Когда право на защиту нарушено

Как ранее писала «АГ», 12 декабря 2024 г. Замоскворецкий районный суд г. Москвы вынес решение о присуждении моему доверителю компенсации морального вреда в 10 тыс. руб. в связи с рассмотрением поданного мной заявления об отводе следователя в рамках уголовного дела неуполномоченным должностным лицом.

Напомню, в производстве СО МВД России по городскому округу Истра находилось уголовное дело в отношении нескольких лиц, включая мою подзащитную Ю.Я., о совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 160 и ч. 4 ст. 159 УК РФ, по факту присвоения и хищения денежных средств путем обмана у АО «Сокол». С февраля 2023 г. дело находится в производстве ГСУ ГУ МВД России по Московской области.

При составлении протокола задержания Ю.Я. от 6 октября 2023 г. ею был заявлен отвод старшему следователю Второго отдела СЧ ГСУ ГУ МВД России по Московской области Максиму Вислобокову, начальнику ГСУ Александру Воронину и начальнику СЧ Евгению Торгашеву. В тот же день Максим Вислобоков оставил это заявление без рассмотрения.

В середине мая 2024 г. Тверской районный суд г. Москвы признал незаконным постановление старшего следователя Максима Вислобокова от 6 октября 2023 г. об отказе в разрешении вопроса об отводе. Суд указал, что следователь оставил заявление без рассмотрения в нарушение законодательства, поскольку оно подлежало разрешению руководителем следственного органа, а решение по нему было принято ненадлежащим должностным лицом. Впоследствии постановление судьи вступило в законную силу.

Далее я обратилась в суд с иском к МВД России о взыскании в пользу подзащитной компенсации морального вреда со ссылкой на то, что Максим Вислобоков своими действиями лишил Ю.Я. права на отвод, чем причинил ей значительные нравственные страдания, выразившиеся в тревоге, подавленности. Исковые требования сводились к тому, что старший следователь ограничил подзащитную в возможности воспользоваться в полной мере ее правом на отвод, гарантированным ст. 67 УПК, и, как следствие, – на беспристрастное и объективное расследование по уголовному делу.

Замоскворецкий районный суд г. Москвы удовлетворил иск частично и взыскал в пользу подзащитной компенсацию морального вреда в 10 тыс. руб. Апелляционным определением от 22 апреля 2025 г. Мосгорсуд оставил в силе решение первой инстанции со ссылкой на необоснованность доводов апелляционной жалобы представителя третьего лица – ГУ МВД России по Московской области – о том, что у истицы отсутствует право на возмещение вреда. Как указала апелляция, при разрешении исковых требований вывод суда первой инстанции о наличии у истицы права требования компенсации морального вреда не противоречит закону. Мосгорсуд также заметил, что доводы заявителя апелляционной жалобы сводятся к изложению обстоятельств, уже являвшихся предметом рассмотрения и оценки первой инстанции, и несогласию с его позицией. Апелляционная жалоба не содержит правовых оснований к отмене решения нижестоящего суда и фактов, не проверенных и не учтенных им, которые имели бы значение для дела.

Таким образом, суд продемонстрировал последовательность в вопросе взыскания компенсации морального вреда в связи с нарушением конституционных прав граждан органами предварительного следствия¹.

В то же время стоит отметить, что присужденный размер компенсации представляется ничтожно малым в сравнении с практикой Европейского Суда по правам человека (суммы компенсаций начинались от 10 тыс. евро), и варьируется от 10 тыс. до 50 тыс. руб. При этом срок исполнения Министерством финансов РФ решений судов, на мой взгляд, неоправданно большой – три месяца.

Тем не менее формирование устойчивой судебной практики по данному вопросу способствует укреплению законности, а также защищает граждан, пострадавших от незаконных действий органов государственной власти и их должностных лиц.

Указанное решение Мосгорсуда соответствует сложившейся судебной практике, а также нормам материального права и разъяснениям, содержащимся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 15 июля 2020 г. № 36-П. Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Исходя из количества установленных судом и органами прокуратуры нарушений в рамках рассматриваемого уголовного дела очевидно, что проведение расследования данным следователем не отвечает требованиям ч. 3 ст. 123 Конституции. КС неоднократно подчеркивал, что правовое государство обязано обеспечивать гарантии защиты прав и свобод человека и гражданина посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости. Соблюдение указанных принципов осуществления правосудия обеспечивается совокупностью уголовно-процессуальных средств и процедур.

Право на защиту является основополагающим конституционно-процессуальным правом-гарантией. Одним из неотъемлемых свойств права на защиту и необходимым условием справедливого судебного разбирательства является право на отвод как следователя, так и руководителя следственного органа. В демократическом обществе участники судебного разбирательства должны испытывать доверие к следственным органам. Обстоятельства причинения телесных повреждений подзащитной и мне как защитнику (травмы, повлекшие сотрясение головного мозга), а также ограничение моей свободы свыше трех часов без составления протокола о задержании в рамках этого дела были основаниями, позволившими доверителю усомниться в беспристрастности следствия вплоть до руководителя следственного органа. Подзащитная убеждена, что личные убеждения следователя и его руководства исключали возможность проведения объективного расследования и установления объективной истины по делу.

В изложенных обстоятельствах отказ в рассмотрении заявления об отводе следователя как нарушающий конституционные права Ю.Я. обоснованно признан незаконным. Признание Тверским районным судом г. Москвы факта незаконных действий должностных лиц органов следствия в отношении гражданина свидетельствует о нарушении прав последнего – в частности, личных неимущественных, – и является основанием для присуждения компенсации морального вреда по установленным правилам, что убедительно продемонстрировал Замоскворецкий районный суд.

В заключение добавлю, что позиция Мосгорсуда является ожидаемой, закономерной и последовательной, соответствующей сформированной судебной практике. Представляется, что тенденция удовлетворения подобного рода исков приведет не только к компенсации морального вреда подзащитной в денежном выражении – факт выплаты компенсации из бюджета станет основанием для проведения служебной проверки в отношении следователя, нарушившего права гражданина, а также для взыскания в порядке регресса выплаченных из бюджета денежных средств с причинителя вреда – следователя Максима Вислобокова и в дальнейшем обяжет его принести письменные извинения Ю.Я. в соответствии с п. 1 Приказа МВД России от 15 августа 2012 г. № 795 «О порядке принесения извинений гражданину, права и свободы которого были нарушены сотрудником полиции».