Верховный Суд опубликовал Определение по делу № 5-КГ26-29-К2, в котором напомнил, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение.
Суды сочли размер причиненного истцу ущерба установленным
Павел Вахнин работал в ООО «Управляющая компания “Сегежа Групп”». Приговором Пресненского районного суда г. Москвы от 8 июня 2023 г., вступившим в законную силу, он был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 «Злоупотребление полномочиями» УК РФ, с назначением наказания в виде исправительных работ сроком на один год с удержанием 10% из зарплаты в доход государства.
Суд установил, что Павел Вахнин являлся должностным лицом, осуществляя функции члена коллегиального исполнительного органа компании «Сегежа Групп». Используя свои полномочия вопреки законным интересам компании, желая наступления существенного вреда ее правам и законным интересам, он, действуя в интересах ООО «ИБС Экспертиза», с которым был заключен договор на выполнение работ по проекту, подписал протоколы разногласий к актам выполненных работ без замечаний. Вследствие этого компания «Сегежа Групп» перечислила на расчетный счет указанного общества 13,9 млн руб., что лишило ее в последующем права требования выполнения указанных в актах работ и возврата перечисленных денежных средств.
Приговор был постановлен в особом порядке судебного разбирательства, о чем ходатайствовал подсудимый, согласившийся с предъявленным ему обвинением в полном объеме.
3 июля 2023 г. ПАО «Группа компаний “Сегежа”» обратилось в суд с иском к Павлу Вахнину о возмещении ущерба, причиненного преступлением, в размере 13,9 млн руб. Решением Нагатинского районного суда г. Москвы от 12 февраля 2024 г. исковые требования были удовлетворены в полном объеме. Суд исходил из того, что вступившим в законную силу приговором установлены обстоятельства, имеющие преюдициальное значение для рассмотрения этого спора, в частности факт совершения Павлом Вахниным преступных действий, повлекших причинение истцу материального ущерба, а также размер ущерба, причиненного преступлением, в сумме 13,9 млн руб., который не может быть оспорен при рассмотрении данного гражданского дела.
Отклоняя доводы ответчика о необходимости установления размера ущерба по гражданскому делу путем истребования доказательств и назначения судебных экспертиз, суд отметил, что эти доводы направлены на пересмотр вступившего в законную силу приговора суда, что в силу ст. 61 ГПК является недопустимым способом защиты прав.
22 апреля 2025 г. Мосгорсуд оставил без изменения решение первой инстанции. Он указал, что приговор по уголовному делу имеет преюдициальное значение и обязателен для суда при рассмотрении гражданского дела в части установленных приговором суда обстоятельств совершения преступления; эти обстоятельства не подлежат повторному доказыванию. Размер причиненного истцу ущерба являлся предметом исследования при рассмотрении уголовного дела и был установлен судом при постановлении приговора, поскольку является квалифицирующим признаком преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 201 УК. Следовательно, размер причиненного Павлом Вахниным ущерба входил в предмет доказывания по уголовному делу, отмечал апелляционный суд.
Кассация применила к спору нормы ТК
Второй кассационный суд общей юрисдикции определением от 18 сентября 2025 г. отменил постановления судов первой и апелляционной инстанций, направив дело на новое рассмотрение. Кассация признала выводы нижестоящих инстанций нарушающими действующее правовое регулирование спорных отношений, содержащееся в главе 39 ТК «Материальная ответственность работника». Она привела доводы о том, что судами оставлено без внимания, что в силу ст. 238 ТК работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб, в связи с чем стороны не лишены возможности в рамках гражданского дела, помимо ссылок на приговор по уголовному делу, приводить иные доказательства, обосновывающие причинение ущерба и размер суммы прямого действительного ущерба.
Кассационный суд отметил, что суд не связан выводами других судов о правовой квалификации рассматриваемых отношений и о толковании правовых норм, поэтому выводы суда по уголовному делу не могут являться безусловным основанием для освобождения от доказывания в рамках гражданского процесса обстоятельств, положенных в основу требований истца о привлечении Павла Вахнина как работника к гражданско-правовой ответственности.
Ввиду того, что ответчик выражал несогласие с размером прямого действительного ущерба, юридически значимым обстоятельством по делу являлось определение размера подлежащего взысканию с Павла Вахнина ущерба не только на основании приговора суда, но и на основании анализа всех фактических обстоятельств и оценки совокупности представленных доказательств, подчеркнула кассация.
ВС указал на преюдициальное значение приговора
Представитель общества «Сегежа Групп» обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд, в которой просил об отмене постановления кассации. Изучив жалобу, Судебная коллегия по гражданским делам ВС отметила, что право на судебную защиту, гарантируемое Конституцией РФ, предполагает не только право заинтересованного лица на обращение в суд, но и возможность получения им реальной судебной защиты, обеспечивающей эффективное восстановление нарушенных прав и свобод. Таким средством защиты нарушенных прав потерпевших от преступлений является предъявление гражданского иска. Потерпевший может по своему усмотрению предъявить гражданский иск о возмещении вреда, причиненного преступлением, либо в рамках производства по уголовному делу, либо в порядке гражданского судопроизводства к лицу, обязанному возместить вред, причиненный преступлением, при этом вред должен быть возмещен в полном объеме.
ВС подчеркнул, что суды обязаны обеспечить надлежащую защиту прав и свобод путем своевременного и правильного рассмотрения дел. Вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории РФ, а факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.
В определении указано, что согласно ч. 1 ст. 201 УК злоупотреблением полномочиями признается использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства. Обязательным элементом состава этого преступления выступает причинение существенного вреда, то есть его размер, который доказывается в рамках уголовного судопроизводства, на что обращено внимание в п. 5 и 6 Постановления Пленума ВС РФ от 29 июня 2021 г. № 21 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях против интересов службы в коммерческих и иных организациях (статьи 201, 201.1, 202, 203 Уголовного кодекса РФ)».
Как указала Судебная коллегия, судом кассационной инстанции неправильно определены действительные отношения сторон. Кассационный суд счел, что, поскольку Павел Вахнин выражал несогласие с размером прямого действительного ущерба, суду следовало определить размер подлежащего взысканию с него ущерба не только на основании вступившего в законную силу приговора суда, но и на основании иных доказательств. Однако, делая такой вывод, кассационный суд не принял во внимание, что вина Павла Вахнина в совершении действий, явно выходящих за пределы возложенных на него должностных полномочий, доказана вступившим в законную силу приговором суда, поэтому иск общества «Сегежа Групп» о возмещении ущерба, причиненного преступлением, не основан на обстоятельствах, связанных с его трудовыми отношениями, в связи с чем положения трудового законодательства к спорным отношениям не подлежали применению.
Кроме этого, ВС добавил, что уголовное дело было рассмотрено судом в особом порядке судебного разбирательства, поскольку Павел Вахнин был согласен с предъявленным ему обвинением в полном объеме, свою вину в совершении деяния признал полностью, включая размер причиненного им ущерба. При вынесении приговора судом были установлены все элементы состава преступления в соответствии с ч. 1 ст. 201 УК, в том числе размер причиненного ущерба, в противном случае невозможно было бы определить существенность причиненного истцу ущерба. Без определения всех элементов состава преступления Павел Вахнин не мог быть привлечен к уголовной ответственности. Кассационный суд, выразив несогласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций в отношении размера ущерба, причиненного истцу и установленного приговором Пресненского районного суда г. Москвы от 8 июня 2023 г., фактически указал на необходимость повторного определения размера ущерба и пересмотра вступившего в законную силу приговора суда.
Между тем, как отметил Верховный Суд, доводы Павла Вахнина о необходимости установления размера ущерба в гражданском деле путем истребования доказательств и назначения судебной экспертизы судами первой и апелляционной инстанций были признаны несостоятельными, поскольку эти доводы были направлены на пересмотр вступившего в законную силу приговора суда, что в силу положений ст. 61 ГПК является недопустимым способом защиты права. Эти обстоятельства судом кассационной инстанции не приняты во внимание вследствие ошибочного истолкования правового регулирования спорных отношений, что привело к неправомерному выводу кассационного суда об отмене судебных постановлений судов первой и апелляционной инстанций и о направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Таким образом, ВС пришел к выводу, что определение кассационного суда принято с существенным нарушением норм материального и процессуального права, а потому он отменил его, оставив в силе судебные акты судов первой и апелляционной инстанций.
Адвокаты прокомментировали затронутую проблему
Член АП Республики Башкортостан Николай Герасимов отметил, что вопрос, рассмотренный ВС, с одной стороны, является достаточно простым и очевидным, с другой – многоплановым и неоднозначным на практике. По его словам, сложно спорить с тем фактом, что установленные вступившим в законную силу приговором суда обстоятельства подлежат принятию судом по гражданскому делу без дополнительной проверки: «Это один из постулатов правил доказывания в любом виде судопроизводства».
Николай Герасимов пояснил, что в рамках рассматриваемого дела приговором суда было установлено, что ответчик причинил ущерб истцу в результате совершения преступления в конкретном размере. Уголовное дело при этом было рассмотрено в особом порядке, следовательно, обвиняемый был согласен полностью с предъявленным обвинением, в том числе в части расчета причиненного ущерба. Это согласие он подтвердил и в ходе судебного заседания после консультации с защитником, о чем суд его обязательно должен был спросить. Таким образом, в рамках уголовного дела размер ущерба был установлен, имеющимися материалами подтвержден, стороной защиты не опровергнут, подчеркнул адвокат.
«Однако, на мой взгляд, есть и другая сторона данного вопроса, которая складывается скорее из пороков правоприменения, чем недостатков законодательства. Так, например, постановление приговора в особом порядке, что предполагает более мягкое наказание для подсудимого и его негласно “приветствуют” судьи, так как это существенно упрощает им работу, невозможно без полного согласия обвиняемого с позицией стороны обвинения. Невозможно для лица, привлекаемого к уголовной ответственности, в целом согласиться с инкриминируемым преступлением, оспаривать размер вменяемого ущерба и при этом сохранить право на особый порядок судебного разбирательства. Таким образом, обвиняемый поставлен в ситуацию, что он при желании воспользоваться данным правом фактически не имеет возможности каким-либо образом опровергнуть размер причиненного ущерба, даже если для этого имеются основания. Очевидно, что желание получить наказание, не связанное с реальным лишением свободы, в моменте значительно сильнее стремления оспорить даже неверную сумму в обвинении», – полагает Николай Герасимов.
Более того, отметил эксперт, на практике даже в случае рассмотрения дела в общем порядке с полноценным исследованием доказательств и состязательностью сторон добиться назначения в судебном заседании экономической экспертизы достаточно сложно. Как пояснил адвокат, для этого стороне защиты потребуется приложить немалые усилия и привести крайне веские доводы. Мнения привлеченных же на частной основе специалистов для этого часто оказывается недостаточно. Следовательно, даже в случае проведения судебного разбирательства в общем порядке оспорить сумму вменяемого ущерба в рамках уголовного процесса непросто, подчеркнул Николай Герасимов.
Адвокат обратил внимание, что ранее практика судов складывалась несколько иным образом и достаточно нередко в рамках рассмотрения гражданских дел, даже при наличии приговора суда, была возможность опровергнуть вмененную обвинением сумму ущерба и обосновать иной размер с помощью соответствующих средств доказывания. Кроме того, сама возможность оставить гражданский иск в рамках уголовного дела без рассмотрения, если его разрешение требует исследования дополнительных обстоятельств или сложных расчетов, отчасти предполагает, что вопрос исчисления и взыскания сумм денежных средств подлежит передаче на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, где судьи обладают необходимой для этого специализацией, добавил Николай Герасимов.
«На мой взгляд, Верховный Суд задает совершенно определенный вектор развития судебной практики: теперь все, что установлено в рамках уголовного судопроизводства, имеет статус непреложной истины и не подлежит пересмотру. Публичные интересы поставлены в явный приоритет в защите перед частными. Эта позиция, по моему мнению, еще больше усложнит возможности для защиты лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, в том числе с точки зрения материальных последствий вынесения приговора», – поделился мнением адвокат.
Адвокат Иркутской областной коллегии адвокатов «Алиби» Алина Арбатская отметила, что определением ВС разграничиваются виды юридической ответственности при возмещении ущерба, причиненного преступлением лицом, состоявшим с потерпевшей организацией в трудовых отношениях. Она подчеркнула, что само по себе наличие трудовых отношений между причинителем вреда и потерпевшей организацией не предопределяет применение положений главы 39 ТК о материальной ответственности работника. Для выбора надлежащего правового регулирования определяющее значение имеют характер совершенных действий, основание заявленного требования и связь причиненного ущерба с исполнением трудовых обязанностей.
Алина Арбатская пояснила, что общие положения гражданского законодательства о возмещении вреда применяются в случае, если основанием требования являются совершение преступления и причинение имущественного вреда, при которых действия причинителя вреда выходят за пределы трудовых обязанностей и образуют состав преступления. А в случае причинения ущерба в связи с исполнением трудовых обязанностей применяются нормы ТК.
Как полагает Алина Арбатская, ВС обоснованно исходит не из формального факта существования трудовых отношений, а из правовой природы спорного обязательства. Адвокат подчеркнула, что такой подход позволяет не только правильно определить подлежащие применению нормы материального права, но и исключить повторную оценку обстоятельств, уже установленных судом в рамках уголовного дела.
По мнению Алины Арбатской, отдельного внимания заслуживает позиция Суда о преюдициальном значении вступившего в законную силу приговора. Она пояснила, что в данном случае размер ущерба имел значение для уголовно-правовой оценки содеянного, поскольку существенный вред являлся признаком состава преступления. Ответчик признал обвинение в полном объеме, вследствие чего обстоятельства причинения ущерба и его размер были установлены приговором и не подлежали повторному доказыванию в гражданском процессе. «Вместе с тем вопрос о пределах преюдициальности приговора остается дискуссионным. Недопустимо пересматривать обстоятельства, установленные вступившим в силу приговором, однако участники гражданского дела должны сохранять возможность доказывать обстоятельства, которые не являлись предметом уголовного разбирательства. В целом подход ВС представляется обоснованным, ориентированным на оценку действительного характера спорных правоотношений», – считает адвокат.
Председатель МКА «Ермаков и партнеры» Кирилл Ермаков отметил, что в рассматриваемом случае ВС указывает на незыблемый институт преюдиции, который не может ставиться под сомнение при наличии в деле необходимых элементов. «Если брать за основу определение Второго кассационного суда общей юрисдикции, в указанном деле у потерпевшего возникает обязанность повторно доказывать размер ущерба, который был установлен вступившим в законную силу приговором суда, что противоречит конституционным принципам судопроизводства, – подчеркнул он. – Ответчик был вправе оспаривать размер ущерба на стадии предварительного расследования, при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, а также путем обжалования приговора. В дальнейшем, при рассмотрении гражданского иска о взыскании ущерба, причиненного преступлением, эта возможность исключена вступившим в законную силу судебным актом».
