В соответствии с уголовным законодательством уклонение от уплаты налогов относится к преступлениям средней тяжести и квалифицируется по ст. 199 УК РФ (для организаций) или ст. 198 (для физических лиц). Максимальное наказание, предусмотренное ч. 2 ст. 199 УК, составляет пять лет лишения свободы, ст. 198 – три года.
Однако в последнее время наблюдается изменение практики расследования уголовных дел данной категории1. В частности, уголовные дела по преступлениям, связанным с неуплатой налогов, возбуждаются не только по ст. 198–199 УК, но зачастую и по ст. 174, 174.1 Кодекса (легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем). Дополнение указанными составами превращает преступление в тяжкое и, соответственно, предусматривает более суровое наказание. Кроме того, оно не исключает возможности применения ст. 104.1 УК о конфискации имущества, добытого преступным путем, – т.е. приобретенного за счет денежных средств, которые должны были быть уплачены в виде налогов, что также усугубляет положение осужденных.
На мой взгляд, позиция следствия базируется на том, что налогоплательщик имеет доход, с которого необходимо уплатить налоги (неважно – НДС, налог на прибыль, НДФЛ, налог по УСН). Налогоплательщик посредством применения определенных схем (например, дробление бизнеса или работа с фирмами-«однодневками») уклоняется от уплаты налогов. Следовательно, денежные средства, подлежавшие уплате в бюджет в виде налогов, налогоплательщик не уплатил, а распорядился ими по своему усмотрению. Именно этот аспект – «распоряжается по своему усмотрению» – следственные органы нередко трактуют как «в целях придания видимости правомерного владения, пользования и распоряжения полученными денежными средствами, которые должны были быть уплачены в бюджет в виде налогов, легализовал их путем совершения финансовых операций».
Представляется, что подобные формулировки искажают составы преступлений, предусмотренных нормами УК об ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств, полученных преступным путем. Возникает вопрос: если лицо украло (завладело путем мошенничества) денежные средства, на которые приобрело, к примеру, мобильный телефон, – т.е. распорядилось похищенным – это тоже «легализация»? А если хозяйственное общество или физлицо не истратило указанные денежные средства, т.е. не распорядилось ими, – в таком случае «легализации» нет? Если это так, данная логика представляется противоречащей как закону, так и здравому смыслу.
Изложенное дает основания полагать, что в ряде случаев не закон формирует правоприменительную практику, а практика, напротив, формирует закон и его дальнейшее применение. При этом менять сложившуюся практику сложнее, чем внести изменения в законодательство.
Считаю, что уклонение от уплаты налогов не может образовывать дополнительный состав преступления по ст. 174, 174.1 УК. Поясню свою позицию.
Во-первых, в случае, когда инкриминируется ст. 198–199 УК, денежные средства, не уплаченные в бюджет, нельзя считать добытыми преступным путем, так как они получены в процессе законной деятельности.
Во-вторых, состав преступления и наказание за неуплату налогов предусмотрены именно ст. 198–199 УК. Механизм взыскания не уплаченных в бюджет денежных средств тоже имеется, наработан, и споров, как правило, не вызывает.
Представляется, что обвинение по ст. 174, 174.1 УК при неуплате налогов может преследовать ряд целей:
- возможность заключения обвиняемого под стражу, если избранная ранее мера пресечения не была нарушена (обвинение по ст. 198–199 УК не предусматривает избрание меры пресечения, связанной с заключением под стражу);
- стимулирование обвиняемых в совершении налоговых преступлений к уплате налогов, чтобы избежать наказания в виде лишения свободы;
- возможность применения положений ст. 104.1 УК о конфискации имущества.
Приведенная новая практика имеет печальные для бизнеса последствия и идет вразрез с мерами, направленными на защиту прав субъектов предпринимательской деятельности.
Подводя итог, отмечу, что в современных реалиях риски «экономии на налогах» кратно возросли. Теперь есть серьезные основания полагать, что при «уходе от налогов» будет возбуждено уголовное дело сразу по двум статьям УК, одна из которых – тяжкая.
Вероятность того, что за указанную совокупность преступлений будет назначен штраф или лишение свободы условно, низка. Также остается надеяться, что адвокаты и их подзащитные, столкнувшись с указанной проблемой, не согласятся с дополнительно вменяемым обвинением по ст. 174, 174.1 УК и будут обжаловать его до конца, вплоть до высших судов.
1 Пока данная ситуация складывается в Московском регионе – это отчетливо видно на примерах уголовных дел в отношении блогеров Валерии Чекалиной, Елены Блиновской и Дмитрия Портнягина.
