Человек, который сомневается в себе,
становится своим злейшим врагом
и готовится сражаться сам с собой.
Его гарантированно постигнет неудача,
потому что он в ней уже убежден.
Александр Дюма
Известно, что исход любого судебного дела зависит от многих факторов: фактических обстоятельств, сложившейся судебной практики, профессионального мастерства адвоката, благосклонности судьи и т.д. Указанная многофакторность, помимо прямого запрета, установленного п. 2 ст. 10 КПЭА, является одной из причин того, что адвокат никогда не может гарантировать результат дела.
Однако я давно заметил, что существует еще один очень значимый фактор, который, на мой взгляд, также влияет на исход дела, но о нем почему-то мало кто задумывается, – психологическое состояние как адвоката, так и доверителя: речь идет о банальной вере в успех, в свою правоту и надежде, что все получится.
В моей практике было несколько на первый взгляд «проигрышных» дел, в которых случалось то, что невозможно было предугадать, и дело разрешалось в пользу доверителя. И наоборот – встречались ситуации, когда все обстоятельства были «за нас», и доказательства все имелись, и судебная практика по данному вопросу положительная, и делали мы все правильно – но суды всех инстанций выносили решение не в нашу пользу.
Анализируя такие дела и опыт коллег, я выявил закономерности, почему все произошло именно так.
Например, несколько лет назад ко мне за юридической помощью обратился молодой человек, отбывавший в исправительной колонии наказание за мошенничество (ч. 4 ст. 159 УК РФ). На момент обращения он уже отбыл половину срока, но администрация колонии не давала ему положительной характеристики, к тому же ущерб потерпевшим он полностью не погасил. Доверитель попросил меня подать ходатайство об условно-досрочном освобождении. Я объяснил ему, что шанс на УДО в данном случае невелик, тем более что по статистике суд, куда предполагалось направить заявление, редко удовлетворял такие ходатайства. Но доверитель был убежден, что ему удастся выйти по УДО, он верил в успех – это читалось в его голосе, поведении.
Тем не менее суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства из-за возражений как прокурора, так и администрации колонии. Мы решили обжаловать постановление в апелляцию. Доверитель по-прежнему не терял надежды и был спокоен. За несколько дней до заседания апелляции администрация колонии вдруг решила пересмотреть его характеристику и дала ему новую – положительную. Эту характеристику я приобщил к апелляционной жалобе, и в результате суд отменил постановление первой инстанции и удовлетворил ходатайство об УДО. Впоследствии этот молодой человек неоднократно обращался ко мне за помощью по разным гражданским делам, и все они разрешались для него успешно.
Приведу еще один пример. Мужчина, около 50 лет, предприниматель, занимается экспортом биоресурсов. Он регулярно обращается ко мне за юридической помощью по разным делам – начиная от взыскания задолженности по договору поставки и заканчивая спорами с таможней, налоговой инспекцией, а также в связи с земельными вопросами. Он не юрист, не имеет высшего образования, законами, равно как и судебной практикой, не интересуется. Однако, поручая мне очередное дело, он не просто уверен в его положительном исходе, а излагает впоследствии становящиеся решающими аргументы, благодаря которым суд выносит решение в пользу доверителя. Этот человек – так же, как и предыдущий, – абсолютно уверен в своей правоте и успехе. Порой я вижу, что в его ситуации законодательство и судебная практика «не на его стороне». Но когда сообщаю ему об этом, он приводит ряд контраргументов, которые действительно резонны.
В моей практике есть и противоположные примеры, когда доверитель просит решить проблему, которая, на мой взгляд, сложности не представляет, однако этот человек нервничает, сомневается в каждом шаге и в итоге получает негативный результат.
Так, ко мне обратился доверитель по административному делу. Изначально он отнесся ко мне недоверчиво, неоднократно переспрашивал, есть ли у меня опыт в таких делах, долго думал, подавать ли заявление в суд, колебался, не мог принять решение, искал дополнительные аргументы для суда. Потом также долго выплачивал вознаграждение за оказанную юридическую помощь. В позиции по делу, которую мы разработали, были сильные аргументы, однако постоянно «что-то шло не так»: административное заявление приняли не с первого раза из-за того, что помощник судьи не увидела квитанцию об уплате госпошлины, судебное заседание назначили только спустя три месяца, судья демонстрировала по отношению к нам негативный настрой. В итоге в удовлетворении исковых требований суд отказал. В течение всего судебного разбирательства доверитель звонил буквально через день – все переживал и сомневался, будет ли успех. Узнав о решении суда, он заявил, что «так и знал», и обратился к другому адвокату, который впоследствии обжаловал решение первой инстанции. К сожалению, апелляция им также отказала, а обращаться в вышестоящие суды они не стали.
Думается, каждый адвокат найдет в своей практике немало примеров, подтверждающих тезис: когда доверитель настроен позитивно, зачастую все удается, а когда не верит в победу, его неверие также нередко становится «пророческим».
Добавлю, что прежде, чем заключить соглашение с доверителем, я всегда выясняю его психологический настрой по отношению к делу. Если человек не верит в успех, я немало времени уделяю тому, чтобы объяснить, что его состояние напрямую влияет на исход дела. В большинстве случаев отношение человека действительно меняется, и, как следствие, результат, как правило, не заставляет себя ждать. При этом адвокату важно «не переусердствовать» и соблюдать положения КПЭА.
В заключение приведу слова Авраама Линкольна: «Всегда опирайтесь на мысль о том, что ваше собственное решение добиться успеха намного важнее всего другого».
