Отвод защитника от участия в уголовном деле порой используется органами предварительного следствия и дознания как способ борьбы с принципиальными, не жалеющими сил в защите прав доверителей адвокатами. В частности, некоторые следователи принимают постановления об отводе адвокатов под надуманным предлогом, устраняя их тем самым от участия в деле. Вышестоящий руководитель следственного органа в этот процесс, как правило, не вмешивается, полагая, что следователю «виднее». Случаи отменены судом постановления следователя об отводе адвоката также встречаются нечасто.
Уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Теоретически стороны обвинения и защиты равны в осуществлении их прав и обязанностей. При этом следователь и дознаватель вправе вынести постановление об отводе защитника от участия в уголовном деле в порядке, предусмотренном ст. 72 и 69 УПК. Это постановление защитник может обжаловать в суд или вышестоящему руководству органа следствия/дознания. Защитник в свою очередь в этом отношении законом приравнен к переводчику, т.е. процедура их отвода одинакова – в порядке ст. 69 УПК. О какой состязательности сторон обвинения и защиты в этом случае можно вести речь? Несмотря на то что по смыслу и духу закона защитник по процессуальной значимости равен следователю и дознавателю («Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом» – ч. 4 ст. 15 УПК), фактически решение об отводе своего процессуального оппонента принимает следователь/дознаватель.
Если стороны защиты и обвинения имеют равную процессуальную значимость, то по логике защитника следует наделить правом на отвод следователя или дознавателя – аналогично процедуре отвода защитника. Например, защитник выносит постановление об отводе следователя или дознавателя, а последние могут обжаловать это постановление президенту адвокатской палаты соответствующего субъекта РФ или в суд.
Понятно, что это невозможно, однако гипотетическое предположение об отводе представителя стороны обвинения представителем стороны защиты, думаю, наглядно показало неадекватность процедуры отвода защитника по процедуре отвода переводчика.
В заключение добавлю, что для обеспечения реального равенства сторон обвинения и защиты в уголовном процессе представляется необходимым внести изменения в ст. 72 УПК, изложив ч. 2 в следующей редакции: «Решение об отводе защитника принимается в порядке, установленном ст. 165 УПК РФ», а также дополнить ст. 72 ч. 3 в следующей редакции: «Решение об отводе представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика принимается в порядке, установленном частью первой статьи 69 настоящего Кодекса», а ч. 2 ст. 29 – п. 5.3 «об отводе защитника».
Таким образом, процессуальное положение сторон уголовного судопроизводства в значительной степени выровняется. Также данные изменения будут способствовать обеспечению независимого и объективного исследования доводов об отводе защитника из уголовного процесса, прекращению злоупотреблений со стороны органов следствия и дознания по отводу принципиальных адвокатов, а также помогут защитить право граждан на полноценную юридическую защиту.
