АО «Эйч Энд Эн» (бывшее «Данон Россия») в заседании Арбитражного суда Московского округа заявило ходатайство об отказе от кассационной жалобы на решение Арбитражного суда г. Москвы по делу № А40-205076/2022, оставленное без изменений Девятым арбитражным апелляционным судом, о взыскании убытков в размере 76,5 млн руб. в пользу ООО «Менсен Пакаджинг СНГ». Руководство компании-ответчика не усмотрело перспектив в продолжении судебного спора и добровольно исполнило решение АСГМ.
Согласно материалам дела, в котором я представлял интересы истца – компании-продавца (ООО «Менсен Пакаджинг СНГ»), покупатель в лице АО «Эйч Энд Эн» отказался от закупок пластиковых крышек Danone «Rastishka», а также проигнорировал акт выполненных работ с предложением забрать пресс-форму стоимостью свыше 525 тыс. евро, изготовленную исключительно для производства указанных крышек.
Учитывая кабальные условия договора поставки, разработанного компанией-покупателем, мною изначально был выбран путь взыскания убытков, а не договорной неустойки. Однако для взыскания убытков необходимо было доказать, что договор поставки является смешанным договором подряда с элементами поставки и регулируется как гл. 30, так и гл. 37 Гражданского кодекса РФ. С этой целью был подготовлен не предусмотренный договором акт выполненных работ, которым покупателю предлагалось организовать приемку и собственными силами вывезти пресс-форму для производства крышки Danone «Rastishka» с территории продавца. При этом необходимо отметить, что спорный договор вообще не предусматривал передачу пресс-формы, так как она должна была использоваться истцом для производства продукции в интересах компании «Данон» до полного исчерпания своего ресурса.
Не дождавшись ответа на акт выполненных работ, я направил в адрес компании «Данон» досудебную претензию с требованием выплатить согласованную стоимость пресс-формы, а также НДС на общую сумму более 630 тыс. евро и упущенную выгоду в размере свыше 142,5 млн руб.
В ответном письме компания-покупатель не оспорила приведенные мной доводы, однако просила еще раз уточнить, какое обязательство было нарушено, а также в какой момент и какими документами подтверждается такое нарушение, со ссылкой на конкретные документы и положения договора. Такой ответ на четко сформулированную претензию компания-продавец расценила как уклончивый, свидетельствующий о недобросовестном поведении компании-покупателя, которая была осведомлена о том, что продавец добросовестно выполнил свои договорные обязательства и понес значительные убытки в связи с отказом компании «Данон» от продолжения сотрудничества.
С подобной позицией согласились арбитражные суды первой и апелляционной инстанций, не усмотревшие в поведении ответчика намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке. При этом формально письменных отказов от договора со стороны покупателя не поступало, однако технические специалисты компании устно сообщали о полном прекращении работы над проектом «Rastishka».
После получения результатов независимой оценки реального ущерба и упущенной выгоды мы решили ограничиться исковыми требованиями в 53 млн руб. Однако в связи с тем, что ответчик оспаривал результаты оценки, было заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы. В результате экспертным заключением было установлено, что упущенная выгода по договору превышает 33 млн руб., а совокупный размер убытков составляет не 53, а 76,5 млн руб.
Несмотря на результаты судебной экспертизы, ответчик отказался признавать какие-либо убытки, настаивая, что договором поставки урегулированы все возможные сценарии развития отношений между сторонами. По мнению ответчика, возможны следующие варианты развития событий по договору: невыборка ответчиком прогнозного объема товара в согласованный сторонами период, а также расторжение договора на любом этапе исполнения (в том числе в одностороннем порядке). При любом из этих вариантов договором согласован конкретный набор действий для защиты прав истца:
- в первом случае – составление полугодовых отчетов о фактических закупках и выставление истцом счетов ответчику для выплаты компенсаций за каждые полгода;
- во втором случае истец предъявляет ответчику требование о расторжении договора за определенный срок и выплате компенсации.
Представители ответчика настаивали, что истец не обращался к ответчику с каким-либо из указанных требований в соответствии с условиями, предусмотренными договором, – то есть сам фактически не исполнял договор надлежащим образом.
Однако две судебные инстанции не поддержали позицию ответчика и указали, что истец вправе самостоятельно выбрать способ защиты, в том числе не предусмотренный договором, поскольку в полном объеме выполнил взятые на себя договорные обязательства, а именно:
- изготовил индустриальную пресс-форму для изготовления пластиковых крышек, оснащенную контроллером горячего канала, а также пилотную пресс-форму, что подтверждается контрактом с индийской компанией и актом сдачи-приемки работ по договору, направленным в адрес ответчика (в связи с отказом от поставок товара) с указанием необходимости организовать приемку и вывезти пресс-форму с территории истца;
- представил ответчику эталонные опытные образцы товара по договору, что подтверждается контрактом с индийской компанией и рядом товарных накладных.
Как указали суды, ответчиком не заявлено возражений по поводу качества как эталонных опытных образцов крышек, так и пресс-формы для их производства. При этом покупатель в нарушение допсоглашения к договору отказался закупать товар, принять изготовленную для него пресс-форму либо компенсировать истцу согласованную стоимость последней.
Представленный в подтверждение выполнения работ акт сдачи подписан истцом в одностороннем порядке. При этом суд подчеркнул, что односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны обоснованными (абз. 2 п. 4 ст. 753 ГК). В обоснование отказа от подписания актов о приемке выполненных работ ответчик не оспорил доводы истца, доказательств невыполнения спорных работ либо их выполнения с недостатками, не позволяющими использовать товар по назначению, не представил.
Девятый ААС подтвердил доводы истца о том, что предметом договора являлись индивидуально определенные изделия, изготовленные в полном соответствии с уникальными чертежами покупателя (ответчика), ввиду чего спорный договор является смешанным договором подряда – поставки.
Кроме того, суды указали, что в связи с потерей возможности извлечения дохода от реализации продукции, производимой с использованием пресс-формы, приобретенной истцом с целью изготовления крышек, а также ввиду недополучения доходов от возможного вложения денежных средств на депозиты со сроком хранения более года по ставкам, действовавшим на момент совершения платежей по контракту с индийской компанией, истцу был причинен ущерб в виде упущенной выгоды.
Данный спор демонстрирует, насколько дорого может обойтись уклонение от исполнения обязательств по договору, если истцом выбран правильный способ защиты права. Несмотря на то что договор носил кабальный по отношению к компании-продавцу характер и защищал компанию-покупателя от любых претензий, суды первой и апелляционной инстанций согласились с доводами стороны истца о том, что заключенный сторонами договор поставки является смешанным договором подряда – поставки. Правильная квалификация спорного договора позволила реализовать преимущества стратегии по взысканию реального ущерба и упущенной выгоды, благодаря которой с ответчика были взысканы убытки, кратно превышающие размер договорной неустойки.
