Автор настоящего отклика на статью Виктора Спесивова «Ошибка в толковании» (см. «АГ». 2018. № 15 (272)) считает, что рассматриваемая проблема безвозмездности опционного договора является важным, но лишь одним из многочисленных симптомов болезненного непонимания природы такого соглашения. Он отмечает, что, как показывает практика, часто происходит смешение опционов, опционных договоров, опционов на финансовом рынке и предварительных договоров, и в связи с этим рекомендует добросовестным контрагентам четко и прозрачно прописывать намерения по заключению договора именно в качестве опционного.
Так, например, Арбитражный суд Московского округа приходил к спорному выводу, что по смыслу и содержанию ст. 429.3 ГК РФ опционный договор относится к одной из разновидностей предварительного договора (постановление от 16 августа 2017 г. по делу № А41-60107/16). Кроме того, высказывалась дискуссионная мысль, что до появления ст. 429.3 ГК РФ к обычным опционным договорам следовало применять определение, которое содержалось в нормативном акте, регулирующем рынок производных финансовых документов (постановление 9ААС от 8 июля 2015 г. по делу № А40-159782/14).
