Верховный Суд РФ продолжает формировать жесткую практику привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. В Определении ВС от 11 апреля 2025 г. № 305-ЭС24-24042 по делу № А40-277055/2023 сформулирован подход к рассмотрению дел о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц компаний, исключенных из ЕГРЮЛ как недействующих.
Ключевая позиция Судебной коллегии по экономическим спорам ВС заключается в том, что арбитражные суды больше не смогут отказывать кредиторам «брошенных» компаний, ссылаясь лишь на то, что долг возник до вступления в силу поправок в Федеральный закон от 8 февраля 1998 г. №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», внесенных в 2017 г. Так, ранее арбитражные суды отказывали в привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности, если обязательства возникли до вступления в действие п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО (т.е. с 28 июля 2017 г.), устанавливающего возможность привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам юрлица, исключенного из ЕГРЮЛ.
Верховный Суд указал на ошибочность и недопустимость такого формального подхода ввиду того, что важен не момент возникновения задолженности перед кредитором, оставшейся непогашенной в результате исключения должника из Реестра, а последующие действия контролирующих лиц, которые привели к невозможности погашения. Согласно позиции, изложенной в определении, субсидиарная ответственность по обязательствам компании, исключенной из ЕРГЮЛ, может наступить, если КДЛ после 2017 г. своими действиями (бездействием) сделали невозможным погашение долга.
В рассматриваемом случае несмотря на то, что долг перед Управлением делами Президента РФ сформировался в 2014 г., бездействие контролирующих лиц, выраженное в неисполнении судебных актов, было допущено после введения в действие п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО. Компания же была исключена из ЕГРЮЛ лишь в 2023 г. в связи с наличием в Реестре сведений о юрлицах, в отношении которых внесена запись о недостоверности, что также свидетельствует о том, что КДЛ не могли не знать о непогашенной задолженности. Таким образом, их бездействие рассматривается как возможное основание для привлечения к субсидиарной ответственности независимо от момента возникновения задолженности.
СКЭС в очередной раз подчеркнула «прокредиторскую» линию рассмотрения подобного рода споров, в соответствии с которой наличие непогашенной задолженности сохраняет риски привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку «нельзя уйти, не убрав за собой».
Верховный Суд в рассматриваемом определении также обратил внимание на не менее значимый аспект, возникающий при рассмотрении дел данной категории, связанный с распределением бремени доказывания между сторонами, раскрытием доказательств по делу. Судебная коллегия подтвердила, что пассивность КДЛ в процессе рассмотрения дела о привлечении к субсидиарной ответственности и непредставление доказательств могут стать основанием для взыскания задолженности с них лично. В определении прямо указано, что уклонение контролирующих лиц от раскрытия информации позволяет судам применить презумпцию вины. В рассматриваемом деле СКЭС связала отказ КДЛ от участия в процессе с их возможной недобросовестностью. Суд отметил, что они не представили ни отзыва на иск, ни доказательств, объясняющих финансовое состояние компании, не явились в суд и не опровергли доводы кредитора, что противоречит принципу состязательности. Данная категория споров прямо требует от контролирующих лиц доказать их добросовестность и отсутствие связи между их действиями (бездействием) и невозможностью погасить задолженность. Очевидно, что пассивное процессуальное поведение КДЛ оказало немаловажное влияние на результаты рассмотрения дела Верховным Судом.
Судебная коллегия последовательна заданному Конституционным Судом РФ в постановлениях от 21 мая 2021 г. № 20-П и от 7 февраля 2023 г. № 6-П «прокредиторскому» подходу, согласно которому предполагается, что бездействие КДЛ привело к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное. Контролирующее лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед кредиторами.
Принятие Определения ВС по делу № А40-277055/2023 укрепит позиции кредиторов при рассмотрении споров о взыскании задолженности даже с ликвидированных компаний. Теперь достаточно доказать, что КДЛ после 2017 г. блокировали исполнение обязательств (например, не подали заявление о признании компании банкротом, скрывали активы или допускали исключение компании из ЕГРЮЛ с нарушениями). Суды должны анализировать не только момент возникновения задолженности, но и дальнейшее поведение КДЛ. Отказ в иске лишь на основании «старости» обязательств недопустим. Теперь критически важно активно участвовать в спорах, иначе молчание контролирующих лиц будет расценено как признак недобросовестности.
Представляется, что определение ВС станет еще одним шагом к ужесточению ответственности за «брошенный» бизнес. Теперь даже «старые» долги могут повлечь привлечение к субсидиарной ответственности, если КДЛ годами игнорировали требования кредиторов. С подходом ВС, изложенным в определении, трудно не согласиться, поскольку долги компании имеют единый механизм возникновения и правовую природу, предполагающую возможность их взыскания с КДЛ независимо от того, какую процедуру ликвидации проходит компания: банкротство либо административное исключение из ЕРГЮЛ. Рисковый характер предпринимательской деятельности с ликвидацией общества не прекращается.
