Статья посвящена негативной тенденции в правоприменительной практике – предъявлению лицу обвинения по обстоятельствам, по которым уголовное дело фактически не возбуждалось и (или) возбуждалось в отношении иного лица. При этом нормы Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) не предполагают возможности привлечения лица в качестве подозреваемого или обвиняемого и применения в отношении него меры пресечения в связи с подозрением (обвинением) в совершении им преступления, по признакам которого уголовное дело не возбуждалось. Автор указывает, что в законе, во‑первых, прямо не предусмотрено требование о недопустимости предъявления «нового» обвинения, по которому уголовное дело не возбуждалось (по мнению автора, целесообразно такое требование закрепить); во‑вторых, не приведены даже примерные критерии разграничения, когда деяние является составной частью деяния, по которому ранее возбуждено уголовное дело, а когда – нет. Данные разграничения вытекают из доктрины уголовного права, но судьи не всегда имеют время, возможность (или желание) так глубоко вникать в теорию.
В своей практической деятельности, а также в ходе общения с коллегами я все чаще стал обращать внимание и слышать, что в следственной практике постепенно формируется еще одна негативная тенденция, которая идет вразрез с уголовно-процессуальной доктриной. Не могу сказать, является это осознанной тактикой следствия либо это некое ошибочное явление, но тем не менее оно существует. Я бы условно именовал его так: «предъявление лицу обвинения по обстоятельствам, по которым уголовное дело фактически не возбуждалось и (или) возбуждалось в отношении иного лица».
