Проблемы обеспечения качества юридической помощи и критериев его определения актуальны как для адвокатской корпорации, так и для всего юридического сообщества.
Развитие законодательства об адвокатуре в значительной степени связано с необходимостью обеспечить реализацию конституционного права граждан на получение квалифицированной юридической помощи. Такими же причинами определены развитие законодательства об оказании бесплатной юридической помощи, а также разработка Министерством юстиции РФ ряда нормативных актов, направленных на его реализацию, – в частности, Стандарта оказания БЮП1.
#INSERT_Y#Вопросы качества юридической помощи разрешаются судами при рассмотрении споров о взыскании вознаграждения за оказание юрпомощи, о расторжении соглашений об оказании юрпомощи, признании их недействительными, взыскании судебных расходов. Для практикующих юристов значимы принципиальные положения, содержащиеся в определениях Верховного Суда РФ, – в частности, от 21 мая 2019 г. № 307-ЭС19-4636 (23–25); от 3 апреля 2023 г. № 305-ЭС20-19905 (13,14); от 13 февраля 2024 г. № 305-ЭС23-18507 и многих других.
Помимо этого определение качества юридической помощи – повседневная работа органов адвокатского самоуправления, рассматривающих дисциплинарные производства.
Содержание нравственных императивов адвокатуры значимо как мера должного поведения в профессиональной деятельности; нравственными критериями руководствуется дисциплинарная практика сообщества при решении вопроса о том, надлежащим ли образом выполнены обязательства перед доверителем.
Соблюдение нравственных предписаний в профессии, необходимое и достаточное для предоставления качественной юридической помощи, оценивается самим адвокатским сообществом. Для реализации этических требований в практической деятельности и определения критериев качества правовой помощи требуются их раскрытие и конкретизация.
Единые подходы к определению критериев качества юридической работы отсутствуют как в законодательстве, так и в судебной практике. В качестве таковых называют правильность оформления процессуальных и иных юридических документов, достоверность и своевременность правовых советов, обоснованность рекомендованного юристом способа защиты права.
На определение качества юридической помощи оказывает влияние в том числе сложившийся в судах подход, в соответствии с которым соглашение об оказании правовой помощи определяется как разновидность договора возмездного оказания услуг.
Существуют и иные определения, в том числе распространенные в адвокатуре и у практикующих юристов, не имеющих адвокатского статуса, в соответствии с которыми системная работа в качестве представителя доверителя в судах либо в отношениях с уполномоченными органами не может рассматриваться в качестве некой отдельной услуги и является предметом договора поручения. Соглашение об оказании юридической помощи может рассматриваться как содержащее элементы договора возмездного оказания услуг лишь в случае, если его предметом является консультационная работа.
Однако юридическая помощь, право на получение которой закреплено Конституцией РФ, имеет ряд существенных особенностей, не позволяющих рассматривать субъективный показатель удовлетворенности в качестве определяющего качество профессиональной работы.
Возможность защиты права в первую очередь зависит от правовой ситуации нуждающегося в получении правовой помощи. Нет смысла объяснять, что эта ситуация формировалась до появления юридического советника и вне связи с его участием. Кроме того, юридическая помощь, включая правовые совета и рекомендации, будет реализовываться в отношениях с третьими лицами – органами правосудия, уполномоченными органами, другими участниками спорных отношений – и зависит в том числе от их действий и решений. Наконец, нужно помнить, что право на получение юридической поддержки имеют все граждане и иные субъекты правоотношений, а не только те, кому действительно принадлежит спорное право либо законный интерес.
По этим и иным причинам следует исходить из того, что критерий качества юридической помощи должен быть объективным – в частности, предметами оценки должны являться сам процесс оказания правовой помощи, последовательность процессуальных действий и обоснованность рекомендаций практикующего юриста. Достаточно убедительно об этом написал Максим Кратенко в докторской диссертации «Договор об оказании юридической помощи в современном гражданском законодательстве».
Именно такой подход реализуется адвокатурой как в принятых, так и в разрабатываемых профессиональных стандартах адвокатуры. Так, в стандартах (Стандарте осуществления защиты в уголовном судопроизводстве2, Стандарте оказания бесплатной юридической помощи в рамках государственной системы БЮП3 и др.) определяется совокупность необходимых действий адвоката по правовой квалификации спорных отношений, определению способа защиты права доверителя, выяснению существенных обстоятельств, определяющих это право, и доказательств, их подтверждающих, а также совершению необходимых процессуальных действий в случае работы в судопроизводстве.
На одной из сессий, состоявшихся в рамках Санкт-Петербургского международного юридического форума, подчеркивались важность и значение разработки системы дифференцированных по видам правовой работы профессиональных стандартов адвокатуры, содержащих требования к качеству юрпомощи, рекомендации относительно порядка ее оказания и содержания.
Важно, что процедура разработки профессиональных стандартов не носит исключительно корпоративный характер. Универсальность стандартов в том числе определена составом Комиссии ФПА по этике и стандартам, в которую наряду с представителями адвокатского сообщества входят представители Минюста, Госдумы и Совета Федерации Федерального Собрания РФ.
Порядок разработки, имеющий публичный характер, содержание стандартов адвокатуры позволяют считать их необходимым и достаточным условием обеспечения качества профессиональной юридической работы.
1 Приказ Минюста России № 157 от 20 мая 2024 г. об утверждении Стандарта оказания бесплатной юридической помощи субъектами, указанными в п. 4 ч. 1 и ч. 2 ст. 15, ч. 2 ст. 22 Закона о БЮП, и порядка обеспечения контроля за соблюдением его требований.
2 Принят VIII Всероссийским съездом адвокатов 20 апреля 2017 г.
3 Утвержден XI Всероссийским съездом адвокатов 20 апреля 2023 г.
