30 июня Верховный Суд вынес Определение № 307-ЭС22-25636 (6) по делу № А66-10018/2021, в котором указал, что для прекращения производства по делу о банкротстве требуется удовлетворение в том числе требований субординированных кредиторов.
ООО «Банищанская Дача» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Лайк Вуд» банкротом. Определением суда от 14 октября 2022 г. требование общества было включено в третью очередь реестра, утвержден временный управляющий. Однако постановлением апелляционного суда от 20 января 2023 г. указанное определение было частично отменено, требование общества признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (субординированный кредитор).
Затем Андрей Архипов обратился с заявлением о намерении удовлетворить требования кредиторов, включенные в реестр. Определением АС Тверской области от 26 февраля 2024 г. заявление было удовлетворено. Впоследствии Андрей Архипов уплатил денежные средства во исполнение указанного определения и заявил ходатайство о прекращении производства по делу о банкротстве, однако требования субординированного кредитора остались без удовлетворения. Определением суда от 4 апреля 2024 г. требования кредиторов должника признаны удовлетворенными, производство по делу о банкротстве прекращено. Апелляционная и кассационная инстанции оставили данный судебный акт без изменений.
Суды руководствовались абз. 7 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве с учетом изложенных в п. 11 Постановления Пленума ВАС РФ от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснений и исходили из погашения Андреем Архиповым требований, включенных в реестр. Доводы общества «Банищанская Дача» о наличии неудовлетворенных субординированных требований были отклонены судами с указанием на то, что данные обстоятельства не препятствуют прекращению производства по делу.
Не согласившись с принятыми по обособленному спору судебными актами, общество «Банищанская Дача» подало кассационную жалобу в Верховный Суд, в которой просило об их отмене. Изучив жалобу, ВС пояснил, что в силу ст. 113 и 125 Закона о банкротстве учредители (участники) должника либо третье лицо в любое время до окончания процедуры банкротства в целях прекращения производства по банкротному делу вправе удовлетворить все требования кредиторов, включенные в реестр. Для этих целей подлежат удовлетворению все включенные в реестр требования, в том числе неустойки (штрафы, пени), проценты и иные санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств. Результатом погашения требований кредиторов в соответствии с процедурой намерений является вынесение определения о прекращении производства по делу о банкротстве.
Как пояснил Суд, положения указанных статей соотносятся с нормой, содержащейся в абз. 7 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве, согласно которой одним из оснований для прекращения производства по делу о банкротстве является удовлетворение всех требований кредиторов, включенных в реестр, в ходе любой процедуры, применяемой в деле.
В определении указано, что, согласно разъяснениям, изложенным в абз. 5 п. 11 Постановления Пленума ВАС № 35, для прекращения производства по делу по основанию, предусмотренному абз. 7 п. 1 ст. 57 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы требования кредиторов были погашены только в части, включенной в реестр; не требуется погашения мораторных процентов и текущих платежей. Исходя из этого, для целей правильного применения указанных положений законодательства о несостоятельности ключевое значение имеет определение круга требований, которые учитываются (считаются включенными) в реестре.
ВС напомнил, что общие положения о составе требований, включенных в реестр, и их очередности содержатся в п. 4 ст. 134 Закона о банкротстве. В частности, указанным пунктом выделяются три основные очереди реестра. В то же время как в указанном пункте, так и в иных положениях Закона приведены требования, которые удовлетворяются в другой (помимо основных) очереди. Так, в п. 2.1 ст. 134 и п. 3 ст. 136 Закона содержится указание на то, что требования лиц, относящихся к руководству должника, о выплате выходного пособия погашаются после третьей очереди реестра.
Суд подчеркнул, что на погашение после третьей очереди реестра указано и в отношении реституционных требований по сделкам, признанным недействительными по специальным основаниям ст. 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве и содержащим элемент недобросовестности ответчика (абз. 1 п. 4 ст. 134 Закона). В той же очередности, что и реституционные требования, удовлетворяются требования кредиторов, заявленные после закрытия реестра (п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, п. 26 Постановления Пленума ВАС от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона о банкротстве»).
Экономколлегия обратила внимание, что в целях реализации принципа справедливости правоприменительной практикой выработаны критерии, на основании которых очередность удовлетворения требования кредитора, основанного на гражданско-правовой сделке, может быть понижена. В частности, требование о возврате компенсационного финансирования, предоставленного контролирующим лицом в период нахождения должника в состоянии имущественного кризиса, подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (п. 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом ВС РФ 29 января 2020 г.).
ВС отметил, что законодательные положения и правоприменительные подходы свидетельствуют о том, что тремя основными очередями реестр требований кредиторов не ограничивается. При этом различные формулировки (например, «после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр», «после всех других требований», «после удовлетворения требований всех иных кредиторов», «после расчетов с кредиторами третьей очереди», «предшествующая распределению ликвидационной квоты» и т.д.) являются юридико-техническими приемами, которые используют законодатель и правоприменитель для соотнесения между собой различных учитываемых в реестре требований и описания последовательности их погашения.
«Цель прекращения дела о банкротстве вследствие погашения всех требований кредиторов состоит в окончательном урегулировании ситуации банкротства должника, с тем чтобы последний имел возможность вернуться к нормальной хозяйственной деятельности в гражданском обороте. По сути, погашение требований третьим лицом – это своего рода реабилитационная процедура, заключающаяся в поиске инвестора, готового взять на себя расходы по восстановлению платежеспособности должника», – отмечается в определении.
Как пояснил ВС, в рассматриваемом случае сложилась ситуация, когда после прекращения производства по делу общество «Банищанская Дача» снова обратилось с заявлением о банкротстве должника. Производство по новому делу о банкротстве (№ А66-12694/2024) возбуждено 5 сентября 2024 г., определением от 31 марта 2025 г. введена процедура наблюдения. Судебная коллегия посчитала, что подход, занятый судами, которые не приняли во внимание требования субординированных кредиторов, противоречит реабилитационной природе механизма намерений, поскольку позволяет, формально прекратив процедуру банкротства без удовлетворения всех установленных в деле правопритязаний, спустя непродолжительное время возбудить новое дело о банкротстве на основе непогашенных требований, что противоречит целям законодательного регулирования процедур банкротства.
В определении подчеркивается, что при разрешении вопроса о прекращении производства по делу на основании ст. 57, 113 и 125 Закона о банкротстве необходимо учитывать требования кредиторов, имеющих право инициировать возбуждение процедуры банкротства, к числу которых в том числе относятся субординированные кредиторы, а также кредиторы по выплате действительной стоимости доли, от уплаты которой недобросовестно уклоняются оставшиеся в обществе участники (Определение ВС от 10 августа 2023 г. № 305-ЭС19-22252 (4)).
В итоге Верховный Суд пришел к выводу, что для прекращения производства по данному делу требовалось удовлетворение всех заявленных и признанных обоснованными требований (которые фактически и образуют реестр), в том числе требований субординированных кредиторов. Таким образом, ВС отменил обжалуемые судебные акты, направив дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Комментируя «АГ» определение ВС, партнер московского адвокатского бюро «Синум АДВ» Александр Задорожный отметил, что оно в категоричной форме вводит определенность в вопрос о том, какие требования кредиторов необходимо погасить для восстановления платежеспособности должника. При этом круг кредиторов максимально расширен, включая субординированных и зареестровых, подчеркнул адвокат. Он обратил внимание, что под такое решение подведена база: погашение требований кредиторов третьим лицом прямо названо одной из реабилитационных процедур, что требует полного восстановления платежеспособности должника.
«С точки зрения правовой политики это выбор в пользу оборота, поскольку реабилитированный таким образом должник не будет вызывать сомнений со стороны третьих лиц. С другой стороны, подобная категоричность, полагаю, осложнит поиск внешних источников восстановления платежеспособности, что может негативно отразиться на перспективах как должника, так и кредиторов основных очередей, на которых могли бы найти средства для погашения при более мягком подходе», – заключил Александр Задорожный.
Адвокат, член АП г. Москвы, к.ю.н., преподаватель кафедры адвокатуры Университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА) Константин Евтеев поприветствовал рассматриваемое определение в связи со скрупулезным подходом ВС. Как пояснил адвокат, суды предыдущих инстанций, проигнорировав интересы кредиторов с более низким приоритетом, исказили суть процедуры, которая заключается в восстановлении платежеспособности должника и возврате к нормальной хозяйственной деятельности. По мнению Константина Евтеева, такой подход, позволяя формально завершить банкротство без погашения всех долгов и затем быстро инициировать новое банкротство из-за тех же неоплаченных долгов, идет вразрез с целями и задачами Закона о банкротстве.
Адвокат подчеркнул, что термин «субординация», как указывают некоторые исследователи, «не известен российскому законодательству о несостоятельности (банкротстве), однако активно используется юристами-практиками и судебными инстанциями для определения характера взаимоотношений и определения их правовых последствий»1. Константин Евтеев добавил, что и в данном деле в отсутствие легальной дефиниции термин справедливо применен к рассматриваемому казусу. Таким образом, ВС вернул дело на пересмотр, так как прежнее решение нарушало права кредиторов и противоречило смыслу процедуры банкротства, позволяя бесконечно возобновлять ее без реального погашения долгов, резюмировал адвокат.
Руководитель практики «Банкротство и субсидиарная ответственность» КАМО «Линников и Партнеры» Татьяна Цепкина отметила, что по смыслу сложившейся правоприменительной практики в делах о банкротстве наличие неудовлетворенных требований кредиторов, не включенных в реестр, позволяет судам прекращать производство по банкротному делу на том основании, что все требования кредиторов удовлетворены.
Адвокат обратила внимание, что ограничительное толкование понятия реестра требований кредиторов приводит к тому, что третьему лицу – инвестору – достаточно погасить лишь три основные очереди реестра, чтобы инициировать прекращение дела о банкротстве. Таким подходом руководствовались суды трех инстанций в рассматриваемом деле. Однако, как считает Татьяна Цепкина, ВС справедливо не согласился с такой позицией и указал, что подход, занятый судами, которые не приняли во внимание требования субординированных кредиторов, носит формальный характер прекращения процедуры банкротства без удовлетворения всех установленных в деле правопритязаний.
«Считаю, что позиция ВС имеет положительное значение для банкротной практики, поскольку направлена на соблюдение принципа реабилитационной природы механизма намерений. Во-первых, Суд указал, что тремя основными очередями реестр кредиторов не ограничивается и ключевое значение имеет определение круга требований, которые учитываются (считаются включенными) в реестре. Во-вторых, Суд пояснил, что при прекращении дела о банкротстве в связи с погашением всех требований необходимо учитывать требования кредиторов, имеющих право инициировать возбуждение процедуры банкротства, к числу которых относятся субординированные кредиторы. Безусловно, такая позиция Экономколлегии логична и исключает возможность возбуждения “новых” дел о банкротстве в отношении того же должника после прекращения дела с непогашенными требованиями кредиторов, как произошло в данном случае», – поделилась мнением Татьяна Цепкина.
1 Родина Н.В. Субординация требований кредиторов в процессе несостоятельности (банкротства) юридических лиц: монография / под науч. ред. И.В. Фролова. М.: Юстицинформ, 2023.
