Анализируя рекомендации, как уменьшить риск привлечения судебных представителей к ответственности за фальсификацию доказательства, сформулированные в статье Дмитрия Загайнова «Фальсификация доказательства» (см. «АГ». 2018. № 15 (272)), и отмечая сложности их реализации, автор данного комментария к указанной статье акцентирует внимание на том, какие именно действия могут рассматриваться как фальсификация доказательств, ответственность за которую предусмотрена УК РФ, и в чем ее отличие от неосмотрительности. По мнению автора настоящей публикации, важнейшим условием добросовестной процессуальной деятельности судебного представителя должна быть его честность во взаимоотношениях с судом.
Фальсификация доказательств является одним из наиболее опасных посягательств на законную деятельность органов правосудия. В этой связи вполне естественно, что при анализе проблематики неосмотрительного и недобросовестного поведения в процессе доказывания авторы затрагивают проблему фальсификации доказательств, которая является в некотором роде высшей степенью процессуальной недобросовестности.
