Одной из причин рекордного количества поданных в Роспатент в 2023 г. заявок на регистрацию товарных знаков называют стремление отечественных предпринимателей занять место иностранных компаний, покинувших российский рынок.
Как и в случае с другими активами компании, экономическим эквивалентом товарного знака выступает его стоимость, определяемая индивидуально в каждом конкретном случае. Чаще всего вопрос об определении стоимости товарного знака возникает при его продаже по договору отчуждения либо для определения роялти при заключении лицензионных договоров и франшизы. Отчет об оценке стоимости товарного знака служит эффективным механизмом достижения цели прозрачности таких сделок.
Институт оценки применяется и для реализации прав на товарный знак в рамках процедуры банкротства. Закон о банкротстве, в частности, содержит ряд ограничений исключительных прав (на произведение науки, на секретное изобретение, на фирменное наименование и т.д.), которые не могут быть включены в конкурсную массу, но исключительное право на товарный знак в их число не входит.
Отсутствие у компании-банкрота информации об актуальной стоимости товарного знака может стать причиной его отчуждения по цене, существенно отличающейся от рыночной. Кроме того, если должным образом не обосновать размер полученного вознаграждения, арбитражный управляющий может потребовать признать такую сделку недействительной по причине неравноценной стоимости товарного знака.
Приведу примеры из судебной практики. Так, в деле № А45-16647/2018 Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, установив рыночную стоимость отчужденных активов должника, сделал вывод о неравноценном характере оспариваемых сделок: товарный знак стоимостью более 1 млн руб. был передан ответчику за вознаграждение в 20 тыс. руб.; исключительное право на полезную модель было приобретено за 60 тыс. руб., в то время как суд оценил его в 287 тыс. руб. Последствием совершения такой сделки стал возврат должнику исключительных прав на товарный знак и полезную модель.
Важно учитывать, что причина совершения подобного рода сделок может скрываться не только в отсутствии оценки нематериального актива и, как следствие, – незнании его стоимости, но и в желании вывести ценный актив из конкурсной массы. В таком случае оценкой товарного знака могут воспользоваться кредиторы, пострадавшие от недобросовестных действий должника.
Вероятно, так и произошло в деле № А40-147338/2020. В отличие от предыдущего примера, речь идет о более чем стократном занижении стоимости товарного знака. Так, средняя стоимость товарного знака составляла более 296 тыс. руб., в то время как отчужден он был всего за 1000 руб.
Ответчиком не было представлено доказательств рыночного характера сделки, а также факта уплаты суммы по договору (1000 руб.). В итоге требование конкурсного управляющего было удовлетворено, и сделка признана недействительной, поскольку спорное имущество выбыло из собственности должника при наличии признаков неплатежеспособности в пользу заинтересованного лица в отсутствие доказательств оплаты.
Следующий пример иллюстрирует противоположную практику. В деле № А21-3217/2017 между продавцом и покупателем был заключен договор, по условиям которого продавец обязался передать покупателю исключительные права на ряд товарных знаков, а покупатель – уплатить стоимость этих прав в размере 90 тыс. руб.
Соразмерность полученного встречного исполнения, отсутствие у продавца и его кредиторов убытков в результате заключения оспариваемого договора и недоказанность недобросовестности сторон стали правовой основой решения АС Северо-Западного округа об отказе в удовлетворении требований конкурсного управляющего.
Приведенные примеры показывают, что оценка исключительного права на товарный знак может сыграть одинаково важную роль при рассмотрении дела о банкротстве применительно к:
- добросовестному приобретателю, которому необходимо оспорить доводы арбитражного управляющего о неравноценном характере встречного предоставления в рамках сделки с отчуждением права на товарный знак;
- кредитору, имеющему достаточно оснований полагать, что арбитражный управляющий совершил сделку по цене, существенно ниже рыночной.
Как видим, суды зачастую обращают внимание именно на стоимость исключительных прав на товарные знаки при их отчуждении в рамках процедуры банкротства. Основанием признания сделки недействительной чаще всего выступает неравноценный характер встречного предоставления. В связи с этим важно учитывать, что отчуждение товарных знаков по стоимости, очевидно не соответствующей ее рыночному характеру, влечет последствия в виде возврата товарного знака в конкурсную массу, а при невозможности возврата – возмещение действительной стоимости имущества на момент его приобретения, а также убытков (если стоимость отчуждаемого товарного знака была изменена).
