×

На правоприменительном «распутье»…

Допустимо ли расширительное толкование нормы об обратной силе закона, отменяющей ответственность по КоАП?
Сафоненков Павел
Сафоненков Павел
Адвокат АП г. Москвы, управляющий партнер АБ «Сафоненков, Густов и Партнеры», председатель правления Ассоциации таможенных юристов, к.ю.н., доцент

Конституционный Суд опубликовал Определение от 10 ноября 2022 г. № 2944-О (далее – Определение № 2944-О), в котором разъяснил порядок привлечения к административной ответственности за правонарушение, совершенное в период пандемии COVID-19.

Читайте также
КС не усмотрел противоречий в своей позиции и позиции ВС относительно ответственности за правонарушения во время пандемии
Костромской областной суд обратил внимание, что КС исключил возможность применения положения ч. 2 ст. 1.7 КоАП об обратной силе закона, отменяющего административную ответственность, а ВС, напротив, – допускает ее    
25 ноября 2022 Новости

В этом определении КС сделал вывод: отмена (приостановление) правил поведения граждан, установленных при введении в соответствии с федеральным законом на территории субъекта Федерации режима повышенной готовности, за нарушение которых в период их действия они были привлечены к административной ответственности по 20.6.1 КоАП РФ, не может служить основанием для применения к соответствующим лицам ч. 2 ст. 1.7 Кодекса.

В изложенной правовой позиции Суда нет ничего неожиданного, так как фактически она была сформулирована годом раньше – в Определении от 11 ноября 2021 г. № 2355-О (далее – Определение № 2355-О), также принятом по запросу Костромского областного суда о проверке конституционности ч. 2 ст. 1.7 КоАП. Разница лишь в том, что в этом году запрос касался проверки конституционности ст. 1.1, ч. 1 ст. 1.4, а также ч. 1 и 2 ст. 1.6 Кодекса, а в 2021 г. – ч. 2 ст. 1.7. Но, как заметил Конституционный Суд, «формально оспаривая в своем запросе статью 1.1, часть 1 статьи 1.4, а также части 1 и 2 статьи 1.6 КоАП Российской Федерации, Костромской областной суд фактически ставит перед Конституционным Судом Российской Федерации вопрос о конституционности части 2 статьи 1.7 данного Кодекса» – то есть тот же вопрос, правовая позиция КС по которому была сформулирована год назад.

Читайте также
КС не стал рассматривать запрос суда о применении «коронавирусных» статей КоАП
Конституционный Суд посчитал, что доводы запроса сводятся к целесообразности распространения принципа обратной силы закона, отменяющего административную ответственность, не только на лицо, в отношении которого постановление о назначении наказания не исполнено, но и на лицо, в отношении которого оно исполнено
07 декабря 2021 Новости

Конституционный Суд также отметил, что «оспариваемые в запросе Костромского областного суда нормы Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях направлены на соблюдение и конкретизацию приведенных конституционных положений в сфере ответственности за административные правонарушения и защиту прав лица, привлекаемого к административной ответственности; по своему содержанию они носят общий характер, не расходятся с конституционными принципами законности, юридического равенства и презумпции невиновности, исключают возможность произвольной оценки судом доказательств при производстве по делам об административных правонарушениях, а потому, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы».

В обоснование КС привел определения, подчеркивающие последовательность и неизменность его правовой позиции с 2012 г.1

С таким концептуальным подходом Конституционного Суда к рассматриваемому вопросу, полагаю, можно согласиться, однако нельзя обойти вниманием и позицию Президиума Верховного Суда РФ, который считает, что «отмена нормативного правового акта, принятого уполномоченным государственным органом субъекта Российской Федерации и содержащего обязательные для исполнения гражданами и организациями правила поведения при введении режима повышенной готовности, или исключение из такого акта отдельных правовых норм, закрепляющих те или иные правила поведения, являются основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном соответствующей частью статьи 20.6 1 КоАП РФ, либо отмены состоявшегося по делу об указанном правонарушении постановления о назначении административного наказания, если оно не было исполнено (пункт 5 части 1 статьи 24.5 данного кодекса)» (выделено мной. – П.С.; см. Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории РФ новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 3, утвержденный Президиумом ВС 17 февраля 2021 г., вопрос № 22). В этом тоже есть своя логика.

Читайте также
Эксперты прокомментировали наиболее значимые положения третьего коронавирусного обзора ВС
Они обратили внимание на вопросы аренды, налогов и сборов, выплат медицинским и иным работникам, использования ВКС и наказания за нарушение санитарно-эпидемиологических правил
19 февраля 2021 Новости

Разные подходы к оценке ситуации, на что вновь обратил внимание Костромской областной суд, не позволяют вынести решение по конкретному делу об административном правонарушении.

Замечу, в Определении КС № 2355-О содержатся еще несколько интересных выводов:

  • «доводы, изложенные в запросе Костромского областного суда, фактически сводятся к целесообразности распространения принципа обратной силы закона, отменяющего административную ответственность, не только на лицо, в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено, но и на то лицо, в отношении которого такое постановление исполнено» (выделено мной. – П.С.);
  • «предлагаемое заявителем расширительное толкование принципа придания закону обратной силы предполагает новую конкретизацию данного принципа в сфере административных правонарушений. Однако инициатива по изменению законодательно установленного регулирования рассматриваемого вопроса, ставшего предметом конституционного истолкования в вышеприведенных решениях Конституционного Суда Российской Федерации, не входит в компетенцию Конституционного Суда Российской Федерации, а является прерогативой законодателя» (выделено мною. – П.С.).

Таким образом, анализируя позиции Конституционного и Верховного Судов по рассматриваемому вопросу, следует обратить внимание на существенную разницу в толковании положений законодательства, направленном во всех случаях на попытку уяснения и разъяснения истинного смысла правовых предписаний. Так, правовая позиция КС сводится к недопустимости расширительного толкования принципа обратной силы закона, отменяющего административную ответственность, а Президиум ВС такое толкование допускает. Именно разница в судебном толковании и приводит к проблемам в правоприменительной практике. Изменение ситуации в таком случае, как правильно заметил Конституционный Суд в Определении № 2355-О, «является прерогативой законодателя».

Надо отметить, что определения КС № 2355-О и № 2944-О являются так называемыми определениями с «положительным (позитивным) содержанием», поскольку, хотя запросы Костромского областного суда не направлялись на дальнейшее рассмотрение в заседании Конституционного Суда (для разрешения поставленных в них вопросов не требовалось вынесения предусмотренного ст. 71 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (далее – ФКЗ) итоговых решений в виде постановлений), в результате принятия указанных определений проверяемые на соответствие Конституции «дефектные нормы» должны подлежать применению в таком духе, который придал им КС, что, в свою очередь, должно исключать их неконституционное истолкование в правоприменительной практике. Это подтверждают ст. 6 и ч. 6 ст. 71 ФКЗ, согласно которым решения Конституционного Суда (в том числе в виде определений) являются обязательными на всей территории России для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти и местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.

Учитывая указанные нормы, рассматриваемые определения как обязательные для судебных органов должны способствовать формированию однозначной судебной практики, исключающей возможность применения положения ч. 2 ст. 1.7 КоАП об обратной силе закона, отменяющего административную ответственность, в отношении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 20.6.1 КоАП, в случае отмены после вынесения (вступления в законную силу) постановления по делу об административном правонарушении правил режима повышенной готовности, за нарушение которых гражданин во время их действия был подвергнут административному наказанию, однако, как видим, препятствием этому служит позиция Верховного Суда, изложенная в Обзоре № 3, которой также руководствуются судебные органы.

К сожалению, такая ситуация не нова, и на ее решение посредством приведения судебной практики в соответствие с позицией КС (фактически изменения ВС принципиальной позиции) в ближайшее время рассчитывать, думаю, не стоит. Нет уверенности и в оперативном принятии законодателем мер по данному вопросу.

Стоит заметить, что на проблему невыполнения всех предписаний КС специалисты обращали внимание и ранее2.


1 См., в частности, определения КС от 11 мая 2012 г. № 805-О, от 24 сентября 2013 г. № 1397-О, от 25 января 2018 г. № 21-О, от 29 мая 2018 г. № 1129-О, от 26 марта 2020 г. № 556-О, от 28 мая 2020 г. № 1122-О, от 26 февраля 2021 г. № 189-О и др.

2 См., например: Кира Клемачева «В своей великой и несомненной мудрости: как исполняются решения КС». Материал опубликован 9 октября 2019 г. // https://pravo.ru/story/214586/ (дата обращения: 24 ноября 2022 г.): «“КС влияет на судебную практику в основном через изменения законодательства, но не непосредственно: ссылки на позиции КС в судебных решениях – это экзотика”, – рассказывает доцент факультета права НИУ ВШЭ Ирина Алебастрова ˂…˃ “Решения Конституционного суда всегда принимаются в определенном экономическом, социальном, политическом контексте, а их применение может изменяться при изменении такого контекста”, – Александра Герасимова, руководитель практики ФБК Legal ˂…˃ Вместе с тем эксперты сходятся во мнении, что механизм, когда КС признает норму конституционной и раскрывает ее смысл, недостаточно эффективный. По словам руководителя судебной практики Института права и публичной политики* Григория Вайпана, такой подход – “половинчатое решение, а потому неудовлетворительное” ˂…˃ По мнению доцента Российского государственного университета правосудия Ольги Кряжковой, оценить влияние позиций КС на судебную практику достаточно сложно. Причина этого – отсутствие официальной систематизированной информации как о пересмотре дел тех, кто обратился с жалобой в Конституционный Суд, так и об использовании позиции КС в других делах».

Рассказать:
Другие мнения
Бибиков Сергей
Бибиков Сергей
Старший юрист МГКА «Бюро адвокатов "Де-юре"», преподаватель Университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА), к.ю.н.
Добросовестность – прежде всего
Третейское разбирательство
КС конкретизировал понятие публичного порядка для целей выдачи исполнительного листа по решению третейского суда
18 июля 2024
Бочинин Илья
Бочинин Илья
Юрист Практики по проектам в энергетике VEGASLEX
Нарушение или нет?
Конституционное право
КС разъяснил спорный вопрос о субсидировании МУПов публично-правовым образованием
17 июля 2024
Васильков Константин
Васильков Константин
Адвокат АП Алтайского края, Алтайская краевая коллегия адвокатов (АК № 1 Индустриального района г. Барнаула)
Суд присяжных: прошлое, настоящее, будущее
Уголовное право и процесс
Анализ отечественной практики и зарубежных правопорядков
15 июля 2024
Конрат Валерия
Конрат Валерия
Руководитель общей судебной практики юридической компании «Эклекс»
Дивиденды от добрачного бизнеса – общие или личные?
Семейное право
Суды по-разному подходят к разрешению подобных споров
12 июля 2024
Манько Илья
Манько Илья
Адвокат АП г. Москвы, партнер АБ «Бартолиус»
Об убытках директора за совершение сделки с заинтересованностью
Арбитражный процесс
ВС привел позицию по ряду вопросов, касающихся ответственности экс-руководителя
12 июля 2024
Ященко Валентина
Ященко Валентина
Адвокат АП Московской области
Необоснованные меры
Уголовное право и процесс
Жалобы, поданные в ЕСПЧ до выхода России из Совета Европы, касались нарушений при избрании и продлении меры пресечения
11 июля 2024
Яндекс.Метрика