×

Пытки в быту: последствия декриминализации

В международном праве ответственность за второй эпизод насилия в отношении женщин несут власти
Гнездилова Ольга
Гнездилова Ольга
Адвокат АП Воронежской области, проект «Правовая инициатива»

В июне 2016 г. Коалиция российских НПО, инициированная Фондом «Общественный Вердикт», представила в Комитет ООН против пыток Альтернативный доклад о соблюдении Россией Конвенции против пыток за 2012–2018 гг. В рамках доклада НКО «Правовая инициатива» подготовила раздел о насилии в отношении женщин.

Проблема домашнего насилия не нова: еще на прошлой сессии Комитет ООН просил предоставить информацию о насилии в отношении женщин и результатах расследования таких жалоб. Поэтому отдельная глава Альтернативного доклада 2018 г. была посвящена теме домашнего насилия, похищения невест и «убийств чести», а также калечащих операций на женских половых органах.

Проект «Правовая инициатива» работает с данной проблематикой не только на Северном Кавказе, но и по всей России, поэтому в докладе была отражена информация о ситуации и в центральных регионах страны. Мы обратили внимание Комитета на декриминализацию домашнего насилия. Международное право четко определяет, что такие преступления должны преследоваться в уголовном порядке. Однако и до декриминализации расследование дел, связанных с домашним насилием, и привлечение виновных к ответственности оставляли желать лучшего. Дела о побоях относились к частному обвинению, жертва должна была сама собирать доказательства и поддерживать обвинение в суде. Неудивительно, что по статистике оправдательные приговоры по таким делам выносились в 16 раз чаще, чем в среднем по всем другим составам УК РФ.

Читайте также
Декриминализация домашнего насилия
История поправок в законодательство в части бытового насилия и мнения экспертов по этому вопросу
06 Марта 2020 Дискуссии

Федеральным законом от 3 июля 2016 г. № 323-ФЗ в УК РФ были внесены важные поправки, согласно которым побои в отношении близких лиц стали относиться к делам частно-публичного обвинения и по степени ответственности приравнены к побоям из хулиганских побуждений или по мотивам вражды. Ряд политических движений назвали поправки «законом против шлепков», организовали по всей России сбор подписей, и Федеральным законом от 7 февраля 2017 г. № 8-ФЗ побои в семье были декриминализованы. Трудно поверить, но, например, Русская Православная Церковь отстаивает «право» физически наказывать членов семьи.

В мае 2018 г. председатель СК РФ Александр Бастрыкин связал рост домашнего насилия с декриминализацией побоев.

Второй раздел доклада был посвящен так называемому похищению невест на Северном Кавказе. Мы напомнили Комитету ООН о Постановлении ЕСПЧ от 20 февраля 2018 г. по делу «Бопхоева против России» (жалоба № 25414/14).  

Читайте также
Жертвы домашнего насилия лишены защиты
Дело Бопхоевой вновь выявило проблему отсутствия в России законодательства по борьбе с домашним насилием
14 Марта 2018 Мнения

Девушка из дома похитителей попала в больницу с тяжелейшим отравлением и уже несколько лет находится в коме. Из-за отказа властей возбудить дело и провести расследование установить виновных до сих пор не удалось. Мы также представили статистику по «убийствам чести» – в частности, за последние пять лет по меньшей мере 35 женщин и девушек были убиты, и только 16 дел дошли до суда.

В завершение мы передали Комитету информацию о «женском обрезании», которое по результатам исследований 2016 и 2018 гг. до сих пор практикуется в некоторых высокогорных районах Дагестана. Калечащие операции проводятся, прежде всего, у девочек до трех лет и, по словам религиозных деятелей, обусловлены стремлением «защитить женщину от греха».

Насилие в отношении женщин – структурная общественная проблема, связанная с неравенством сил между женщинами и мужчинами в историческом и биологическом контекстах. Женщины долго не имели доступа к высшему образованию, ряд профессий для них закрыт до сих пор, а исследования показывают, что за равный с мужчинами труд они получают меньше. По этой причине они часто материально зависят от партнера, к тому же слабее физически. Европейский Суд считает, что отсутствие специального законодательства по борьбе с домашним насилием, а также социальной поддержки женщин, убежавших от насилия, является формой дискриминации.

В коммуникации по делу «Володина против России» ЕСПЧ спросил Правительство РФ и нас как представителей заявительницы о том, действительно ли полиция своим бездействием в делах о домашнем насилии способствует созданию благоприятного для него климата? Мы ответили утвердительно. Думаю, Европейский Суд согласится с нашей позицией.

Сложно сказать, почему власти отказываются бороться с домашним насилием. Отмечу только, что активную позицию по лоббированию занимает, к сожалению, РПЦ. Патриаршая комиссия по вопросам семьи, защиты материнства и детства призвала отказаться от термина «насилие в семье», поскольку это «несовместимо с традиционными нравственными и правовыми ценностями», как будто отказ от термина приведет к ликвидации этого печального явления. Кроме того, Патриархия приветствовала отказ Болгарии ратифицировать Конвенцию Совета Европы о предупреждении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием (Стамбульская конвенция) от 11 мая 2011 г., которая как раз детально регламентирует государственные меры по борьбе с насилием в отношении женщин. О ратификации документа Россией речь пока не идет.

Читайте также
Комитет против пыток ООН опубликовал Заключительные замечания на очередной доклад со стороны России
В документе обозначены основные проблемы по применению Конвенции: насилие в местах лишения свободы, ограничение доступа к правовой защите, преследование правозащитников и политических активистов; даны рекомендации по их разрешению
14 Августа 2018 Новости

По итогам заседания 2018 г. Комитет ООН рекомендовал России включить домашнее насилие в уголовное законодательство, регистрировать сообщения о домашнем насилии, проводить оперативные, беспристрастные и эффективные расследования, преследовать обвиняемых в судебном порядке, а также принимать меры для обеспечения безопасности жертв. Над каждой из рекомендаций еще предстоит работать. И если первая – декриминализация побоев – это нововведение 2017 г., то с остальными, по моему убеждению, всегда была тяжелая ситуация. Полиция не любит принимать заявления о домашнем насилии, и тому есть объяснение, также упирающееся в несовершенство законодательства. Большинство таких дел прекращается «за примирением сторон». К сожалению, это «примирение» часто связано с отсутствием мер по защите жертвы. Заявительница часто вынуждена жить с агрессором под одной крышей, получает угрозы и в результате рано или поздно забирает жалобу.

В частности, Валерия Володина из Ульяновска была избита так, что попала в больницу, и были основания считать причиненный вред ее здоровью тяжким. Однако для этого требовалось проведение экспертизы, которая так и не была назначена. Следователи тянули с возбуждением уголовного дела два месяца, в итоге дождались заявления об отсутствии претензий и прекратили проверку. В настоящий момент жалоба коммуницирована ЕСПЧ.

С точки зрения международного права, и это подтверждено практикой Европейского Суда, если женщина пожаловалась в полицию на домашнее насилие, а эффективных мер по сдерживанию принято не было, ответственность за второй эпизод насилия лежит на властях. Это уже жестокое обращение, которое происходит при попустительстве властей. ЕСПЧ рассматривает такие дела в аспекте нарушений ст. 3 в совокупности со ст. 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (запрет пыток по дискриминационному мотиву). Также будет найдено нарушение процедурных обязательств государства, если насилие не расследуется должным образом. И здесь не важно, второй это эпизод или первый.

Борьбу с насилием в отношении женщин, полагаю, важно начать не столько с уголовного преследования виновных, сколько с защиты жертв. Женщины, которые обращаются в «Правовую инициативу» за юридической помощью, просят, как правило, не о том, чтобы виновного посадили, а чтобы он от нее «отстал». Пик насилия, как правило, приходится на момент, когда женщина решает уйти. Марем Алиеву, семью которой «Правовая инициатива» представляет в ЕСПЧ, муж вернул домой в Ингушетию из Беларуси, куда она успела добраться, спасаясь от побоев. Спустя два месяца после очередной ссоры она вновь исчезла, и до сих пор о ней нет никаких известий. Было возбуждено дело об убийстве, так как во дворе дома нашли сожженные волосы и белье, но подозреваемых в убийстве до сих пор «не нашли».

Читайте также
О новой мере пресечения
Эксперты комментируют законопроект о внесении поправок в УПК РФ, предусматривающих введение запрета на осуществление определенных действий
19 Апреля 2018 Дискуссии

Федеральным законом от 18 апреля 2018 г. № 72-ФЗ в УПК РФ была введена такая мера пресечения, как запрет определенных действий. В ст. 105.1 предусмотрен в том числе запрет находиться в определенных местах, а также общаться с определенными лицами. Пока это слабый намек на охранные ордера. В той форме, в какой это закреплено в УПК РФ, вряд ли можно говорить об эффективности данной меры пресечения, поскольку она применяется к подозреваемым и обвиняемым. Это значит, что после первых побоев нельзя обязать агрессора не приближаться к женщине, так как это административное правонарушение. После повторных побоев или побоев с причинением более тяжкого вреда здоровью – тоже, пока не будет предъявлено обвинение и суд не рассмотрит ходатайство следователя о принятии такой меры. Полагаю, охранные ордера должны выдаваться оперативно и после первого же эпизода насилия или его угрозы.

Есть также действующие для России Рекомендации Комитета министров Совета Европы «О защите женщин от насилия», основанные на прецедентном праве ЕСПЧ. О необходимости обеспечить максимальную безопасность и защиту жертве насилия указано в первом же пункте. Государствам рекомендовано также ввести бесплатную, конфиденциальную и непрерывную психологическую и социальную посттравматическую поддержку, а также юридическую помощь жертвам насилия. Однако ничего подобного в России нет и пока даже не обсуждается.

Думается, что одной криминализации насилия недостаточно – большое внимание необходимо уделять профилактике, дополнительному обучению персонала полиции, медицинских учреждений и всех, с кем сталкивается пострадавшая от насилия женщина.

Предлагаемые меры можно сгруппировать следующим образом:

  • обеспечение безопасности пострадавшей (охранный ордер, предоставление убежища, социальная поддержка). В ряде стран законодательно установлено, что общий дом на время расследования должен покинуть насильник, а не жертва;
  • криминализация домашнего насилия, отнесение его к категории частно-публичного обвинения;
  • принятие государственных программ психологической и юридической помощи жертвам;
  • обеспечение расследования, которое не ведет к вторичной травматизации (для этого предусмотреть специальное обучение сотрудников полиции, аппаратов судов, медицинских и социальных работников);
  • необходимость психологической помощи агрессору. Эксперты отмечают, что мужчины, применяющие насилие, часто страдают от заниженной самооценки, сложностей с управлением гневом, не имеют навыков выражения эмоций и построения отношений. Кроме того, исследования показали связь между насилием в детстве и последующим агрессивным поведением уже в собственной семье. Но в странах, где такие программы существуют, подчеркивают, что при ограниченности ресурсов психологическая помощь должна быть оказана в первую очередь жертве;
  • включение в школьное образование блоков, направленных на работу с мальчиками всех возрастов, дискуссии о критериях «мужественности». Ученые связывают высокий уровень домашнего насилия не только с отсутствием госрегулирования, но и с культом силы, доминирования и репрессий.

Международное право является частью правовой системы РФ, и Россия добровольно ратифицировала в том числе Конвенцию ООН против пыток. Поэтому рекомендации Комитета – это план действий, направленных на решение проблемы, основанный на экспертном опыте, изучении законодательства и практики стран – членов ООН. Перечисленные методы успешно работают – разумеется, при условии, если в России хотят бороться с насилием в отношении женщин. 

Рассказать:
Другие мнения
Батура Ольга
Батура Ольга
Руководитель практики недвижимости и ГЧП «ДювернуаЛигал»
Реформа проектов развития территорий: большая перемена
Жилищное право
Законопроект упорядочивает и упрощает механизм КРТ, но ряд вопросов остались нерешенными
13 Октября 2020
Водопьянов Юрий
Водопьянов Юрий
Юрист «Содружества Земельных Юристов»
Редевелопмент промзон – по новым правилам
Градостроительное право
Какие недостатки призван устранить проект поправок в ГрК РФ
07 Октября 2020
Ященко Валентина
Ященко Валентина
Адвокат АП Московской области
Цена утечки персональных данных
Производство по делам об административных правонарушениях
Защита информации ограниченного доступа требует комплексного подхода
06 Октября 2020
Макейчук Антон
Макейчук Антон
Адвокат, партнер юридической компании Tenzor Consulting Group
Платить дивиденды или не платить по долгам?
Арбитражное право и процесс
«Вилка» законодательных мер о моратории как возможность злоупотребления правом
05 Октября 2020
Яни Павел
Яни Павел
Научный руководитель Научно-образовательного центра «Уголовно-правовая экспертиза» Юридического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова, член Научно-консультативного совета при ФПА РФ, д.ю.н., профессор
Ответственность за воспрепятствование законной деятельности адвоката: проблемы квалификации
Уголовное право и процесс
Какие новые вопросы повлечет введение ст. 294.1 УК
30 Сентября 2020
Борохова Наталья
Борохова Наталья
Адвокат, доцент кафедры уголовно-процессуального права РГУП (Уральский филиал), к.ю.н.
Первый шаг – не повод почивать на лаврах
Уголовное право и процесс
Будет ли работать норма о воспрепятствовании деятельности адвоката без реформы правоохранительной системы?
24 Сентября 2020