Приведет ли сокращение числа выпускников юридических факультетов к закрытию всех вакансий?

Распоряжением Правительства РФ от 19 ноября 2025 г. № 3339-р (далее – Распоряжение) утвержден перечень направлений подготовки и специальностей высшего образования, научных специальностей, по которым определяется предельное количество мест для приема на обучение по образовательным программам высшего образования по договорам об образовании, заключаемым при приеме на обучение за счет средств физического и (или) юридического лица, на 2026/27 учебный год.

О поправках в Закон об образовании¹, предусматривающих ограничение контрактного набора в вузы, я высказывался в «АГ» ранее. Мое мнение не изменилось: считаю, что государство не вправе ограничивать волю граждан тратить свои денежные средства на получение конкретной образовательной услуги.

В перечень подлежащих ограничению ожидаемо попали направления и специальности, включенные в УГС «Юриспруденция»: 40.03.01 «Юриспруденция» (уровень бакалавриата) и все четыре специальности, представленные в специалитете «Юриспруденция» (40.05.01 «Правовое обеспечение национальной безопасности»; 40.05.02 «Правоохранительная деятельность»; 40.05.03 «Судебная экспертиза»; 40.05.04 «Судебная и прокурорская деятельность»).

С одной стороны, включение в указанный перечень всех специальностей по УГС «Юриспруденция» представляется справедливым, поскольку получение соответствующего образования отвечает профессиональному цензу высшего юридического образования и допускает выпускника в профессию, где, как полагают авторы соответствующих изменений, нет возможности работать по специальности.

С другой стороны – каждое направление подготовки в специалитете уникально и предполагает обучение кадров для соответствующего вида профессиональной деятельности. Возникает вопрос: если правоохранительные и судебные органы, органы прокуратуры заявляют о наличии значительного числа вакансий, стоило ли ограничивать соответствующий набор? Так, если выпускнику специалитета «Правоохранительная деятельность» присуждена квалификация «юрист», он может работать по профессии в большинстве сфер (частной практике, консалтинге, адвокатуре, органах следствия и дознания, иных правоохранительных органах и т.д.), но само направление подготовки задумывалось для удовлетворения нужд правоохранительной системы в квалифицированных кадрах. Система все еще испытывает «кадровый голод», поэтому не стоило ли задуматься о том, как привлечь выпускников в систему после окончания вуза? Однако законодатель, очевидно, выбрал иной путь.

Распоряжением не предусмотрена возможность ограничения контрактного набора на направления магистратуры. По всей видимости, это связано с тем, что государство постепенно берет курс на уход от двухуровневой системы образования – на смену направлениям бакалавриата в обозримом будущем придут направления специалитета, а значит, уйдет в прошлое и магистратура. В текущей ситуации активизация контрактного магистерского набора остается одним из возможных вариантов привлечения внебюджетного финансирования для вузов.

Министерство науки и высшего образования подготовило проект методических рекомендаций по расчету контрольных цифр приема (КЦП) по контрактному набору и уже довело до университетов КЦП на новый учебный год. Сразу оговорюсь, что увиденные мной значения контрольных цифр несколько отличаются от показателей, которые я рассчитал, основываясь на формулах, представленных в проекте методики. Параллельно Минобрнауки проводит совещания с университетами и предлагает не использовать заложенный Методикой механизм корректировки выделенных контрольных цифр приема в заявительном порядке (а в этом механизме представлен очень важный показатель – реальная востребованность выпускников, определяемый на основе ходатайств работодателей и данных Роструда о трудоустройстве выпускников за предшествующие периоды). Таким образом, вузам придется работать в предложенных реалиях и принимать общий тренд на сокращение набора.

Методика в целом ориентирует на то, что в предстоящем учебном году набор должен быть осуществлен в объеме, сопоставимом с набором двух предшествующих лет (значения, которые я вижу по университетам, в которых преподаю, в целом этот тезис подтверждают: существенного сокращения по головным организациям применительно к УГС «Юриспруденция» не произошло). Университеты не первый год отчитываются о показателях набора, о среднем балле ЕГЭ и вынуждены выдерживать показатели эффективности приемной кампании, а количественные и качественные показатели приема включены в эффективный контракт ректоров вузов, невыполнение которых может служить основанием для применения к ректору мер дисциплинарной ответственности и расторжения с ним договора со стороны Минобрнауки. Нетрудно догадаться, что выполнение одновременно двух показателей – большого числа зачисленных студентов и высокого балла ЕГЭ абитуриентов – задача не из легких и для хороших статистических показателей приходилось постараться.

При этом вузам, которые не смогли набрать хотя бы 10 студентов в предыдущие годы на соответствующие направления, в праве набора в грядущей приемной кампании должно быть отказано. Кроме того, в расчет принимается средний балл ЕГЭ студентов, поступивших на соответствующие направления в предшествующие два года: если таковой ниже 50 за один экзамен, вузу отказывают в наборе на соответствующее направление или форму обучения.

Таким образом, в 2026/27 учебном году наиболее ощутимые ограничения КЦП коснутся вузов, которые не набирали достаточного числа студентов с высокими баллами ЕГЭ. Вузы, у которых не было проблем с набором, продолжат существование. Представляется, что общий объем ограничения набора по направлению «Юриспруденция» приведет к сокращению общего контингента первокурсников по данным программам в стране примерно на 20%. Надеюсь, это приведет к увеличению доли мотивированных студентов, которые будут поступать на юрфак более осознанно, а также к тому, что практика зачисления в вуз любого абитуриента, сдавшего необходимые ЕГЭ, будет отмирать. Сохранится ли эта тенденция и будут ли установлены новые ограничения в следующих приемных кампаниях – покажет время. Сегодня под удар попадают в первую очередь филиалы образовательных организаций и не подведомственные Минобрнауки организации, осуществляющие наборы на определенные правительством направления подготовки (например, насколько мне известно, в образовательных организациях, подведомственных Министерству транспорта РФ, уже принято решение о закрытии набора на юридические направления практически во всех вузах). В уязвимом положении также окажутся вузы, которые нельзя считать классическими университетами, не специализирующиеся на обучении студентов по направлениям подготовки, определенным Правительством РФ (например, при распределении КЦП на юридический набор между техническим и классическим университетами в одном регионе преимущество, очевидно, нужно отдавать в пользу второго, если иные подлежащие учету факторы отсутствуют).

Отвечая на вопрос, будет ли благодаря сокращению контрактного набора снижено число выпускников, которые по завершении обучения не работают по специальности, замечу: количество невостребованных вакансий вырастет примерно на ту же долю, на которую сократится число студентов, а впоследствии – выпускников. То есть с высокой вероятностью есть риск получить эффект, обратный ожидаемому.

Думается, указанные меры также могут привести к тому, что студенты юридических специальностей будут учиться преимущественно в ведущих вузах, выпускники которых, как и выпускники иных высших учебных заведений, не всегда готовы работать по специальности. В профессии юриста (как и в любой другой) можно разочароваться как в процессе обучения, так и в дальнейшем, столкнувшись с рабочими буднями, и даже если юрист окончил «топовый» профильный вуз, не исключено, что он построит карьеру на ином, не юридическом поприще. Представляется, что идея ограничения КЦП, воспринятая правительством, основана на ошибочной гипотезе о том, что выпускники «нетоповых» вузов не работают по специальности. К сожалению, реальность такова, что по специальности будут работать и не все выпускники «топовых» вузов. Возможно, доля тех, кто не работает по специальности, будет отличаться, но, убежден, – незначительно.

Резюмируя, отмечу: в стране множество вакансий юристов, но много и выпускников юридических факультетов. Приведет ли сокращение числа выпускников юрфаков к закрытию всех вакансий? При снижении числа выпускников снижается и число лиц, ищущих работу, а значит, есть основания полагать, что вакансии будут закрываться еще хуже.