Конвалидация ничтожного корпоративного решения

В корпоративных конфликтах нередко возникают ситуации, когда участник общества недобросовестно уклоняется от участия в собраниях, препятствуя принятию значимых для общества решений.

По общему правилу решение собрания участников хозяйственного общества ничтожно, если было принято в отсутствие необходимого кворума (п. 2 ст. 181.5 ГК РФ). Такие решения не имеют силы – независимо от обжалования их в судебном порядке (п. 10 ст. 49 Закона об АО, п. 6 ст. 43 Закона об ООО).

В абз. 4 п. 4 ст. 65.2 ГК прямо закреплена фидуциарная обязанность участника хозяйственного общества участвовать в принятии корпоративных решений, без которых общество не может продолжать деятельность в соответствии с законом, если его участие необходимо для принятия таких решений.

В п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС № 25) уточнено, что к таким решениям относятся, в частности, решения о назначении единоличного исполнительного органа или членов совета директоров, а также о внесении изменений в устав, если они требуются в соответствии с законом и без их внесения общество не сможет продолжать деятельность. При этом если участник общества систематически, без уважительных причин уклоняется от участия в общем собрании, лишая тем самым общество возможности принимать значимые хозяйственные решения по вопросам повестки дня общего собрания, а также если непринятие таких решений причиняет существенный вред обществу и (или) делает его деятельность невозможной либо существенно затрудняет ее, такой участник может быть исключен из состава участников (п. 35 Постановления Пленума ВС № 25).

То есть если участник общества уклоняется от участия в принятии корпоративных решений, без которых общество не может продолжать деятельность, он может быть исключен из состава участников (абз. 4 п. 1 ст. 67 ГК).

Однако в ситуации, когда хозяйственное общество вынуждено оперативно принять корпоративное решение для продолжения операционной деятельности (к примеру, продлить полномочия гендиректора, одобрить сделку и пр.), а участник, без волеизъявления которого решение не может быть принято, без уважительных причин уклоняется от участия в собрании, исключение уклоняющегося участника из общества не является эффективным способом защиты прав компании.

Несмотря на то что в последнее время Верховный Суд обратил внимание на конструкцию исключения участника из состава хозяйственного общества, сформировав несколько важных позиций¹, на практике тем не менее исключить недобросовестного участника из общества остается крайне затруднительным.

В целях борьбы с участниками, блокирующими принятие значимых для общества корпоративных решений, Верховный Суд в п. 14 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом ВС 25 декабря 2019 г. (далее – Обзор) разъяснил: «Суд может отказать в признании решения общего собрания, не получившего необходимого большинства голосов, недействительным в том случае, если будет установлено, что участник, без голосов которого решение не может быть принято, без уважительных причин уклонялся от участия в собрании и препятствовал принятию общим собранием участников значимых хозяйственных решений, отсутствие которых существенно затруднило деятельность общества (п. 4 ст. 1, п. 2 ст. 10 ГК РФ)».

Указанная позиция ВС – один из многочисленных примеров современного судебного правотворчества. До появления данного подхода в судебной практике встречались единичные случаи, когда суды оставляли в силе корпоративные решения, принятые в отсутствие необходимого большинства голосов.

В 2016 г. АС Уральского округа с опорой на ст. 10 ГК и п. 1 Обзора практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (приложение к Информационному письму Президиума ВАС РФ от 25 ноября 2008 г. № 127) пришел к выводу, что иск участника, уклонившегося без уважительных причин от участия в собрании, на котором решался вопрос о продлении полномочий гендиректора, не подлежит удовлетворению, поскольку отсутствие соответствующего корпоративного решения приведет к оставлению общества без исполнительного органа и, следовательно, – к негативным последствиям как для самого общества, так и для участников и кредиторов (постановление от 28 октября 2016 г. № Ф09-9090/16 по делу № А07-656/2016).

Стоит отметить, что возможность конвалидации корпоративного решения, не получившего необходимого большинства голосов, не является уникальной особенностью российского правопорядка. Так, А.А. Кузнецов со ссылкой на французские источники указывает: «в судебной практике некоторых романских стран (Франция) также можно обнаружить подход, согласно которому следует отказывать в признании недействительными тех решений собраний, которые формально могли бы быть признаны недействительными, но возникновение основания их недействительности является следствием недобросовестного поведения участника. Например, в случае если решение было принято недостаточным большинством голосов, но по обстоятельствам видно, что участник, голосов которого не хватило, попросту игнорирует общие собрания, намеренно блокируя принятие важного для общества решения»².

Из п. 14 обзора следует, что суд может оставить в силе корпоративное решение, принятое в отсутствие кворума, при условии установления двух обстоятельств.

Первое: участник общества без уважительной причины постоянно уклоняется от участия в собраниях, при этом без его голоса решение не может быть принято.

Судебная практика исходит из того, что двукратного уклонения для применения указанной позиции ВС достаточно³.

Второе: отсутствие участника на собрании препятствует обществу принять значимое хозяйственное решение, без которого деятельность общества существенно затрудняется.

Под значимыми хозяйственными решениями суды трактуют прежде всего выбор нового генерального директора в связи с увольнением предыдущего⁴, изменение сведений о местонахождении общества в целях устранения угрозы административного исключения общества из ЕГРЮЛ⁵.

Суды указывали, в частности, что в таких ситуациях механизм конвалидации корпоративного решения направлен исключительно на сохранение интересов общества, его работоспособности и финансовой устойчивости. При этом они не усмотрели оснований для применения п. 14 Обзора в ситуации, когда отсутствие участника на собрании не привело к негативным для общества последствиям. Так, АС Уральского округа в постановлении от 19 июня 2023 г. по делу № А76-22676/2021 отметил: «При рассмотрении настоящего спора не установлено, что непринятие истцом участия в собрании привело к каким-либо негативным последствиям для Общества либо причинило ему существенный вред, что непринятие решений по вопросам повестки дня могло препятствовать дальнейшей деятельности Общества либо влечь для него иные существенные негативные последствия».

Резюмируя, отмечу, что если не вдаваться в теоретическую дискуссию относительно юридической судьбы корпоративного решения по результатам отказа суда в иске о признании решения собрания ничтожным, приведенная позиция Верховного Суда, допускающая возможность отступления в определенных обстоятельствах от правил о ничтожности решений общих собраний, имеет колоссальную правоприменительную ценность, позволяя пресекать злоупотребления недобросовестных участников, перманентно присущие практически любому корпоративному конфликту.