В отечественной правовой системе путь к правосудию долог и тернист, особенно когда его надо пройти на стороне защиты. Переломить позицию обвинения, добиться отмены неправосудного приговора непросто, поэтому любой шаг в достижении справедливости имеет огромное значение как для участников конкретного процесса, так и для развития правоприменения в целом.
В уголовном деле, о котором пойдет речь, точку ставить рано, однако развернуть «машину» правосудия в сторону справедливости защите все же удалось. Как говорят в дзюдо, «waza-ari», полпобеды.
Так, 16 октября 2020 г. судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда отменила приговор Петроградского районного суда от 17 декабря 2019 г., направив дело на новое рассмотрения в ином составе суда.
Это решение апелляционной инстанции является результатом слаженной и кропотливой работы команды адвокатов АП Санкт-Петербурга: Надежды Кутас, Валентина Тулина, Ксении Олейник, Дениса Кулешова, Игоря Щербинина, Джамалиддина Махмутова, Павла Панченко, Михаила Смирнова, Екатерины Ростининой и Сергея Савельева.
Согласно отмененному приговору ряд бывших должностных лиц ФГУП ГУССТ № 3 при Спецстрое России обвинялись в получении взяток от представителей коммерческих организаций за обеспечение их победы в организованных в управлении конкурсах на заключение госконтрактов для нужд Минобороны России. Им было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 204 и ч. 6 ст. 290 УК РФ.
На скамье подсудимых находились также два представителя коммерческих организаций, которым вменялись деяния, предусмотренные ч. 5 ст. 291 и ч. 4 ст. 291.1 УК РФ.
Вплоть до окончания судебного следствия по делу гособвинитель настаивал на предъявленном обвинении. Все подсудимые отрицали свою причастность к преступлениям, эта позиция подкреплялась и представленными защитой доказательствами.
Рассмотрение дела в первой инстанции длилось больше года. Коррупционный характер преступлений не оставил равнодушными не только должностных лиц правоохранительных органов, но и СМИ, с готовностью освещавшие победы оперативников и следователей на антикоррупционном фронте. Однако судебное следствие выявило серьезные изъяны обвинения, которое неуверенно балансировало на показаниях ключевого свидетеля – ранее осужденного работника того же управления Спецстроя России.
Названный осужденный еще на стадии предварительного следствия заключил с прокурором досудебное соглашение о сотрудничестве, в рамках которого поведал следователю такие детали экономической деятельности своего управления и отдельных его работников, которые не только не подтверждались другими собранными в ходе предварительного следствия доказательствами, но и противоречили здравому смыслу. В частности, как следовало из оглашенных в суде показаний данного свидетеля, один из подсудимых непосредственно обеспечил получение должностными лицами взятки за победу конкретной компании в конкурсе на заключение госконтракта. Однако эти показания легко опровергались документами о приеме на работу подсудимого, который начал свою деятельность в Спецстрое намного позже описанных событий, в том числе позже указанного аукциона. Недоумение участников процесса вызвала также способность свидетеля спустя несколько лет после событий воспроизвести по памяти сложные аббревиатуры и названия компаний – участниц торгов, а также детали связанных с ними процедур. Подобные детали при напряженной работе и сотнях участников конкурса попросту не фиксируются в памяти, тем более лица, не имевшего отношения к организации конкурсов.
Прорехи в показаниях ключевого свидетеля могли быть устранены только путем его допроса в открытом судебном заседании. Понимая важность допроса, защита готовилась к нему с самого начала судебного следствия. Однако с точки зрения обвинения беспристрастный допрос свидетеля защитниками обвиняемых, думается, представлял опасность для исхода процесса. «Спасти» позицию обвинения мог только обвинительный уклон суда. Именно по этой причине неоднократные ходатайства защиты о допросе свидетеля в судебном заседании были отклонены судом по надуманным, на наш взгляд, основаниям. В заседании свидетель так и не появился. Уже в конце судебного следствия суд вопреки доводам защитников и подсудимых, допустив грубое нарушение требований ст. 281 УПК РФ, удовлетворил ходатайство прокурора об оглашении показаний свидетеля, данных им в ходе предварительного следствия.
При рассмотрении дела первой инстанцией были допущены и другие нарушения закона, которые защитники подробно изложили в апелляционных жалобах. В частности, суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайств стороны защиты об истребовании дополнительных доказательств, а одно из таких ходатайств вовсе оставил без рассмотрения.
В итоге суд приговорил одного из подсудимых к 14 годам колонии строгого режима и штрафу в 60 млн руб., еще двоих – к 9 и 10 годам колонии строгого режима. Остальные осужденные были приговорены к крупным штрафам – от 1,5 млн до порядка 243 млн руб.
Суд апелляционной инстанции не оставил без внимания допущенные районным судом нарушения закона, особо отметив нарушение норм УПК РФ при вынесении приговора.
Как известно, уже больше года действует норма об обязательном аудиопротоколировании судебных заседаний по уголовным делам (ч. 1 ст. 259 УПК РФ), введенная в действие с 1 сентября 2019 г. поправками в УПК РФ (Федеральный закон от 29 июля 2018 г. № 228-ФЗ).
Идея использования аудиопротокола заседания для обжалования приговора возникла у защитников сразу после его провозглашения. Суд оглашал приговор целый рабочий день, и уже тогда были выявлены отдельные аспекты, не соответствующие данным судебного следствия.
Однако ждать текста приговора пришлось больше месяца. Такой срок вручения копий приговора подсудимым и защитникам явно выходил за рамки требований ст. 312 УПК РФ. Лишь после изучения документа стало ясно, что затягивание изготовления полного текста приговора было обусловлено многочисленными правками, внесенными в его содержание после оглашения.
Защита организовала проведение исследования текста приговора и его аудиоверсии специалистом одного из экспертных учреждений Санкт-Петербурга. Конечно, мы ожидали выявления нестыковок, «зачистки» отдельных фраз, но все равно результат удивил: специалист выявил целые абзацы и даже страницы текста, не соответствующие приговору, оглашенному 17 декабря 2019 г.
Заключение специалиста было приобщено к апелляционным жалобам и исследовано судом апелляционной инстанции. Апелляция проявила к заключению специалиста не просто формальный интерес – члены коллегии судей были явно встревожены столь дерзким нарушением закона – приговор подвергся изменениям, несмотря на публичность и аудиопротоколирование. Допрос специалиста в городском суде «расставил все точки над i».
Как было указано выше, по результатам рассмотрения уголовного дела Санкт-Петербургский городской суд признал приговор от 17 декабря 2019 г. вынесенным с нарушением закона и отменил его, направив дело на новое рассмотрение в ином составе суда.
В заключение отмечу, что защита в полной мере удовлетворена решением апелляционной инстанции, которая не только отменила неправосудный приговор, но и изменила меру пресечения осужденным, находившимся в следственном изоляторе со дня оглашения приговора. Теперь готовимся к новому рассмотрению дела в первой инстанции.
