Когда субсидия МУП правомерна

Конституционный Суд РФ опубликовал Постановление от 4 июля № 35-П по делу о проверке конституционности ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции, запрещающей органам местного самоуправления принимать акты или осуществлять действия (бездействие), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции, за исключением предусмотренных федеральными законами случаев принятия актов или осуществления таких действий (бездействия).

В данном постановлении КС «проверил на прочность» устоявшуюся в правоприменительной практике формулу, в соответствии с которой сам факт возможности проведения торгов для обеспечения муниципальных нужд считался достаточным основанием для признания органа местного самоуправления нарушившим установленный ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции запрет принимать акты и (или) осуществлять (не осуществлять) действия, которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции в случае принятия им правового акта о предоставлении субсидий учрежденным таким органом муниципальным унитарным предприятиям (далее – МУП) в целях возмещения затрат на содержание и ремонт закрепленного за ними муниципального имущества.

Такой вывод о трактовке рассматриваемой правовой нормы содержался в постановлении арбитражного суда кассационной инстанции, несогласие с которым послужило основанием для обращения администрации г. Ростова-на-Дону в Конституционный Суд с жалобой. Обосновывая свою позицию, кассационная инстанция сослалась на ряд практикообразующих судебных актов, содержащих схожие выводы¹.

Проанализировав место установленного ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции запрета в системе правового регулирования, КС заключил, что, во-первых, органы местного самоуправления сохраняют право на создание МУП и продолжение их деятельности только с учетом установленных антимонопольным законодательством ограничений (ст. 35.1 Закона о защите конкуренции устанавливает запрет на создание унитарных предприятий и осуществление их деятельности на конкурентных рынках). Во-вторых, само по себе создание государственного или муниципального унитарного предприятия и наделение его имуществом – это специфический способ реализации возможности распорядиться публичным имуществом, а также форма участия публично-правового образования в гражданском обороте. В-третьих, бюджетное законодательство РФ не исключает возможности предоставления МУП субсидий из местных бюджетов, не требуя при этом их согласия на проведение проверок, связанных с соблюдением порядка и условий субсидирования, в том числе в части достижения определенных результатов.

Из приведенных обоснований Конституционный Суд заключил, что органы местного самоуправления вправе самостоятельно определять, какие правовые инструменты использовать для поддержания в надлежащем состоянии закрепленного за МУП муниципального имущества, необходимого для удовлетворения основных жизненных потребностей населения, т.е. допустимо ли это делать, в том числе предоставляя субсидии из местного бюджета, даже при наличии возможности обеспечить содержание имущества путем использования конкурентных процедур, предусмотренных Законом о контрактной системе².

КС констатировал, что для признания в действиях и актах органа местного самоуправления нарушения запретов, предусмотренных ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции, требуется установить, что закрепление за МУП соответствующего муниципального имущества и предоставление ему субсидии на содержание и ремонт данного имущества повлекли недопущение, ограничение, устранение конкуренции либо угрозу наступления таких последствий на конкретном товарном рынке, находящемся в условиях конкуренции, нарушение прав и законных интересов участников такого товарного рынка.

Свои выводы КС подкрепил ссылкой на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 4 марта 2021 г. № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», в котором разъяснено, что вне связи с защитой конкуренции на товарных рынках антимонопольные органы не вправе оспаривать обоснованность (целесообразность) принятия соответствующих правовых актов, а также действий (бездействия) органов публичной власти в пределах предмета их ведения, поэтому как таковая возможность установления иного, в том числе более благоприятного для конкуренции регулирования в соответствующей сфере деятельности, предпочтительность выбора другого способа организации деятельности публично-правового образования и удовлетворения потребностей граждан на территории публично-правового образования, а также иные подобные доводы не могут служить основанием для вывода о нарушении ст. 15 Закона о защите конкуренции.

Представляется, что рассматриваемое постановление КС исключит возможность формального подхода к проверке наличия нарушений требований антимонопольного законодательства (а именно – ч. 1 ст. 15 Закона о защите конкуренции) в действиях и актах органа местного самоуправления, когда для установления такого нарушения было достаточно установить возможность проведения конкурентных процедур для удовлетворения муниципальных нужд. Теперь судам придется рассматривать и исследовать более широкий спектр обстоятельств, чтобы установить, допущено нарушение или нет.

В свою очередь, хотя Постановление от 4 июля 2024 г. № 35-П касается только МУП, его содержание и обоснование позволяют допустить возможность более широкой трактовки, в том числе применительно к государственным унитарным предприятиям.