Объяснение как доказательство

Объяснение – это доказательство или нет?

Анализ судебной практики показывает, что объяснения доказательствами по делу не являются, так как:

• они отсутствуют в перечне доказательств согласно ст. 74 УПК РФ¹;
• получены без предупреждения лица об уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК РФ².

Верховный Суд разъяснил, что объяснение подозреваемого/обвиняемого является допустимым доказательством, только когда данному лицу было обеспечено право на участие адвоката при опросе³.Конституционный Суд предложил относить объяснения к «иным документам» при соблюдении требований УПК⁴.

На практике возникает масса вопросов. Например, как быть, если человек, давший объяснения, умер, а допросить его не успели? Что делать с объяснениями свидетелей, которые не станут подозреваемыми/обвиняемыми (их пояснения зачастую жизненно важны для подсудимого, так как нередко только с их помощью удается доказать невиновность данного лица)? Однако судебная практика отвергает объяснения в качестве доказательств, ссылаясь на то, что ст. 74 УПК такой вид доказательств не предусмотрен.

Указанная норма Кодекса в качестве доказательств допускает показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, эксперта, специалиста; заключения эксперта и специалиста; вещественные доказательства; протоколы следственных и судебных действий, а также иные документы. Однако процессуальная форма закрепления доказательства в законе не уточняется: речь фактически идет о сути доказательства – показаниях, а не о форме их закрепления.

Представляется, что решению проблемы могла бы способствовать процессуальная форма фиксации доказательства – составление протокола следственного действия. В протоколе указываются: место и дата производства следственного действия, время его начала и окончания с точностью до минуты; должность, фамилия и инициалы лица, составившего протокол; Ф.И.О. каждого лица, участвовавшего в следственном действии, а в необходимых случаях – их адрес регистрации и прочие данные о личности (ч. 3 ст. 166 УПК). Протокол должен содержать также запись о разъяснении участникам следственного действия их прав, обязанностей, ответственности и порядка производства следственного действия. Эта запись удостоверяется подписями участников следственного действия (ч. 10 ст. 166 УПК).

В судебной практике нередки споры о том, является ли доказательством объяснение, данное свидетелем до возбуждения уголовного дела (за исключением лица, свидетельский статус которого изменился на подозреваемого/обвиняемого). Возникает закономерный вопрос: как сохранить ценные сведения, отраженные в объяснениях свидетеля, и использовать их в качестве доказательства? Примечательно, что не появляются споры о том, является ли доказательством протокол осмотра места происшествия, составленный до возбуждения уголовного дела (о грубых процессуальных нарушениях при его составлении речь в данном случае не идет). Тогда почему такая разница, ведь протокол осмотра, как и объяснение, получен в ходе процессуальной проверки, до возбуждения уголовного дела?

Ответ содержится в УПК.

В соответствии со ст. 166 Кодекса в протоколе осмотра должны быть соблюдены требования, предъявляемые к протоколу следственного действия. Они единообразно соблюдаются как до возбуждения дела, так и во время проведения расследования. Согласно ст. 190 УПК основное требование к протоколу допроса состоит в том, что его ход и результаты отражаются в протоколе, составляемом в соответствии со ст. 166 УПК.

Круг замкнулся. Снова возвращаемся к требованиям, предъявляемым к протоколу следственного действия ст. 166 УПК. И все вопросы к законности процессуального документа отпадают.

Исключение объяснений из числа доказательств суды нередко обосновывают тем, что объяснение было получено без предупреждения лица об уголовной ответственности по ст. 307 и 308 УК. Примечательно, что ст. 190 «Протокол допроса» УПК не содержит требования об отобрании у допрашиваемого подписки об уголовной ответственности за дачу ложных показаний либо отказ от дачи показаний, но в протоколе допроса, как правило, запись о разъяснении такой ответственности присутствует.

Требование о предупреждении свидетеля, потерпевшего, эксперта и специалиста об ответственности по ст. 307 и 308 УК установлено в ч. 5 ст. 164 УПК, предусматривающей общие правила проведения следственных действий.

Согласно общим правилам (ст. 189 УПК) перед проведением допроса следователь выполняет требования, предусмотренные ч. 5 ст. 164 Кодекса. Относительно процессуального веса и доказательственного значения объяснения важно помнить, что при проверке сообщения о преступлении следователь, в частности, вправе получать объяснения и производить осмотр места происшествия (ч. 1 ст. 144 УПК), поэтому разницы в доказательственном «весе» между объяснением и протоколом осмотра, на мой взгляд, нет.

Согласно требованиям, предусмотренным ч. 1.1 и 1.2 ст. 144 УПК, лицам, участвующим в производстве процессуальных действий, при проверке сообщения о преступлении разъясняются их права и обязанности, предусмотренные Кодексом, и обеспечивается возможность осуществления этих прав. Сведения, полученные в ходе проверки сообщения о преступлении, могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений ст. 75 и 89 УПК. В данном случае речь идет о сведениях, а не о процессуальной форме их фиксации. При соблюдении требований УПК доказательственный вес зафиксированных сведений одинаков.

Основополагающий критерий недопустимости доказательств – их получение с нарушением требований УПК (ч. 1 ст. 75 Кодекса).

В таком случае почему обесценивается то, что сказано до возбуждения уголовного дела?

К недопустимым доказательствам относятся лишь показания свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также если свидетель не может указать источник своей осведомленности (ч. 2 ст. 75 УПК). В связи с этим представляется, что достоверные сведения, сообщенные свидетелем до возбуждения уголовного дела, если они зафиксированы в строгом соответствии с требованиями УПК, являются допустимыми, имеют юридическую силу и могут быть либо положены в основу обвинения, либо использоваться для доказывания невиновности.

Подозреваемый/обвиняемый вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств (ч. 2 ст. 86 УПК). Защитник подозреваемого/обвиняемого также вправе собирать и представлять доказательства, в том числе путем опроса лиц с их согласия (п. 2 ч. 3 ст. 86 УПК). Проверить доказательства, представленные подозреваемым/обвиняемым либо его защитником в случае возникновения сомнений в достоверности сведений, обязаны следователь, прокурор и суд (ст. 87 УПК).

Вернемся к тезису о том, что участники уголовного процесса обязаны соблюдать требования уголовно-процессуального законодательства.

Очевидно, что объяснения свидетеля, полученные в ходе производства процессуального действия при проверке сообщения о преступлении, составленные в соответствии с требованиями ст. 164 и 166 УПК, как и протокол осмотра места происшествия, составленный в соответствии с теми же требованиями, будут являться допустимыми доказательствами. При этом не имеет значения, кем из участников уголовного процесса они получены. Если объяснение соответствует требованиям ст. 74 и 75 УПК, суд будет обязан принять его в качестве доказательства и дать оценку. При строгом соблюдении требований УПК относить к «иным документам» объяснения, полученные до возбуждения уголовного дела, полагаю, нет необходимости.

Из изложенного следует вывод: протокол дачи показаний должен быть составлен в соответствии с требованиями УПК; при этом неважно, что это – протокол допроса или протокол опроса; показания либо есть, либо их нет.