Реализация любого конституционного права сопровождается государственным регулированием в той или иной форме. Исключением до настоящего времени остается лишь предусмотренное статьей 48 Конституции Российской Федерации право на получение квалифицированной юридической помощи, в отношении которого многоуровневое государственное регулирование установлено лишь для адвокатской деятельности. Для частного юридического сектора государственного регулирования нет вообще, полный вакуум. Так не может продолжаться до бесконечности, регулирование обязательно состоится. Есть и вторая причина: судебное представительство – это публичная деятельность, имеющая государственное и социальное значение, направленная на реализацию права на судебную защиту, других важнейших социальных прав. Рассчитывать на то, что она будет по-прежнему оставаться вне сферы государственного регулирования, немного наивно.
По поводу дискуссии, развернувшейся вокруг законопроекта о профессионализации судебного представительства, хотел бы заметить, что результаты любых обсуждений и любого экспертирования могут иметь значение, если рассматривать их как взвешенные и хотя бы в какой-то степени объективные и беспристрастные. Однако такого плана оценки вряд ли можно получить от лиц, имеющих интерес в сохранении определенного регулирования. Владельцы питбайков вряд ли одобрят запрет на передвижение по дорогам общего пользования, лица с пороговыми доходами точно не поддержали бы прогрессивную шкалу налогообложения и т.д. В этой связи законопроект о реформе судебного представительства поддержат, полагаю, не все коллеги из «белой» части нерегулируемого рынка юридической помощи и точно будут против него юристы из «серой» и «черной» его частей. Так что их громкие слоганы – лишь внешнее выражение вполне понятного субъективного подхода: «Не трогайте нас, нам замечательно без всяких правил».
Вопрос же, да и ответ – в том, что реформа должна быть в любом случае.
Реализация любого конституционного права сопровождается государственным регулированием в той или иной форме. Исключением до настоящего времени остается лишь предусмотренное статьей 48 Конституции Российской Федерации право на получение квалифицированной юридической помощи, в отношении которого многоуровневое государственное регулирование установлено лишь для адвокатской деятельности. Для частного юридического сектора государственного регулирования нет вообще, полный вакуум. Так может продолжаться до бесконечности, регулирование обязательно состоится.
Есть и вторая причина, она известна каждому юристу. Судебное представительство – это публичная деятельность, реализуемая в отношениях с судом, государственными органами, участниками процессов. Рассчитывать же, что публичная деятельность, имеющая государственное и социальное значение, направленная на реализацию права на судебную защиту, других важнейших социальных прав, будет оставаться вне сферы государственного регулирования, немного наивно.
Автор сознательно не использовал термин «адвокатская монополия». Потому что никакой адвокатской монополии не предполагается. Речь идет о правилах допуска в профессию и последующего, не ограничивающего независимость в профессиональной работе по оказанию юридической помощи, контроля. Нет монополии образовательных учреждений, имеющих лицензию, нет монополии на управление транспортными средствами для лиц, получивших водительские удостоверения, и т.д. – есть публичный порядок допуска к определенной деятельности.
Действующие адвокаты работают в коллегиях, адвокатских бюро либо индивидуально – в адвокатских кабинетах. Но и у них нет монополии на оказание юридической помощи. Стороной и исполнителем по соглашению об оказании юридической помощи является конкретный адвокат (либо группа адвокатов). Каждый адвокат работает самостоятельно и независимо, он отвечает за свою деятельность. Так же будут работать и те юристы, которые станут адвокатами (все зависит только от желания).
Дорога в адвокатуру открыта.
