, произвольно, в отсутствие правовых и фактических оснований, ограничивает… права граждан, обратившихся к адвокату С.М. Манукян за юридической помощью и не имеющих ни прямого, ни косвенного отношения к спорной правоприменительной ситуации».

3 июня 2014 г. постановление о возбуждении уголовного дела в отношении адвоката Манукян было отменено заместителем Генерального прокурора РФ Виктором Гринем как «преждевременное и не отвечающее требованиям уголовно-процессуального законодательства», а 21 июня судья Ростовского областного суда М.В. Ткаченко апелляционным постановлением отменил незаконные решения Ленинского районного суда, санкционировавшие обыск и выемку.

Повторное уголовное дело
Несмотря на это, 4 июля 2014 г. руководитель ГСУ СК РФ А.В. Щукин вновь возбудил уголовное дело в отношении адвоката по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 303 и ч. 2 ст. 309 УК РФ (фальсификация доказательств по уголовному делу и принуждение свидетеля к даче ложных показаний), на основании того же рапорта следователя Ущаповского от 24 апреля.

По новой версии следствия, адвокат «…решила принудить Удовитченко к даче заведомо ложных показаний… высказала… угрозу в случае его отказа подписать изготовленный протокол воспользоваться своими связями в правоохранительных органах и предоставить им такие порочащие сведения, которые дадут основания для привлечения Удовитченко А.А. к уголовной ответственности».

Светлана Манукян считает, что «мотивом для нового преследования… [была] попытка следователя Ущаповского признать недопустимыми ряд ключевых доказательств по делу для беспрепятственного направления уголовного дела в суд с обвинением задержанных членов банды. Возбуждение уголовного дела в отношении адвоката позволяет следователю исключить из уголовного дела представленные защитником доказательства, прямо свидетельствующие о подложности и недопустимости некоторых материалов следствия».

Адвокат узнала о вновь возбужденном против нее уголовном деле лишь 22 июля. Но, подчинившись профессиональному чутью, уже 7 июля 2014 г. Манукян в порядке ст. 141 УПК РФ на личном приеме в Генпрокуратуре России, МВД России подала заявление о готовящемся против нее преступлении со стороны следствия, а также направила его в адрес ряда должностных лиц. «С моей точки зрения, возбуждение уголовного дела по надуманным основаниям является таким же преступлением, как и иное противоправное действие», – отдельно отметила она в разговоре. Также она заявила в порядке ст. 143 УПК РФ об обнаружении в ходе ознакомления с материалами следствия признаков совершенных подлогов и злоупотребления полномочиями следователями и иными лицами, принимавшими участие в расследовании и имеющими доступ к материалам уголовного дела и вещественным доказательствам.

Ее оперативные и профессионально-прозорливые действия оправдались – 22 июля заместитель Генерального прокурора РФ отменил постановление о возбуждении уголовного дела.
Несмотря на количество локальных побед, на данный момент Светлана Манукян фактически лишена возможности участвовать в деле, так как постановление о ее отводе от участия в деле в качестве представителя потерпевшей все еще в силе. Попытки его обжалования не дали результатов. Генпрокуратура России решила, что постановление соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, так как противоречия в показаниях Удовитченко, которые он дал адвокату и следователям, привели к необходимости допроса Светланы Манукян, поэтому после вручения повестки о вызове на допрос в качестве свидетеля Манукян в соответствии с ч. 1 ст. 56 УПК РФ обоснованно отведена от участия в производстве по делу.

Екатерина ГОРБУНОВА,
корр. «АГ»


 NB

«ОКАЗЫВАЮ ЮРИДИЧЕСКУЮ ПОМОЩЬ КАК ГРАЖДАНИН»

Светлана Манукян ответила на вопросы «АГ», собирается ли она продолжить борьбу за участие в основном деле и если да, то что в связи с этим планирует предпринять

Несмотря на то что меня фактически отстранили от участия в деле, я как гражданин и юрист все же оказываю юридическую помощь Валентине Алексеевне. На сегодняшний день мы смогли добиться того, чтобы по факту совершения противоправных действий завели уголовное дело.

По моему обращению и обращению матери Дмитрия Чудакова заместитель Генпрокурора РФ Виктор Гринь в порядке п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ вынес решение об организации проверки по факту фальсификаций, допущенных в ходе следствия со стороны следователей, оперативных сотрудников ГУВД Ростовской области, экспертов ГУВД Ростовской области и других лиц.

В результате этого решения 22 сентября следователь Вербицкий вынес постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ (совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства) и принятия его к производству.

В частности, документом установлено, что «в ходе предварительного расследования стороной защиты неоднократно заявлялись выводы о непричастности Серенко А.В. к совершению инкриминируемых ему деяний и наличии существенных противоречий в материалах дела… Однако указанные доводы о ненадлежащем расследовании уголовного дела и непринятии мер к объективному установлению всех значимых обстоятельств по делу отвергнуты, а перечисленные факты следственным путем надлежащим образом не проверены». «Таким образом, несмотря на… значимость расследуемых… преступлений, должностные лица правоохранительных органов… пренебрегли основными требованиями закона по организации оперативно-следственной работы», – отмечается в документе.

В рамках этого дела мы планируем доказать, что нарушения, совершенные сотрудниками правоохранительных органов, привели к нарушению прав Алексея Серенко, который незаконно содержался под стражей. Но, с моей точки зрения, нарушены не только права Серенко, нарушены и права потерпевшей Валентины Алексеевны: по причине некачественного расследования она до сих пор не может добиться справедливости. Поэтому мы намереваемся обратиться с заявлением о признании Чудаковой Валентины Алексеевны потерпевшей и по этому делу. И, коль уж пока я отстранена от участия в основном деле, то я намереваюсь в рамках этого дела реализовать все свои возможности. Фактически сейчас параллельно рассматривается один и тот же объем материалов, только разными ведомствами.

Также мы намерены представить в Генеральную прокуратуру дополнительные доказательства достоверности первоначальных показаний всех свидетелей по делу и обосновать механизм искажения следствием фактических обстоятельств дела путем внепроцессуального воздействия на участников процесса.

Что касается моего отстранения от основного дела, то я постепенно знакомлюсь с материалами проверок, на которые ссылаются Генпрокуратура и ее представители в своих ответах, о законности постановления об отводе. При этом с формальной точки зрения могу сказать, что ответы Генеральной прокуратуры обоснованны. Другое дело – что основанием для принятия такого решения стали недостоверные сведения, предоставленные областной прокуратурой.

Генеральная прокуратура осуществляет прямой непосредственный надзор по расследуемому уголовному делу только в отношении членов банды, а по материалам проверок, в том числе в отношении Удовитченко и по вновь возбужденному уголовному делу в отношении самих сотрудников следствия, прямой процессуальный надзор осуществляет Ростовская областная прокуратура.

При этом, несмотря на то, что областная прокуратура уверенно утверждает, что все решения, вынесенные в отношении меня, законны, она ни разу не истребовала материалы дела для проверки. Только после того, как их стала изучать я (а это было буквально недели три назад), областная прокуратура истребовала материалы начиная с марта этого года, т.е. с самого начала истории о якобы внепроцессуальном воздействии с моей стороны на свидетеля Удовитченко.

То есть фактически Ростовская областная прокуратура в форме процессуального бездействия помогает следствию в «проталкивании» заведомо ложной версии об оказании адвокатом давления на свидетеля Удовитченко, тем самым вводя в заблуждение Генеральную прокуратуру РФ.