×

Кассация поддержала отказ судов признать страховую компанию «НСГ-Росэнерго» банкротом

Окружной суд, в частности, напомнил, что Закон о банкротстве не препятствует проверке судом законности и обоснованности действий временной администрации и не предрешает оценку суда в отношении имеющихся в деле доказательств
В комментарии «АГ» представитель одного из участников спора назвала это дело уникальным. Один из экспертов «АГ» согласился, что «отмена» банкротства такого крупного игрока на рынке является исключительным случаем. Другой заметил, что кассация учла правовую позицию КС РФ, в том числе о необходимости назначения и проведения судебной экспертизы в целях более полного и объективного исследования финансового состояния страховой организации.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа вынес постановление по делу № А02-211/2021, которым оставил в силе судебные акты нижестоящих судов, отказавшихся при повторном рассмотрении дела признать банкротом страховую компанию «Национальная страховая группа – Росэнерго».

Признание страховщика банкротом и отмена этого решения

Ранее Банк России отозвал у «НСГ-Росэнерго» лицензию на страхование. Далее госкорпорация «Агентство по страхованию вкладов» провела анализ финансового состояния страховщика и составила заключение, согласно которому по состоянию на конец сентября 2020 г. величина активов страховой компании составляла 3,9 млрд руб., обязательств – 6 млрд руб., баланс по данным бухгалтерского учета составлял 1,4 млрд руб., а по результатам анализа – минус 2,1 млрд руб. Также не были установлены в период с конца ноября 2020 г. по начало декабря 2020 г. обстоятельства, которые могли бы повлиять на величину активов или обязательств страховщика и, как следствие, на выводы о наличии признаков банкротства должника.

Со ссылкой на это заключение АСВ обратилось в суд с заявлением о признании страховой компании банкротом, которое было удовлетворено, с чем согласилась апелляция. В отношении «НСГ-Росэнерго» было открыто конкурсное производство сроком на один год, конкурсным управляющим должника стало АСВ.

Далее Арбитражный суд Западно-Сибирского округа отменил судебные акты нижестоящих инстанций и вернул дело на новое рассмотрение. При этом он указал на необходимость получения экспертной оценки активов страховой организации для сравнения с имеющимися неисполненными обязательствами для объективного определения признаков банкротства.

При новом рассмотрении дела суд первой инстанции назначил экспертизы по оценке активов должника и в результате отказался признать страховую компанию банкротом, а апелляция поддержала его решение. Суды указали на недоказанность наличия у должника признаков банкротства, предусмотренных подп. 3 и 4 п. 1 ст. 183.16 Закона о банкротстве.

Доводы кассационных жалоб

Далее Центробанк, АСВ и Российский союз автостраховщиков подали кассационные жалобы на эти судебные акты в окружной суд. В частности, ЦБ указывал, что арбитражные суды вышли за пределы предмета спора при разрешении вопроса о наличии или отсутствии признаков банкротства страховой организации, предусмотренных подп. 3 п. 1 ст. 183.16 Закона о банкротстве, сделав выводы о необоснованности и незаконности выплат РСА страхователям на основании возбужденных и неоконченных уголовных дел по иным спорам, которые не относятся к рассматриваемому делу. Мегарегулятор добавил, что суды также не учли все обязательства должника и, в частности, отклонили требования РСА на сумму 1,4 млрд руб. по причине истечения сроков действия договоров страхования к моменту поступления к должнику после 9 февраля 2022 г.

В свою очередь АСВ указало, что обязательства страховой организации в сумме свыше 526 млн руб. прекращены исполнением до открытия конкурсного производства и не могли быть заявлены в реестре требований кредиторов, но по состоянию на конец ноября 2020 г. существовали и не были исполнены. Агентство также отметило, что размер обязательств страховщика по состоянию на 30 ноября 2020 г. составляет 3,6 млрд руб., а стоимость всех его активов – 3,3 млрд руб., что свидетельствует о недостаточности его имущества. АСВ добавило, что наличие у должника иных активов не имеет правового значения; имущество, отраженное в бухгалтерском учете должника как инвестиционное, представляет собой 77 объектов недвижимости и неликвидно.

Со своей стороны РСА помимо прочего указал, что суды ошибочно исключили часть требований к страховой организации, поскольку доказательства обоснованности выплат находятся в пяти обособленных спорах в рамках этого дела, производство по которым приостановлено.

В отзывах на жалобы участник должника Межрегиональная ассоциация экономического взаимодействия «Росэнерго-Союз», бенефициар страховой компании Василий Марьин и сама страхования компания поддержали выводы судов об отсутствии у нее признаков банкротства.

Кассационный суд подтвердил законность отказа в признании компании банкротом

Изучив материалы дела и доводы сторон, АС Западно-Сибирского округа, в частности, отметил, что по состоянию на апрель 2023 г. стоимость активов страховой организации согласно заключению экспертов и расчету АСВ составила сумму 3,2 млрд руб., а размер ее обязательств равен 3,8 млрд руб., что превышает стоимость активов на 617 млн руб. При этом на счетах и в кассе должника на момент отзыва лицензии имелись денежные средства в размере 1,9 млрд руб. В отчете конкурсного управляющего о его деятельности по состоянию на январь 2022 г. сообщалось о поступлении на расчетные счета должника 920 млн руб. Согласно заключению экспертов в рамках уголовного дела по факту воспрепятствования законной деятельности временной администрации фактический размер маржи платежеспособности в периоды с 1 апреля 2018 г. по 30 июня 2019 г., с 1 января по 30 сентября 2020 г. превышал нормативный размер маржи платежеспособности, что согласно указаниям ЦБ характеризует достаточность собственных средств (капитала) на отчетные даты.

Как пояснила кассация, отказывая в признании страховщика банкротом, суд первой инстанции исходил из отсутствия заявлений о признании должника банкротом от лиц, в пользу которых имеются неисполненные судебные акты в течение 14 дней с даты их вступления в законную силу, в том числе по требованиям о взыскании выходных пособий. С учетом наличия на счетах по состоянию на конец ноября 2020 г. 1,9 млрд руб. должник на дату отзыва лицензии 4 декабря 2020 г. не обладал признаками банкротства ввиду достаточности денежных средств для погашения обязательств. Размер активов должника в сумме 3,7 млрд руб. позволял рассчитаться с заявленными требованиями, не превышающими размер сформированных требований по состоянию на 14 февраля 2020 г., в сумме 3 млрд руб. Кроме того, размер кредиторской задолженности по состоянию на 30 ноября 2020 г. и 14 февраля 2022 г., кроме требований РСА на дату рассмотрения спора, не мог превышать размер требований в сумме 196 млн руб., поскольку к указанной дате истекли все сроки, на которые заключались договоры страхования. Размер требований кредиторов (включая требования РСА) не мог превышать установленную временной администрацией сумму в 3 млрд руб. в связи с отзывом лицензии.

Кассация подчеркнула, что размер обязательств перед РСА в сумме 2,8 млрд руб., оспаривание временной администрацией обязательств на сумму 1,9 млрд руб. и исключение из требований суммы 69 млн руб. не могут быть расценены как бесспорное доказательство размера обязательств должника в 3,7 млрд руб. Сам факт отзыва у должника лицензии на право осуществлять страховую деятельность не препятствует заниматься иной экономической деятельностью и восстановить платежеспособность.

Как счел окружной суд, выводы нижестоящих инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и примененным нормам права. «Поскольку суды установили недоказанность наличия признаков несостоятельности страховой организации, предусмотренных подп. 3 и 4 п. 1 ст. 183.16 Закона о банкротстве (стоимость имущества (активов) должника недостаточна для исполнения денежных обязательств перед кредиторами и обязанности по уплате обязательных платежей, платежеспособность должника не была восстановлена в период деятельности временной администрации), в удовлетворении заявления АСВ отказано правомерно», – указал он.

Читайте также
КС исследовал вопрос о природе административных мер реагирования Центробанка
Суд напомнил, что отзыв банковской лицензии не прекращает деятельность банка как юрлица, служит исключительной мерой воздействия на нарушителя и может быть оспорен в судебном порядке
22 мая 2019 Новости

Кассация добавила, что нижестоящие суды дали надлежащую оценку заключениям временной администрации о финансовом состоянии страховой организации и выявили неполноту исследуемых бухгалтерских документов, занижение стоимости имущества, обесценивание дебиторской задолженности, в результате которых величина активов необоснованно уменьшена на сумму 1,5 млрд руб. Со ссылкой на Определение КС РФ от 11 апреля 2019 г. № 866-О кассационный суд напомнил, что положения Закона о банкротстве не препятствуют проверке судом законности и обоснованности действий временной администрации и не предрешают оценку суда в отношении имеющихся в деле доказательств. Из этого не следует, что такие нормы отдают прерогативу в оценке финансового состояния временной администрации и Банку России, освобождая тем самым суд от оценки состояния должника на дату отзыва лицензии и от изучения всей совокупности относящихся к тому доказательств, включая их истребование и назначение экспертиз.

В этом деле, как заметил суд округа, рыночная стоимость активов страховщика установлена судами главным образом по результатам оценки экспертного заключения, признанного достоверным и допустимым доказательством. Соответственно, аналогичный подход должен быть применен и к установлению размера пассивов в виде суммы неисполненных денежных обязательств. Из материалов дела следует, что АСВ включило в этот размер все суммы предъявленных должнику требований без исследования достоверности, что недопустимо и не соответствует смыслу законодательства о банкротстве. Суды правильно признали объективно неподтвержденным и необоснованным размер обязательств должника в сумме 4,4 млрд руб. с учетом следующих фактов: обязательства должника должны быть уменьшены на сумму 44 млн руб.; обязательства на сумму 482 млн руб. погашены в рамках прямого возмещения убытков; обязательства перед РСА на сумму 1,9 млрд руб. оспариваются АСВ; законность предъявленных требований РСА на сумму 805 млн руб. по полисам, которые не выдавались и должны находиться у страховщика, проверяется следствием; обязательства на сумму 722 млн руб. по 2 682 делам, по которым имеются сведения о том, что эти выплаты объективно не могут быть отнесены к обязательствам должника; значительное увеличение кредиторской задолженности в сумме 1,4 млрд руб. возникло после 14 февраля 2022 г.

В таких случаях, заметила кассация, суд, рассматривающий заявление временной администрации, должен установить перечень требований, в отношении которых заявлены или будут заявлены возражения, и, не предрешая возможного результата проверки этих требований, выявить объем очевидно спорных обязательств, которые на текущей стадии дела о банкротстве подлежат исключению из суммы пассивов должника. «В настоящем деле суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о необходимости исключения как минимум требований РСА в сумме 805 357 тыс. руб.; указано на наличие возражений (в том числе заявленных самой временной администрацией) на сумму около 2 млрд руб. Таким образом, вывод о недоказанности заявителем оснований для признания страховой компании банкротом является правильным», – счел суд округа, который оставил в силе судебные акты нижестоящих судов, а кассационные жалобы – без удовлетворения.

Комментарий представителя бенефициара страховщика

Представитель Василия Марьина в суде, юрист Маргарита Воскресенская в комментарии «АГ» отметила, что это дело уникально в масштабах России по нескольким причинам. «Сайт РСА приводит перечень из более чем 100 страховых компаний с отозванной лицензией. Абсолютное большинство из них стали банкротами по иску ЦБ. И только “НСГ-Росэнерго” – единственной в России страховой компании – удалось доказать, что оснований для введения банкротства в отношении нее не было. Три года у нас ушло на судебные процессы, в 2021 г. от сердечного приступа умер основатель компании. Судебный процесс вскрыл несколько белых пятен в законодательстве, поэтому судьям пришлось сложно. Они исследовали вопросы, прямого ответа на которые в законах на текущий момент нет, как нет и практики», – рассказала она.

По нормам права в рамках банкротства страховых компаний, как пояснила Маргарита Воскресенская, требования к таким субъектам проверяются в рамках конкурсного производства: «Все заявленные и зачастую спорные требования приравнивались нашими оппонентами из Центробанка и АСВ к обязательствам, и на основании этого делался вывод о недостаточности активов. Выходит, что будто бы компанию планировали сначала “убить” и лишь потом разбираться, а был ли повод».

Еще один неурегулированный момент этом деле, заметила она, – это вывод временной администрации. Юрист пояснила: коллизия заключается в том, что в законодательстве о банкротстве финансовых компаний прописан механизм введения Центробанком временной администрации, а процесс прекращения полномочий временной администрации при отмене банкротства не урегулирован. «Это дело о банкротстве прекращено в январе, а Центробанк так и не издал приказ о выводе временной администрации. Причин и сроков никаких регулятор не называет. По сути, не исполняется решение суда: банкротства нет, а корпоративный контроль собственникам не вернули. В итоге мы не можем выплатить 10 тысячам автомобилистов их средства, потому что нам не вернули полномочия. Временная администрация, насколько нам известно, эти деньги выплачивать не планирует, считая, что это возможно только в ходе конкурсного производства. Парадокс: бенефициары “НСГ-Росэнерго” не могут распоряжаться собственными средствами и имуществом и не могут заплатить долги, хотя денег на счетах компании в восемь раз больше, чем сумма требований кредиторов в реестре», – заметила Маргарита Воскресенская.

Эксперты оценили выводы кассации

Адвокат АБ «Павел Хлюстов и Партнеры» Дмитрий Чернобель напомнил: из буквального толкования ст. 184.1-1 Закона о банкротстве следует, что функции и полномочия на проведение анализа финансового состояния страховых организаций закреплены только за временной администрацией и, как следствие, возложение задачи по проведению соответствующего анализа на третье лицо действующим законодательством не предусмотрена. «При этом ранее суды различных округов также придерживались такого подхода и исключали возможность назначения и проведения судебной финансово-экономической экспертизы в отношении страховых организаций для более полного, всестороннего исследования и установления финансового состояния должника со ссылкой на то, что проведение анализа финансового состояния таких должников является прерогативой временной администрации (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 9 октября 2020 г. № Ф06-66143/2020 по делу № А55-34207/2019)», – отметил он.

Однако, заметил Дмитрий Чернобель, еще в 2019 г. в Определении КС РФ № 866-О/2019 была высказана позиция о том, что положения Закона о банкротстве не могут препятствовать проверке судом законности и обоснованности решений и действий временной администрации по управлению кредитной организацией и Банка России и не предрешают оценку суда в отношении имеющихся в деле доказательств. «При этом, допуская возможность проверки судом законности и обоснованности решения временной администрации, КС, вероятно, руководствовался в том числе высокой степенью социальной значимости такой категории должников, как финансовые организации, вступающие в договорные отношения с широким кругом лиц, в том числе граждан, и несущие перед ними существенные денежные обязательства. Подобный правовой подход КС совершенно обоснованно нашел свое отражение в рамках этого дела при исследовании признаков банкротства страховой организации», – полагает он.

Адвокат отметил, что еще на первом круге суд округа, направляя дело на новое рассмотрение, также отметил высокую степень социальной значимости такой категории должников, как страховые организации, и указал, что введение в отношении страховой организации ликвидационной процедуры банкротства в ситуации несоблюдения принципа полноты судебного исследования и наличия разумных сомнений в невозможности восстановления ее платежеспособности может повлечь нарушение имущественных интересов значительного количества страхователей, что недопустимо. «При таких обстоятельствах выводы и позиция окружного суда, в том числе о необходимости назначения и проведения судебной экспертизы в целях более полного и объективного исследования финансового состояния страховой организации, полностью соответствуют ранее высказанной позиции в Определении КС РФ № 866-О/2019 о том, что положения Закона о банкротстве не могут препятствовать проверке судом законности и обоснованности решений и действий временной администрации по управлению финансовыми организациями и не предрешают оценку суда в отношении имеющихся в деле доказательств», – заключил Дмитрий Чернобель.

Юрист банкротного направления юридической фирмы VEGAS LEX Анна Мухина также обратила внимание на применение в этом деле правовой позиции КС: «В результате суд критическим образом оценил заключение временной администрации о финансовом состоянии страховой организации и учел результаты экспертного заключения, признанного достоверным и допустимым доказательством».

Эксперт заметила, что суд признал недопустимым включение АСВ в сумму неисполненных денежных обязательств всех предъявленных к должнику требований без исследования их обоснованности. «Как следствие, судом исключены из размера пассивов должника суммы погашенных требований и очевидно спорных обязательств перед РСА (занимательно, что после принятия решения суда первой инстанции РСА предъявил к должнику не менее 16 исков). Суд при этом допустил важную оговорку: оценка обоснованности требований должна осуществляться “аккуратно”, в отсутствие предварительных выводов о результатах проверки. Как итог, суд кассационной инстанции согласился с актами нижестоящих судов об отказе в признании должника банкротом», – отметила Анна Мухина.

«Отрадно наблюдать, когда суды пристально исследуют доказательства и способны критически оценивать выводы “авторитетных” участников процесса. Первоначально реализованный формальный подход к оценке доказательств привел к необоснованному признанию страховой компании банкротом, которое удалось отменить только более чем через два года. При этом “отмена” банкротства такого крупного игрока рынка является исключительным случаем», – резюмировала эксперт.

Рассказать:
Яндекс.Метрика