В августе 2020 г. отделом дознания полиции УМВД России по г. Хабаровску было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 264.1 «Управление транспортным средством в состоянии опьянения лицом, подвергнутым административному наказанию или имеющим судимость» УК РФ.
В июне того же года инспекторы ДПС выявили факт выезда автомобиля, за рулем которого находился гражданин С., с парковочного места около магазина на проезжую часть дороги, где машина остановилась, создавая тем самым помеху другим движущимся транспортным средствам. По требованию инспекторов ДПС водитель задним ходом автомобиля вернул его обратно на парковочное место. Далее С. прошел медицинское освидетельствование, результаты которого подтвердили, что он находился в состоянии опьянения (что тот и не отрицал).
Согласно базе данных ГИБДД России, С. ранее был привлечен к административной ответственности по ст. 12.8 КоАП РФ за управление автомобилем в состоянии опьянения с назначением наказания в виде лишения водительских прав. На дату, когда был зафиксирован указанный факт выезда автомобиля с парковочного места на проезжую часть, срок административного наказания не истек. Далее С. был доставлен в отдел полиции, где написал заявление о явке с повинной и объяснение.
По смыслу уголовного закона преступление, предусмотренное ст. 264.1 УК, совершается умышленно и считается оконченным с момента начала движения ТС, управляемого лицом, находящимся в состоянии опьянения (п. 10.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» (далее – Постановление № 25)).
Мною как защитником обвиняемого была поставлена под сомнение юридическая оценка обстоятельств данного дела.
Как указано в п. 10.6 Постановления № 25, наличие состава административного правонарушения в действиях лица не предопределяет выводы суда о виновности подсудимого в совершении предусмотренного ст. 264.1 УК преступления, которая устанавливается на основе всей совокупности доказательств, проверенных и оцененных посредством уголовно-процессуальных процедур.
Как рассказал подзащитный, они с друзьями распивали спиртные напитки в салоне автомобиля, при этом С. сидел на водительском сиденье. В какой-то момент автомобиль самопроизвольно начал движение вперед из-за того, что стоял под наклоном и находился частично в неисправном состоянии. Последующие действия С. по управлению автомобилем были обусловлены предотвращением возможного ДТП, так как автомобиль выехал на проезжую часть и создавал опасность для других участников дорожного движения. Как пояснил С., он остановил автомобиль, а затем по требованию инспекторов ДПС задним ходом вернул его обратно на парковочное место.
Выслушав объяснения подзащитного и изучив материалы дела, я усомнился в виновности С. в инкриминируемом деянии по следующим основаниям.
Во-первых, у него отсутствовал умысел на управление автомобилем в состоянии опьянения (он не желал этого). Также он не предвидел, что ТС самопроизвольно начнет движение. Кроме того, подзащитному не было известно, что тот, кто припарковал автомобиль, не предпринял должных мер для предотвращения его съезда по наклонной дороге.
Во-вторых, объективная сторона преступления заключается в управлении автомобилем в состоянии опьянения. Однако С. не пользовался рулем, педалями и коробкой передач с момента самопроизвольного движения автомобиля, – то есть при таких обстоятельствах, на мой взгляд, нельзя признать, что подзащитный управлял ТС.
В-третьих, действия С. по управлению механическим ТС были обусловлены крайней необходимостью, предусмотренной ст. 39 УК, – то есть предотвращением возможного ДТП, которое не могло быть устранено иным способом, как начать управлять автомобилем (нажать педаль тормоза для остановки ТС и по требованию инспекторов ДПС убрать его с проезжей части) для избежания общественно опасных последствий.
Позицию защиты, занятую С. с первого допроса в качестве подозреваемого, следствие опровергнуть не смогло. При этом показания подозреваемого были подтверждены его знакомыми – очевидцами произошедшего, допрошенными в качестве свидетелей.
В итоге следователь согласился с доводами защиты, и в августе 2021 г. уголовное дело было прекращено за отсутствием состава преступления (п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ), с правом на реабилитацию.
Таким образом, нахождение на водительском месте транспортного средства не тождественно управлению им, а подобные действия водителя необходимо оценивать с точки зрения мотива и наличия внешних обстоятельств (причин).
