Если следственных отделов – несколько

Уголовно-процессуальный закон предусматривает необходимость дачи руководителем следственного органа согласия на направление уголовного дела с обвинительным заключением прокурору (ч. 6 ст. 220 УПК РФ). Как отметил Конституционный Суд РФ¹, это законоположение выступает дополнительной гарантией прав участников уголовного судопроизводства. При этом отказ руководителя следственного органа дать такое согласие на направление уголовного дела прокурору с обвинительным заключением и возвращение его следователю со своими указаниями о производстве дополнительного расследования направлены на исправление дефектов предварительного следствия до того, как уголовное дело поступит прокурору².

УПК не предполагает произвольного определения как круга должностных лиц, осуществляющих полномочия руководителя следственного органа, так и их процессуальных полномочий³.

Важно отметить, что Кодекс использует только понятие «следственный орган». В некоторых случаях следственный орган равнозначен следственному отделу. Например, следственный отдел города или района по смыслу УПК является и следственным органом; соответственно, руководитель этого отдела есть руководитель данного органа. Встречаются и более сложные структуры, когда следственный орган включает несколько следственных отделов.

В связи с этим возникает вопрос: когда следственный орган состоит из нескольких следственных отделов, кто является руководителем следственного органа по смыслу ч. 6 ст. 220 УПК, – то есть с кем следователю согласовывать обвинительное заключение⁴?

Примечательно, что в ст. 39 УПК приведены общие полномочия руководителя следственного органа, а ч. 5 указанной нормы отсылает к ведомственным нормативным актам госорганов, имеющих в системе следственные подразделения, в которых конкретизирован объем данных полномочий, а также перечислены должностные лица, являющиеся руководителями следственных органов⁵.

В качестве иллюстрации проблемы приведу коллизионный случай из собственной адвокатской практики по уголовному делу, подведомственному СКР.

Я осуществлял защиту Х., являвшегося на тот момент бывшим заместителем главы администрации одного из городов субъекта РФ. Дело расследовал следователь первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР субъекта Федерации, а обвинительное заключение было согласовано с заместителем руководителя данного отдела.

В суде я заявил ходатайство о возвращении дела прокурору, мотивировав тем, что обвинительное заключение было согласовано с не уполномоченным на это руководителем (заместителем) следственного органа. В ходатайстве, в частности, отмечалось, что, согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», исключается возможность вынесения судебного решения, в том числе в случаях, когда обвинительное заключение не согласовано с руководителем следственного органа.

Расследование дела производил старший следователь первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР – А., тогда как обвинительное заключение согласовано с заместителем руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СКР – Г.

Согласно ч. 6 ст. 220 УПК после подписания следователем обвинительного заключения уголовное дело с согласия руководителя следственного органа немедленно направляется прокурору. В ч. 5 ст. 39 Кодекса указаны должностные лица, которые выполняют функции «руководителя следственного органа» (выделено мной. – О.А.) применительно к уголовно-процессуальным правоотношениям, а также содержится ссылка на ведомственные нормативно-правовые акты соответствующих госорганов. Объем процессуальных полномочий руководителей следственных органов указан в Приказе СКР от 17 октября 2014 г. № 89 «Об объеме процессуальных полномочий руководителей следственных органов Следственного комитета Российской Федерации» (далее – Приказ № 89).

Исходя из системного толкования п. 3 и 4 Приказа № 89, руководитель (заместитель) отделов по расследованию особо важных дел выполняет процессуальные полномочия «руководителя следственного органа» только по отношению к следственным органам по районам и городам. В соответствии с п. 3 Приказа процессуальные функции «руководителя следственного органа» отделов по расследованию особо важных дел выполняют, в частности, – руководители ГСУ СК РФ, ГСУ по СКФО, ГУ по расследованию особо важных дел СКР и руководитель следственного управления субъекта РФ (и их заместители).

Таким образом, руководители (заместители) следственных отделов, входящих в структуру центрального аппарата следственного управления субъекта РФ, не выполняют функции «руководителя следственного органа» для целей уголовно-процессуального законодательства, если уголовное дело расследовалось в центральном аппарате СУ СКР по субъекту Федерации (такие должности, возможно, направлены на упорядочение внутриведомственной работы органа).

Согласно информации на сайте следственного управления СКР территориального органа, в структуру центрального аппарата следственного управления СКР данного города входит Первый отдел по расследованию особо важных дел СУ СКР. Этот отдел является структурным подразделением следственного управления. Его руководитель (заместитель), согласно Приказу № 89, выполняет функции «руководителя следственного органа» для целей УПК только по отношению к следственным органам по районам и городам.

Из изложенного следует, что обвинительное заключение по рассматриваемому делу согласовано с ненадлежащим и не уполномоченным на то руководителем следственного органа, что исключало его направление в суд. Г. не имел процессуальных полномочий согласовывать обвинительное заключение, поскольку уголовное дело расследовал следователь следственного отдела, входящего в структуру центрального аппарата следственного управления СКР территориального органа. Обвинительное заключение могло быть согласовано только с руководителями ГСУ СКР, ГСУ по СКФО, ГУ по расследованию особо важных дел СКР и руководителем следственного управления субъекта РФ (и их заместителями).

Несмотря на нарушение уголовно-процессуального закона и ведомственного приказа, свидетельствующее фактически о несогласовании обвинительного заключения с руководителем следственного органа, суд отказал в удовлетворении ходатайства (стоит отметить, что в дальнейшем в суде первой инстанции уголовное дело было прекращено за истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности). При этом в судебном заседании я попытался провести аналогию согласования обвинительного заключения с руководителем следственного органа и подписания обвинительного заключения прокурором. Так, например, если уголовное дело расследовалось в центральном аппарате следственного органа по субъекту РФ, то дело с обвинительным заключением для его подписания должно направляться прокурору этого субъекта или его заместителю. Начальник отдела прокуратуры субъекта РФ не имеет полномочий подписывать обвинительное заключение, даже если в период расследования дела он осуществлял процессуальный надзор за ходом предварительного расследования или рассматривал жалобы в порядке ст. 124 УПК (это связано с тем, что для целей ст. 221 Кодекса прокурором является непосредственно прокурор города, района, субъекта и т.д. (их заместители)).

Представляется, что коллегам, практикующим по уголовным делам, стоит обращать внимание на данный факт. Тема процессуальных полномочий руководителя следственного органа актуальна и при анализе случаев согласования ходатайства следователя о продлении срока стражи, возбуждения уголовного дела в отношении лиц, являющихся специальным субъектами, и т.д.