11 июня «АГ» опубликовала новость о проекте поправок в Закон об обязательном пенсионном страховании (проект федерального закона № 970006-7, далее – законопроект), внесенном 9 июня в Госдуму. Документ разработан Правительством РФ в целях исполнения Постановления Конституционного Суда РФ от 28 января 2020 г. № 5-П.
На мой взгляд, законопроект в предложенной редакции не соответствует указанному Постановлению КС и направлен, по сути, на его пересмотр.
Основополагающая правовая позиция КС состояла в том, что положения законодательства в части признания адвокатов из числа военных пенсионеров страхователями по обязательному пенсионному страхованию (далее – ОПС) и возложения на них обязанности по уплате взносов на ОПС не противоречат Конституции РФ.
Исходя из указанной правовой позиции, в целях устранения правовой неопределенности нормативного содержания применительно к объему и условиям ОПС данной категории адвокатов законодателю необходимо было:
- определить цель уплаты страховых взносов по солидарной части тарифа и ее влияние на объем обязательного страхового пенсионного обеспечения (фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости);
- закрепить право на неполную страховую пенсию по старости и правовой механизм его реализации, в том числе на одновременное получение такой пенсии и пенсии за выслугу лет;
- установить правовой механизм преобразования приобретенных в системе ОПС пенсионных прав в пенсионные права, с учетом которых может быть увеличен размер пенсии за выслугу лет или по инвалидности, назначенной в связи с военной службой или иной, приравненной к ней;
- предусмотреть право на одновременное получение пенсии за выслугу лет и страховой пенсии по инвалидности вследствие общего заболевания или трудового увечья.
Однако, как следует из законопроекта, из законодательства предлагается исключить положения, в силу которых адвокаты из числа военных пенсионеров признаются страхователями по ОПС и несут соответствующие обязанности по уплате взносов.
По сути, правительством предложено исключить правовую основу, в силу которой в соответствии с указанным постановлением КС в законодательство об обязательном страховом пенсионном обеспечении адвокатов из числа военных пенсионеров надлежало внести все названные изменения и дополнения. Поскольку до настоящего времени других законопроектов в соответствии с правовыми позициями КС не внесено, можно сделать вывод, что рассматриваемый законопроект не направлен на создание условий для исполнения требований Конституционного Суда.
Кроме того, нельзя не заметить, что вместо положений об обязательном участии адвокатов из числа военных пенсионеров в правоотношениях по ОПС законопроект предусматривает внесение норм об их добровольном вступлении в такие правоотношения. То есть адвокатам из числа военных пенсионеров предлагается продолжить формировать права на страховую пенсию по старости на добровольной основе.
Предложение правительства о введении добровольного участия адвокатов из числа военных пенсионеров в правоотношениях по ОПС вместо обязательного является, на мой взгляд, существенной уступкой, поскольку в такие правоотношения можно и не вступать, и, соответственно, не платить взносы на ОПС.
Вместе с тем полагаю, что сама по себе замена порядка участия в правоотношениях по ОПС (с обязательного на добровольный) не устраняет неопределенность нормативного содержания применительно к объему и условиям обязательного страхового пенсионного обеспечения адвокатов из числа военных пенсионеров. Поэтому законодателю все-таки надлежит исполнить правовые позиции Конституционного Суда по обязательному страховому пенсионному обеспечению таких адвокатов.
Нововведения во исполнение правовых позиций КС потребуют значительных финансовых расходов на выплату стандартного размера фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости; выплату наряду с пенсией за выслугу лет неполной страховой пенсии по старости, страховой пенсии по инвалидности; на повышение пенсии за выслугу лет за пенсионные права (страховой стаж, уплаченные страховые взносы), которые не могут быть реализованы в системе ОПС.
Кроме того, установление в отношении указанной категории адвокатов права на неполную страховую пенсию по старости означает, что его необходимо будет предусмотреть в отношении всех иных застрахованных лиц, поскольку в ситуации, когда пенсионные права приобретены, но для возникновения права на страховую пенсию их недостаточно, может оказаться любое застрахованное лицо, а не только адвокат из числа военных пенсионеров. В связи с этим, полагаю, и была сделана такая уступка.
Однако даже если адвокаты воспользуются предложенной уступкой и откажутся от добровольного участия в системе ОПС, чтобы не платить страховые взносы, вопрос о том, как им будут компенсированы сформированные в ней пенсионные права, остался нерешенным.
