Данное дело, в котором я выступал представителем ответчика, касалось коллизии интересов лицензирующего органа и юрлица: Департамент экономического развития ХМАО – Югры (далее – Департамент) в судебном порядке требовал аннулирования лицензии общества с ограниченной ответственностью на розничную продажу алкогольной продукции при оказании услуг общественного питания по причине повторных нарушений сроков представления деклараций. Общество, в свою очередь, просило сохранить лицензию, ссылаясь на незначительность нарушений и их устранение.
Требования Департамента были мотивированы тем, что общество неоднократно нарушало сроки представления декларации об объеме розничной продажи алкоголя (не позднее 20-го числа месяца, следующего за отчетным кварталом). Всего в ходе контрольных мероприятий Департамента было установлено нарушение сроков представления обществом деклараций за II, III и IV кварталы 2024 г., а также за I квартал 2025 г. Нарушения были квалифицированы как повторное несвоевременное представление деклараций в течение года, что является основанием для аннулирования лицензии согласно подп. 6 п. 3.1 ст. 20 Федерального закона от 22 ноября 1995 г. № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» (далее – Закон № 171-ФЗ). При этом Департамент сослался на систематический характер допущенных лицензиатом нарушений и необходимость защиты публичных интересов.
Наша позиция, в свою очередь, сводилась к необходимости сохранения у общества лицензии в связи с тем, что нарушения носили незначительный характер и не являлись существенными (декларации были хоть и с задержкой, но представлены, причинение вреда публичным интересам не доказано). Также мы обращали внимание суда на то, что общество-лицензиат имеет статус субъекта малого предпринимательства, своевременно платит налоги, у него отсутствуют административные санкции, оно является уникальным объектом общественного питания. Мы мотивировали несоразмерность санкции в виде аннулирования лицензии допущенному нарушению, ссылаясь на необходимость оценки вреда, причиненного публичным интересам, и соблюдения баланса интересов. Также отмечалось, что лицензиатом приняты меры по недопущению в будущем нарушений законодательства в части своевременного представления отчетности и аннулирование лицензии ограничивает правоспособность общества.
АС Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, рассмотрев дело, отказал в удовлетворении требований Департамента.
В обоснование своих выводов суд сослался на Постановление Пленума ВАС РФ от 2 июня 2004 г. № 10, в котором разъяснено, что аннулирование лицензии, не являясь административным наказанием, вместе с тем представляет собой специальную принудительную меру, подлежащую применению в случаях, когда это обусловлено необходимостью защиты конституционных прав и свобод, а также прав и законных интересов других лиц. В решении отмечается, что:
- аннулирование лицензии не является обязательным при формальном наличии оснований; суд оценивает существенность нарушений и необходимость меры (Постановление Пленума ВАС от 11 июля 2014 г. № 47). Аналогично в Постановлении Президиума ВАС от 12 мая 2009 г. № 15211/08 и Определении Верховного Суда РФ от 2 февраля 2015 г. № 305-КГ14-5855 подчеркивается, что аннулирование – это административно-правовая санкция, требующая соразмерности характеру совершенного деяния;
- допущенные обществом нарушения (несвоевременное представление деклараций) не связаны с противоправной деятельностью, причинение вреда не доказано, а общество подтвердило свою добросовестность (уплата налогов, отсутствие санкций);
- социальная цель лицензирования – защита интересов бизнеса, поэтому аннулирование как крайняя мера применяется лишь при реальном риске (Определение Конституционного Суда РФ от 14 декабря 2000 г. № 244-О и др.);
- указывая в своем заявлении на существенность допущенных обществом нарушений, Департамент не пресек их, не приостановив в порядке п. 1 ст. 20 Закона № 171-ФЗ действие лицензии до дня вступления в силу решения суда об аннулировании лицензии либо об отказе в аннулировании, что свидетельствует о том, что Департамент не считает указанные нарушения настолько опасными, чтобы они служили основанием для приостановления действия лицензии.
Кроме того, суд подчеркнул приоритет сохранения лицензии при формальных нарушениях, отметив, что:
- факт несвоевременного представления соответствующих деклараций общество не оспаривает, однако нарушения сроков носили незначительный характер;
- лицензирующий орган не лишается права на контроль, в том числе на приостановление или аннулирование лицензии при повторных существенных нарушениях, допущенных лицензиатом;
- положения п. 3 ст. 20 Закона № 171-ФЗ не императивны – аннулирование не является обязательным при формальном наличии оснований для его применения;
- суд вправе отказать в аннулировании лицензии даже в отсутствие согласия лицензирующего органа, если мера объективно несоразмерна нарушению.
Таким образом, как резюмировал суд, «наличие формальных признаков нарушения не может служить достаточным основанием для удовлетворения заявленного требования. Соответственно в каждом конкретном случае административный орган должен доказать не только наличие формальных оснований для аннулирования лицензии, но и обосновать необходимость применения именно такой меры воздействия. С учетом того, что лишение лицензии ограничивает правоспособность юридического лица, лишает возможности заниматься определенным видом деятельности, указанная мера должна являться необходимой для защиты экономических интересов Российской Федерации, прав и законных интересов потребителей и иных лиц. Поэтому наличие формальных признаков нарушения не может служить достаточным основанием для принятия судом решения об аннулировании разрешения».
Ключевыми факторами вынесения решения суда в пользу общества, на мой взгляд, стали:
- минимальная существенность допущенных нарушений (задержка представления деклараций в 2–17 дней) и их устранение;
- наличие доказательств добросовестности общества (не осуществляет противоправную деятельность, которая носит преднамеренный характер; ранее к административной ответственности за нарушение лицензионных требований в данной области не привлекалось; не злоупотребляло правами, своевременно устраняло допущенные нарушения);
- закрепленный законодателем баланс интересов: в случае новых нарушений Департамент сохраняет право ходатайствовать о применении санкций к лицензиату (ст. 20 Закона № 171-ФЗ).
Таким образом, институт лицензирования алкогольной продукции должен обеспечивать компромисс между интересами государства и правом предпринимателя на продолжение деятельности. Решение АС ХМАО – Югры по данному делу подтверждает, что приоритет отдается сохранению лицензии, если нарушения носили формальный характер и не причинили вреда, – даже в отсутствие согласия лицензирующего органа, поскольку данная мера должна отвечать требованиям справедливости, быть адекватной, пропорциональной, соразмерной и необходимой для защиты экономических интересов государства, а также прав и законных интересов потребителей и иных лиц.
