×

На грани коллапса

Американские публичные защитники переживают не лучшие времена
Материал выпуска № 1 (42) 1-15 января 2009 года.

НА ГРАНИ КОЛЛАПСА

Американские публичные защитники переживают не лучшие времена

Так называемые ведомства публичных защитников по крайней мере в семи штатах США подают сигнал бедствия, отказываясь принимать новые дела и ходатайствуя о сокращении уже принятых, так как, по их словам, непосильная нагрузка подрывает конституционное право бедняков на юридическую помощь. Об этом сообщается в статье Эрика Экхолма, которая недавно была опубликована в «Нью-Йорк таймс». Надеемся, что краткий ее пересказ будет интересен и по эту сторону океана.

Как известно, ведомства публичных защитников обеспечивают оказание юридической помощи большинству малоимущих обвиняемых по уголовным делам (не путать с бюро юридической помощи, которые предоставляют помощь беднякам по остальным категориям дел). Деятельность адвокатов, работающих в этих ведомствах, оплачивается государством, и в ведомстве может работать от одного до сотни адвокатов. Во многих таких ведомствах сотрудникам запрещено совместительство, чтобы их рабочее время целиком уделялось защите малоимущих. К числу плюсов этой системы российские специалисты относят постоянный обмен опытом в области тактики и методики защиты, налаженный между адвокатами-защитниками; к тому же система доказала свою эффективность с точки зрения экономии ресурсов. Среди недостатков называются ограниченность кадровых ресурсов и стесненность в средствах из-за отсутствия у выборных политиков и населения в целом энтузиазма по поводу выделения средств на оплату защиты преступников.

Журналист отмечает, что перегруженность публичных защитников и недостаточная оплата их труда хорошо известны. Но сейчас, в рамках наиболее открытого мятежа в своей истории, государственные защитники заявляют, что урезание бюджета и растущая нагрузка привели их к критической черте.

В сентябре флоридский судья постановил, что ведомство публичных защитников в графстве Майами-Дейд вправе отказаться от защиты многих задержанных по подозрению в менее тяжких преступлениях (букв. “менее опасной фелонии”) с тем, чтобы сосредоточиться на улучшении защиты остальных клиентов. Сообщается, что за последние три года среднее количество дел о фелонии, приходящихся на одного адвоката в год, возросло с 367 до 500, а по делам о преступлениях небольшой тяжести – с 1380 до 2225. По словам директора по исследованиям Национальной ассоциации юридической помощи и защитников Дэвида Кэрролла, «многие публичные защитники готовы встать и сказать: “Все, мы больше не в состоянии вести столько дел с соблюдением правил этики”».

Решение по майами-дейдскому делу, привлекшему к себе внимание всей страны, было обжаловано штатом, который ссылался на то, что ведомства публичных защитников должны разделить бремя сокращения доходов. Верховный суд Флориды направил дело на рассмотрение в апелляционный суд. Если решение судьи будет оставлено без изменения, судам придется привлекать частных адвокатов за более высокую цену.

Такие споры являются наиболее явными признаками усугубления ситуации, которая заставляет измотанных адвокатов Мичигана вслух говорить о системе макджастиса (жаргонное выражение McJustice означает искрометное правосудие, в рамках которого никто ни о чем не думает – по аналогии с предприятиями быстрого питания. – Прим. пер.), а в Нью-Йорке отпускать мрачные шутки относительно конвейера «сделок с правосудием» (как известно, вынесение приговоров в особом порядке приобретает все более широкую популярность и в России).

«По моему мнению, таких споров должны быть сотни», – говорит профессор Школы права Индианского университета Норманн Лефстейн, специалист по уголовному праву. «Я думаю, что качество публичной защиты, безусловно, ухудшается по всей стране», – утверждает Лефстейн. Причем, по его мнению, существует риск того, что пока штаты не увеличат расходы на адвокатов, судьи могут откладывать судебные разбирательства, а в некоторых штатах они угрожают снять обвинения с подсудимых, которым не обеспечена надлежащая защита.

Наиболее очевидным последствием поспешного правосудия Лефстейн и Кэрролл считают то, что отрицающие вину подсудимые могут принуждаться к тому, чтобы признать себя виновными. Они также могут быть незаконно осуждены, притом что настоящие преступники останутся на свободе. Между тем, как утверждают эксперты, жалобы осужденных, основанные на доводах о недостаточной защите, не имеют большого успеха.

А кому легко?

В своем решении 1963 г. по делу «Гидеон против Уэйнрайта» Верховный суд США указал, что малоимущие обвиняемые имеют право на оплачиваемую государством защиту. Однако в 11-м судебном округе Флориды бюджет ведомства публичных защитников, как сообщает его новый руководитель Беннетт Браммер, за последние два года урезан на 12,6 %, а нагрузка за четыре года возросла на 29 %. При этом сенатор штата Виктор Крист, председатель комитета по ассигнованиям на уголовную и гражданскую юстицию и шумный критик майами-дейдского дела, утверждает, что Браммер «раздувает проблему на пустом месте». По его мнению, судебная система ущемлена гораздо меньше, чем другие отрасли управления. Поскольку ни одному обвиняемому не должно быть отказано в надлежащей процедуре, суды, прокуроры штата и публичные защитники должны потуже затянуть пояса. Кристу хотелось бы, чтобы ведомства публичных защитников повышали эффективность, например, путем более тщательного отбора дел, по которым требуются показания под присягой и иные процессуальные действия, влекущие большие затраты времени. Не вполне понятно другое замечание сенатора (возможно, оригинал пережил поспешное редактирование), которое приходится передать буквально: «Они должны возлагать расходы на клиентов, даже если суммы незначительны или платежи задерживаются» (they should impose fees on clients, even if the sums were low or payment was delayed). К числу загадочных постулатов следует отнести и другое высказывание регионального законодателя: «Правовая защита – это право, но качество образования – это тоже право, как и поддержание порядка и безопасности в обществе и сохранение стандартов в наших тюрьмах». Эту туманную филиппику, вероятно, следует понимать как «а кому сейчас легко».

Однако мистера Браммера этот выпад не заставил растеряться: «Это типичная игра на понижение (букв. “гонка ко дну”. – Прим. пер.). По мере того как положение с нагрузкой ухудшается, наиболее опытные адвокаты переходят на другую работу. Но дела продолжают поступать».

Все это приводит в отчаяние защитников вроде 30-летнего Артура Джонса. В своем майамском офисе он просмотрел распечатку списка 155 своих клиентов. Джонс провел сумасшедшее утро в суде, организуя предъявление обвинений и сделки с правосудием для 23 клиентов, большинство которых он до этого даже не видел. Правда, преступления не относились к слишком тяжким, включая хранение кокаина, ночную кражу со взломом и кражу в крупном размере. По его словам, ему хотелось бы иметь время для того, чтобы проводить правовой анализ и посещать место преступления, однако, вероятно, адвокату самому стало смешно, и автор плавно перешел к другому сюжету.

Не лучше обстоит дело в Миссури, где за последние восемь лет штат защитников не увеличился ни на одного человека, тогда как годовое количество дел возросло до 12 000, что дает директору службы в местном штате Марти Робинсону основание утверждать: «Мы на грани коллапса». Робинсон апеллировал в надзорную комиссию, и начиная с прошлого месяца защитники все большего числа графств стали отказываться от мелких дел, по которым маловероятно заключение под стражу.

Публичный адвокат штата Кентукки Эд Монахан предъявил иск, в случае удовлетворения которого защитники смогут отказываться от дел, если не в состоянии вести их в соответствии с правилами профессиональной этики. «С времен Гидеона (очевидно, с 1963 г. – Прим. ред.) я не помню, чтобы угроза ненадлежащей защиты была столь велика», – говорит мистер Монахан. Между тем в Кентукки, как и всюду, высокопоставленные законодатели призывают защитников принять близко к сердцу бюджетные проблемы. Аналогичные иски или случаи отказа от оказания услуг отмечены также в Теннеси, Миннесоте, Мэриленде и Аризоне.

В г. Нью-Йорке финансирование защиты по уголовным делам со стороны штата и города уменьшилось за год на 2,7 миллиона долларов. В то же время число дел возросло с 210 000 в 2006 г. до 226 000. Городское общество юридической помощи предложило городскому совету проект определения предельного числа клиентов, приходящихся на одного адвоката. Однако он потребует значительного увеличения финансирования в период, когда и в штате, и в городе резко сократились бюджетные поступления.

Поспешное рассмотрение даже мелких дел может повлечь серьезные последствия для обвиняемых, говорит Дебора Райт, председатель ассоциации оказания юридической помощи – профсоюза нью-йоркских защитников. Если они даже не приговариваются к лишению свободы, он все равно приобретают судимость, которая может повлиять на иммиграционный статус и на право получения определенных льгот.

А что такое Монтана?

В Мичигане графства принуждаются к обеспечению защиты малоимущих без привлечения средств штата, что также ставит людей в неравное положение. В некоторых графствах обвиняемым в малозначительных преступлениях вообще не предоставляют защитника; в других судья нанимает защитника за твердое вознаграждение, создавая конфликт интересов и склоняя к не слишком старательному исполнению обязанностей, как говорится в недавнем докладе адвокатских организаций Мичигана. С другой стороны, в качестве положительного примера мистер Кэрролл указал то, что Невада, Луизиана и Монтана недавно увеличили финансирование публичных защитников.

В Майами защитники жалуются не только на обилие дел, но на загруженность прежде всего делами о фелонии, за которые подсудимому грозят десятилетия тюрьмы в лучшем случае. Эмми Уэбер, проработавшая там пять лет, иногда вела до 50 дел о фелонии одновременно, что, по ее словам, «слишком много». Ставки в таких делах намного выше, они требуют допроса множества свидетелей, что, естественно, требует больше работы, говорит она.

Одним прекрасным апрельским днем мисс Уэбер получила на руки сразу 13 таких дел и хлопотала об их отложении. Одновременно 59-летнему Джеймсу Симонсу был предложен в качестве сделки один год тюрьмы. Но поскольку Уэбер не имела времени обсудить с ним это предложение, прокуратура воспользовалась отсутствием немедленного согласия, насобирала еще доказательств и старичок получил пять лет. Как утверждает Уэбер, она чувствовала себя «ужасно», что совсем неудивительно (тем более что те 13 дел наверняка отложили бы и без нее).

Ее коллега мистер Джонс бросил карьеру публичного защитника, приносившую ему 44 000 долларов в год, и перешел к частной практике, ссылаясь на то, что не может содержать на такую зарплату детей и выплачивать школьные кредиты. За несколько недель до этого он должен был сообщить 53-летнему товарищу, обвинявшемуся в связи с хищением замков из магазина «Хоум депо» в краже в крупном размере, что штат предлагает ему в качестве сделки пять лет, поскольку прежние судимости делают его рецидивистом. Клиенту больше нравился один год тюрьмы, но, когда адвокат отправился к прокурорам, чтобы поторговаться, те возразили, что по их системе счетоводства набегает минимальный срок в 2,6 года. Джонсу было некогда проверять их расчеты, и клиент совсем было согласился на их сомнительную сделку, когда прокуроры вдруг обнаружили, что обсчитались – настоящий минимум составлял 366 дней. «Видите, как легко это получается, – говорит Джонс. – Он вполне мог получить три года вместо одного».

ИНТЕРЕСНО И ПОЛЕЗНО ЗНАТЬ

Публичные защитники – не единственная категория адвокатов США, оказывающих юридическую помощь малоимущим. Существуют также программы адвокатов-защитников по назначению, которые чаще всего создаются в муниципальных образованиях, недостаточно крупных для организации самостоятельного ведомства публичных защитников. Местная власть составляет список частнопрактикующих адвокатов, готовых представлять интересы тех, кто в этом нуждается. Отбор адвоката для конкретного дела производится судом либо на основе одноразового назначения либо путем выбора судьей адвоката из соответствующего списка. Оплата услуг адвоката производится через суд из федерального бюджета или бюджета штата, и адвокат должен заручиться согласием суда на расходы, связанные с проведением собственного расследования или приглашением экспертов.

Журналисты «Нью-Йорк таймс» не поленились сопоставить эффективность публичных защитников и адвокатов по назначению и пришли к выводу, что результаты говорят не в пользу последних. Они обходятся налогоплательщикам дороже, обладают недостаточной квалификацией, и в результате их клиенты получают несколько более значительные сроки – в среднем на 7,76 месяца больше, чем если бы им оказывал услуги публичный защитник (по преступлениям, связанным с незаконным оборотом оружия, – даже на 16 месяцев, зато по иммиграционным нарушениям публичные защитники оказываются не на высоте – их клиенты получают на 2,52 месяца больше). В газете это объясняется тем, что публичные защитники ведут больше дел, имеют более прочные связи с прокуратурой и якобы лучше умеют торговаться с правосудием – хотя из статьи Экхолма следует, что они не всегда имеют время (а возможно, и желание) для этого.

Николай ГОЛИКОВ

"АГ" № 1, 2009