Для чего нужно это судьям? Можно предположить, что для уменьшения нагрузки, снижения количества поступающих дел. Что банкиры умеют, так это считать деньги. И если уж намереваются выдать кредит, то тщательно просчитают выгоду и риски. И если выгоду просчитать относительно легко (чтó можно взять с ответчика или с получателя кредита – стороной-то в сделке выступает именно он), то риски – значительно сложнее: слишком много переменных факторов, начиная с глубины правовых познаний того или иного судьи, заканчивая разного рода процессуальными и материальными случайностями. Банк, конечно, может позволить себе нанять модного юриста, который напишет пространный «меморандум» в обоснование того или иного исхода. Но результат все равно не выйдет за пределы вероятности (известно, что судебная вероятность не может превышать 97%, поскольку ничего абсолютного, то есть стопроцентного в юриспруденции не бывает, один процент приходится на правовую позицию оппонента и еще один на какую-нибудь неожиданность, так что 97% – максимум). То есть риск потери денег весьма велик. Поэтому, предположительно, и количество процессов уменьшится.
Нужно ли это адвокатам? Безусловно. Один из вопросов адвокатской этики (вечный вопрос) – разборчивость при принятии дел. Еще римская присяга предписывала адвокату «отстаивать истинные и справедливые требования своих клиентов и не замедлять отказаться от ведения дела даже во время производства, если убедятся в его нечестности или безнадежности». Собственно, правовая оценка фактов и доказательств и есть основная работа юриста. Но здесь банк берет на себя то, что должны делать адвокаты, подкрепляя свои намерения выдачей кредита (банк не связан ни этикой, ни правилами адвокатской профессии, его не волнует ни истинность, ни справедливость, ни нечестность, ни безнадежность, «ничего личного – только бизнес»). Таким образом, ответственность с адвоката как бы и снимается. Это первое. Второе. Гонорар (предположительно – высокий) обеспечен: кредит-то будет целевой и сразу пойдет в адвокатскую контору. И исход дела на него никак не влияет (этим, кстати, снимается пресловутый вопрос о «гонораре успеха»).
Еще один момент. Автор кредитной идеи называет предположение, на котором она основана: «судебные расходы в странах Запада достаточно велики и часто попросту “неподъемны” для истца». Вот, оказывается, что не дает покоя – «страны Запада». Раз у них расходы «неподъемны», так и у нас давайте сделаем так же. И прикроемся фиговым листочком кредита.
Проблемы доступа к правосудию вряд ли можно решить деньгами. Творцы судебной реформы 1864 г. стремились облегчить доступ населения к судебной помощи, удешевить гражданский процесс. Для этого, в частности, придумали мировой суд, учредили присяжную адвокатуру (в помощь тяжущимся), установили так называемое право бедности. Учитывая, помимо недостатков отечественного дореформенного судопроизводства, и негативный пример «стран Запада». Но за истекшие сто пятьдесят лет технологии несколько продвинулись, так что если вдруг и обнаружатся «неподъемные» расходы (хотя с чего бы, если их искусственно не создать?), то, вероятно, можно будет адекватно отреагировать и без применения финансовых механизмов.
