Неуведомление о смене выгодоприобретателя не влечет прекращение договора

В последние годы во взаимоотношениях со страховыми компаниями все большее распространение получают незаконные отказы в выплате страхового возмещения по договорам страхования транспортных средств.

Один из таких отказов был успешно мной оспорен в АС г. Москвы (дело № А40-248533/20). Надеюсь, это станет основой для формирования положительной правоприменительной практики¹.

Правила страхования средств наземного транспорта являются неотъемлемой частью договора страхования. Наличие в них условия, обязывающего при переходе прав на застрахованное ТС незамедлительно (либо не позднее пяти дней) письменно уведомить об этом страховщика, казалось бы, приобретает юридическую значимость. В то же время в договоре страхования указывается, что неизвещение страховщика об указанных обстоятельствах является выражением воли страхователя об отказе от договора страхования. То есть в случае смены собственника застрахованного ТС (например, в результате его выкупа у лизинговой компании) новый собственник, следуя приведенным условиям, обязан незамедлительно (не позднее 5 дней) письменно уведомить об этом страховщика. Невыполнение обязанности об уведомлении трактуется как отказ страхователя от договора страхования, что, например, в дальнейшем в случае угона ТС влечет отказ в выплате страхового возмещения. Мотивируя отказ, страховщики в подобных случаях указывают, что страховой случай не наступил, поскольку на момент хищения ТС договор страхования уже прекратил действие.

С этим, на мой взгляд, нельзя согласиться. Для искоренения подобной незаконной практики предлагаю следующие доводы для оспаривания в судебном порядке отказов в выплате страхового возмещения по указанным обстоятельствам.

Так, в исковом заявлении необходимо подчеркнуть, что возможность освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая предусмотрена исключительно законом, а именно п. 1 ст. 963 и ст. 964 ГК РФ.

Это обусловливает неправомерность отказа в выплате страхового возмещения по такому основанию, как прекращение действия договора ввиду неуведомления страхователем страховщика в установленные сроки о смене выгодоприобретателя.

Усилить данный аргумент помогут следующие доводы.

Во-первых, в соответствии со ст. 940 ГК договор страхования должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора, за исключением договора обязательного государственного страхования (ст. 969). Следовательно, односторонний отказ от договора страхования – как вид сделки, относящейся к страхованию, – также должен быть совершен только в письменной форме. При этом уместно сослаться на норму п. 1 ст. 452 ГК, в соответствии с которой волеизъявление ответчика об отказе от договора в силу закона предполагает письменную форму.

Во-вторых, отказ от договора связан исключительно с активными действиями страхователя. Соответственно, требуется, чтобы страхователь обратился к страховщику и письменно выразил свое намерение. Вместе с тем моментом прекращения страхового обязательства по основанию, установленному п. 2 ст. 958 ГК, следует считать получение страховщиком соответствующего уведомления. Таким образом, поскольку договор в одностороннем порядке может быть расторгнут только в результате активного действия заинтересованного лица, отсутствие соответствующего действия, явно направленного на одностороннее прекращение договора, предопределяет и отсутствие каких-либо юридических последствий, в том числе прекращения договора.

И в заключение, если в материалах судебного дела нет доказательств, подтверждающих направление страхователем в адрес страховщика письменного отказа от дальнейшего исполнения договора страхования, в период наступления страхового случая договор следует считать действительным.