×

Застрахован по собственному желанию

Коллегия адвокатов «Николаев и партнеры» застраховала свою профессиональную ответственность
Материал выпуска № 1 (42) 1-15 января 2009 года.

ЗАСТРАХОВАН ПО СОБСТВЕННОМУ ЖЕЛАНИЮ

Коллегия адвокатов «Николаев и партнеры» застраховала свою профессиональную ответственность

Действие нормы подп. 6 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» об обязательном страховании риска профессиональной имущественной ответственности адвоката приостановлено до вступления в силу специального федерального закона.
Вопрос о страховании профессиональной имущественной ответственности адвокатов вызывает массу споров и сомнений. Одни представители адвокатского сообщества видят в страховании неоправданные поборы, другие – показатель качества своей работы.

О том, почему московская коллегия адвокатов «Николаев и партнеры» застраховала свою ответственность на 5 миллионов рублей, рассказал председатель коллегии Юрий НИКОЛАЕВ.

Юрий Николаевич, считаете ли Вы, что страхование является необходимым стандартом адвокатской профессии?

Да, я считаю страхование необходимой составляющей адвокатской деятельности. Очень многие услуги подлежат страхованию, и это правильно. Человек, получающий ту или иную услугу, должен быть уверен в ее качестве. Когда клиент приходит со своей бедой к адвокату, то не может оценить его квалификацию, умения, знания и опыт. Все, что он оценивает, – это внешний вид. Адвокаты так заботятся о своей внешности, потому что это некий профессиональный стандарт. Ты не можешь прийти в суд в кроссовках: это не соответствует статусу. Страхование ответственности – это один из показателей качества нашей работы.

К сожалению, мы не боги, мы все можем ошибиться, причем ошибка адвоката очень часто бывает страшна своими финансовыми последствиями. Именно поэтому необходим институт страхования адвокатской ответственности, который в России пока вообще не развит.

Между тем, страхование – абсолютно нормальное требование к любой организации из сферы услуг. Конечно, я могу согласиться со своими оппонентами, что страховые взносы можно расценивать как поборы, но покажите мне адвоката в Европе, который не имеет профессиональной страховки.

Другой вопрос, что в России отсутствует нормативный документ, реально регулирующий страхование адвокатской ответственности. Поэтому, обращаясь в страховую компанию с инициативой, мы сами помогали страховой компании в разработке договора страхования, опираясь на европейскую практику.

Что послужило главным мотивом оформления страхового договора: желание следовать европейским стандартам или конкретный случай в практике с зарубежными партнерами?

Три года назад мы, как молодое адвокатское образование, вступали в Ассоциацию молодых адвокатов Европы. А там люди привыкли как раз к определенным адвокатским стандартам, и при вступлении во многие профессиональные союзы либо при оказании юридической помощи (в том числе в России, но иностранным клиентам) в интересах клиентов требуется страхование профессиональной ответственности.

Получается, что изначально мы были фактически вынуждены оформить страхование, но вместе с тем нам было любопытно, что из этого получится. Поэтому мы пошли на такой шаг и нисколько не жалеем.

Как средство рекламы?

Я бы не сказал. Если бы мы могли составить договор, предусматривающий страховую сумму в пару десятков миллионов, которые невозможно взыскать, это была бы реклама. Но мы уважаем наших клиентов и при составлении договора были объективными. Мы работаем с компаниями, в которых есть юристы, прекрасно понимающие, где договор реальный, а где – набор юридических хитростей.

Страхование профессиональной ответственности для нас было шагом серьезным и обдуманным. Мы тщательно выбирали страховую компанию, потом совместно работали над договором, изучали европейскую практику. Мы сделали разумный договор, и клиенты, читая его, понимают, что доказать страховой случай и получить за него компенсацию – вполне реально.

Сколько времени понадобилось для оформления договора?

Много, потому что страховщики сначала вообще не понимали, что это такое. Им приходилось продвигать в компании новый продукт. Мы возились с этим 3–4 месяца. Я считаю, что это довольно долго, хотя с точки зрения создания нового продукта – это очень хорошие сроки.

Насколько оправданны расходы на страхование?

Мы ни разу не пожалели, что потратились на страхование, потому что это помогает нам привлекать клиентов. Мы объективно рассказываем, что в отличие от большинства наших коллег мы несем не только моральную, но и финансовую ответственность перед клиентом. Ведь в России, если у адвоката что-то не получилось, он разводит руками и говорит: «Ну, извините». Никакой другой ответственности адвокат не несет и никоим образом не может возместить клиенту его потери. Мы же показываем, что с адвокатом судиться не нужно, и клиенты нам доверяют.

А во сколько обходится коллегии страховка в денежном эквиваленте? И как согласуются страховые обязательства с формой Вашего адвокатского образования?

Каждый адвокат, как член коллегии, страхует свою профессиональную имущественную ответственность. Ежегодные взносы зависят от статуса конкретного адвоката, его специализации, стажа и т.д. Точную сумму не назову, но она совсем небольшая, что-то около 40–50 тысяч в год на всю коллегию.

Что предусматривает договор страхования?

Денежное возмещение ущерба, нанесенного клиенту в случае безграмотного ведения дела адвокатом, в сумме до 5 миллионов рублей.

А кто определяет, грамотно или неграмотно велась работа?

Во-первых, клиент должен сам понять, доволен ли он услугами адвоката, или нет. Если недоволен, для урегулирования вопроса он может обратиться сначала ко мне, как председателю коллегии. И я, как некий внутренний аудитор, попытаюсь оценить объективность его требований. Если он не будет доволен моим ответом, то может обратиться в страховую компанию. Если страховая компания откажет или мало заплатит, клиент имеет право обратиться в суд, с тем чтобы страховая компания заплатила больше, – как в случае ДТП при автостраховании.

Такие случаи были?

Нет.

Но в теории вы допускаете возникновение страховых случаев?

Конечно, ошибиться может любой человек, в том числе и адвокат.

Марина Самари
"АГ" № 1, 2009