×

Борьба за чистоту протокола

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ вынесла ряд определений прецедентного характера, касающихся протокола судебного заседания.
Материал выпуска № 1 (114) 1-15 января 2012 года.

БОРЬБА ЗА ЧИСТОТУ ПРОТОКОЛА

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ вынесла ряд определений прецедентного характера, касающихся протокола судебного заседания.

Гаспарян

Собственный процессуальный интерес

Мы уже не раз отмечали, что процессуальные нормы, регулирующие составление протоколов судебного заседания, давно не соответствуют требованиям справедливости судебного разбирательства. А судебная практика по изготовлению протоколов тесно граничит со служебным подлогом.

Вот уже почти десять лет действует ч. 6 ст. 259 УПК РФ: «Протокол в ходе судебного заседания может изготавливаться по частям, которые, как и протокол в целом, подписываются председательствующим и секретарем. По ходатайству сторон им может быть предоставлена возможность ознакомиться с частями протокола по мере их изготовления».

Стоит отметить, что процессуальная норма абсолютно понятна и не должна допускать разночтений. Но были сомневающиеся, и тогда КС РФ 15 апреля 2008 г. в своем определении № 306-О-О разъяснил: «Положения ч. 6 ст. 259 УПК РФ не только закрепляют обязанность председательствующего и секретаря судебного заседания изготовить протокол и ознакомить с ним стороны, но и предусматривают возможность изготовления протокола судебного заседания по частям, а также право на ознакомление сторон по их ходатайствам с частями протокола по мере их изготовления. Закрепление в законе такого права сторон обязывает суд обеспечить его реализацию».

До недавнего времени судьи и не думали обеспечивать реализацию права изготовления протокола по частям по мере их изготовления, повсеместно отказывая в соответствующих ходатайствах, усматривая в этом их право, а не обязанность. Кроме прочего, фраза «по мере их изготовления» ими толковалась, как их обязанность предоставить часть протокола только тогда, когда он будет изготовлен. А если часть протокола не изготовлена, то, стало быть, и нет возможности предоставить протокол для ознакомления.

В отказах у суда имелся конъюнктурный интерес: протокол изготавливается ими только после постановления приговора, а содержание показаний из приговора исправно переносится в протокол суда. В таком случае, судья мог исказить протокол ровно настолько, насколько ему это было выгодно для обоснования выводов приговора. Если бы судья был вынужден изготовить часть протокола до судебных прений и предоставить его стороне, то в такой протокол уже не внесешь никаких дополнений или изменений. Более того, в случае, если судья до прений сторон исказил бы протокол, то это обстоятельство позволило бы стороне защиты начать процессуальную борьбу за чистоту протокола. Возможные фальсификации заблаговременно стали бы достоянием участников судебного разбирательства. В этом случае судьи еще до провозглашения приговора были бы вынуждены сбросить с себя маску беспристрастности и навлечь этим процессуальный гнев одной из сторон.

По этим причинам исполнение требований ч. 6 ст. 259 УПК РФ было для судов крайне нежелательным. А неисполнение при необходимости можно было легко объяснить загруженностью секретаря, большим количество дел, нахождением в отпуске и т.д.

Кассационные инстанции на нарушение судами прав сторон, предусмотренных ч. 6 ст. 259 УПК РФ, взирали безучастно и равнодушно.

Нвер ГАСПЯРЯН,
член квалификационной комиссии
адвокатской палаты Ставропольского края

Полный текст статьи читайте в печатной версии "АГ" № 1, 2012 г.