×

Вторая инстанция поддержала вывод о том, что оказание юрпомощи задержанным на митинге тождественно организации такого мероприятия

Областной суд не усмотрел оснований для отмены постановления о признании адвоката Михаила Беньяша виновным по ч. 2 ст. 20.2 КоАП за размещение в соцсети поста с призывом оказывать юридическую помощь задержанным на митингах
Как отметил один из защитников, адвокат Алексей Аванесян, от имени которого была подана жалоба, судья второй инстанции подобно горнолыжнику на слаломе в своем решении обошел доводы защиты, как флажки. Адвокат Феликс Вертегель, также защищающий коллегу, добавил, что суд второй инстанции не исправил допущенную первой инстанцией ошибку, а «дополнил» новым содержанием. Вице-президент АП Краснодарского края, председатель комиссии по защите профессиональных прав адвокатов Ростислав Хмыров повторил ранее высказанную АП КК позицию о том, что призыв в будущем оказывать юридическую помощь гражданам, и не важно, где – в отделениях полиции, судах или скверах, – не образует состава административного правонарушения.

Краснодарский краевой суд изготовил мотивированное решение от 29 января, которым оставил без изменения постановление судьи Ленинского районного суда г. Краснодара от 23 января 2021 г. о признании адвоката АП Краснодарского края Михаила Беньяша виновным в совершении правонарушения по ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ.

Призыв к оказанию юрпомощи как правонарушение

Напомним, что основанием для привлечения адвоката к административной ответственности послужила публикация на его личной странице в соцсети, которую правоохранительные органы расценили как призыв к организации несанкционированного публичного мероприятия, запланированного на 23 января.

Читайте также
Суд приравнял оказание юрпомощи задержанным на митинге к организации несанкционированного публичного мероприятия
В сообщении адвоката Михаила Беньяша в Facebook, в котором он призвал оказывать юридическую помощь задержанным на митингах, суд усмотрел основания для привлечения к административной ответственности по ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ
25 Января 2021 Новости

Как указывалось в постановлении Ленинского районного суда г. Краснодара, 21 января в 22:00 на странице Михаила Беньяша в Facebook была выявлена публикация «По соображениям совести», по смыслу текста которой автор «призывает неопределенный круг адвокатов и юристов находиться на несанкционированной акции с целью поддержки участников несанкционированного, публичного, организованного в нарушение порядка организации публичного мероприятия, регламентированного Федеральным законом от 19 июня 2004 г. № 54 “О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях”».

В документе отмечалось, что, выслушав объяснения Михаила Беньяша, который вину в совершении данного нарушения не признал, а также доводы защитников о том, что его действия не содержат состава административного правонарушения, и об отсутствии события правонарушения, суд не принял во внимание довод о том, что спорная публикация не содержит призывов принять участие в несанкционированном публичном мероприятии, «поскольку под организацией публичного мероприятия понимаются не только призывы принять в нем непосредственное участие, но и призывы совершить иные действия, непосредственно связанные с несанкционированным публичным мероприятием, в том числе оказать юридическую помощь участникам указанного мероприятия».

Таким образом, суд признал Михаила Беньяша виновным по ч. 2 ст. 20.2 КоАП и назначил наказание в виде пяти суток административного ареста.

Обжалование постановления: доводы защиты

Защита обжаловала постановление как необоснованное, незаконное и вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права.

Как отмечалось в жалобе (имеется у «АГ»), согласно ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом или законами субъектов Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность. Между тем правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало их наступления или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично.

Также защита указала на недопустимость привлечения гражданина к административной ответственности за добросовестную реализацию им своего права на труд и призывы к нему других. Дело в том, пояснялось в жалобе, что Михаил Беньяш, являясь адвокатом, реализовывал свое гарантированное право на труд: в рамках заключенных им соглашений об оказании юридической помощи гражданам, которые планировали принять участие в несанкционированном митинге в г. Краснодаре 23 января, адвокат планировал прибыть в отдел полиции УВД г. Краснодара, а затем в Ленинский районный суд для исполнения принятых на себя обязательств, что следует как из текста поста, так и из его объяснения. Доказательствами обратного суд, вынося обжалуемое постановление, не располагал.

Защита подчеркнула, что обращение, послужившее поводом для составления протокола, было четко адресовано адвокатам и юристам: Михаил Беньяш призывал защитников исполнить свой долг в строгом соответствии с данной адвокатами клятвой и Законом об адвокатуре. К лицам, которые планировали участвовать в несанкционированном митинге, адвокат ни разу не обращался, называя их в третьем лице. Также в своем обращении он не указал место и время проведения несанкционированной акции.

Читайте также
ВС разъяснил применение положений ГК в области интеллектуальной собственности
Постановление Пленума разъясняет подсудность интеллектуальных споров, определение размера компенсации нарушенных прав, допустимость использования скриншотов как доказательств и иные вопросы
23 Апреля 2019 Новости

Защита обратила внимание, что в качестве доказательства суд первой инстанции принял три листа формата А4, обозначив их как «скриншот с соцсети Facebook пользователя Беньяш Михаил». «Первый и единственный раз Пленум Верховного Суда РФ высказался о допустимости такого доказательства, но четко и недвусмысленно указал, что “допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения (Постановление от 23 апреля 2019 г. № 10 “О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации”). На приложенных “скриншотах” такие сведения отсутствовали», – указывалось в жалобе.

Защита также выразила несогласие с фактически особым мнением судьи о том, что «под организацией публичного мероприятия понимаются не только призывы принять в нем непосредственное участие, но и призывы совершить иные действия, непосредственно связанные с несанкционированным публичным мероприятием, в том числе оказать юридическую помощь участникам указанного мероприятия». По мнению защиты, оно противоречит разъяснениям ВС, изложенным в Постановлении Пленума от 26 июня 2018 г. № 28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях».

Читайте также
Пленум ВС разъяснил судам применение законодательства о публичных мероприятиях
Постановление было принято после значительной переработки и исключения нескольких пунктов разъяснений
28 Июня 2018 Новости

В жалобе указаны и иные процессуальные нарушения. Так, в тексте обжалуемого постановления суд не отразил и не оценил доводы двух защитников, участвовавших в заседании. Кроме того, в рассмотрении дела не участвовали представитель прокуратуры и лица, составившие протокол об административном правонарушении, рапорты которых имеются в деле. Ходатайства защиты об их вызове в заседание были необоснованно отклонены. По мнению защиты, это серьезное нарушение принципа состязательности сторон, закрепленного в ст. 14 КоАП.

«Суд при рассмотрении дела об административном правонарушении не должен совмещать в себе функции суда и функции стороны обвинения и нарушать право подзащитного на объективное и всестороннее рассмотрение дела независимым судом. Кроме того, необходимо учитывать правовую позицию Европейского Суда по правам человека, изложенную в Постановлении по делу “Карелин против России” (Karelin v. Russia) от 20 сентября 2016 г. № 926/08, в § 72, согласно которой установлено нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции в части несоблюдения требования беспристрастности из-за неучастия в деле об административном правонарушении прокурора, что повлияло на действие презумпции невиновности в ходе судебного разбирательства и, как следствие, на вопрос о беспристрастности суда, и наоборот», – сообщалось в жалобе.

Защита подчеркнула, что ЕСПЧ неоднократно разъяснял: презумпция невиновности будет нарушена, когда на практике или на основании действия закона (например, правовая презумпция) бремя доказывания перекладывается с обвинения на защиту (см. Постановление по делу «Телфнер против Австрии» от 20 марта 2001 г.). Кроме того, в деле «Карелин против России» Европейский Суд пришел к выводу, что имеющаяся информация о содержании и применении соответствующих норм законодательства РФ не позволяет выяснить, каким образом презумпция невиновности и бремя доказывания применяются в делах об административных правонарушениях, рассматриваемых судами общей юрисдикции.

«При таких обстоятельствах Европейский Суд пришел к выводу о том, что у национальных судов не имеется альтернативы, кроме как взять на себя задачу предъявления и, что более важно, нести бремя поддержки, обвинения в ходе рассмотрения дела. Кроме того, отмечу, что должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, стороной обвинения не является. Для соблюдения принципа состязательности сторон было необходимо обеспечить участие в деле представителя прокуратуры. Суд первой инстанции этого не сделал, чем допустил существенное нарушение норм процессуального права», – резюмировалось в жалобе.

Также защита отметила, что суд не придал значения нарушениям, допущенным при составлении административных материалов. Так, протокол о доставлении был составлен в 11:20, а протокол об административном задержании – в 17:10. Причем оба документа составлены по одному и тому же адресу. Во-первых, пояснялось в жалобе, доставления как такового не было, поскольку оно предусматривает принудительное препровождение физлица для составления протокола при невозможности его составления на месте выявления правонарушения, если составление протокола обязательно. Местом выявления правонарушения согласно рапорту сотрудника полиции является это же здание. Во-вторых, оснований доставлять Михаила Беньяша, который и так находился в указанном отделе полиции как вызванный для допроса в качестве свидетеля по уголовному делу в отношении третьего лица, не было. В-третьих, с момента фактического ограничения свободы передвижения адвоката до водворения его в КАЗ прошло 6 часов, что незаконно.

Вторая инстанция оставила постановление в силе

Рассмотрев жалобу, Краснодарский краевой суд пришел к заключению, что действия Михаила Беньяша по ч. 2 ст. 20.2 КоАП квалифицированы правильно. «Судья районного суда, решая вопрос о назначении административного наказания, учел все юридические значимые обстоятельства, конкретные обстоятельства дела, факт того, что М.М. Беньяш совершил административное правонарушение, посягающее на общественный порядок и общественную безопасность, и пришел к правильному выводу о том, что назначение более мягкого вида наказания, чем административный арест, не ответило бы целям и задачам законодательства об административных правонарушениях», – указано в решении.

Там же отмечается, что несогласие заявителя жалобы с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судьей первой инстанции норм КоАП и законодательства, подлежащих применению к рассматриваемым правоотношениям, не свидетельствует о том, что при рассмотрении дела допущены существенные нарушения Кодекса и (или) предусмотренных им процессуальных требований, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

«Обстоятельств, которые в силу п. 2–5 ч. 1 ст. 30.7 КоАП могли бы повлечь изменение или отмену обжалуемого судебного акта, при рассмотрении жалобы не установлено, как и нарушений норм Кодекса, влекущих отмену или изменение постановления судьи районного суда, в том числе по доводам жалобы», – заключила вторая инстанция.

Адвокаты оценили выводы суда

«Сложно дать правовую оценку “чистому листу с подписью судьи” – именно так я оцениваю данное решение, – отметил в комментарии “АГ” один из защитников Михаила Беньяша, адвокат АП Краснодарского края Алексей Аванесян, от имени которого была подана жалоба. – Судья Третьяков, как горнолыжник на слаломе, в своем решении обошел доводы защиты, как флажки. Конечно, это решение мы будем обжаловать».

«Судья Краснодарского краевого суда не исправил допущенную Ленинским районным судом ошибку и дополнил ее новым содержанием, а именно указал, что Беньяш призывал неопределенный круг адвокатов прийти и находиться на несанкционированной акции с целью поддержки ее участников. Указанный вывод является не чем иным, как фантазией судьи С.В. Третьякова, в то время как судья Р.Г. Жметкин писал о другом», – добавил адвокат АП Краснодарского края Феликс Вертегель, также являющийся защитником коллеги.

«В этом деле мы наблюдаем злоупотребление судами так называемым судебным усмотрением, окрашивающим факты в несвойственные им цвета, – заключил защитник. – Надеюсь, судебная власть исправит допущенную ошибку и отменит принятые по делу акты».

По мнению вице-президента АП Краснодарского края, председателя комиссии по защите профессиональных прав адвокатов Ростислава Хмырова, позиция, которую избрали сотрудники правоохранительных органов и суда в отношении Михаила Беньяша, подчеркивает, что адвокат привлечен к ответственности не за призыв оказывать юридическую помощь, а за политические взгляды. «Считаю, что в случае, если бы спорная статья была опубликована другим адвокатом, на нее никто не обратил бы внимания. В конце концов, призыв оказывать юридическую помощь содержится и в Конституции РФ», – отметил он.

Ростислав Хмыров добавил, что АП Краснодарского края ранее выражала свою позицию, которая была отражена в заключении комиссии. В нем, в частности, указывалось, что призыв в будущем оказывать юридическую помощь гражданам, и не важно, где – в отделениях полиции, судах или скверах, – не образует состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 20.2. КоАП.

Рассказать:
Яндекс.Метрика