Вопрос о необходимости профессионализации судебного представительства на основе адвокатуры поднимался в экспертном сообществе задолго до принятия в 2002 г. Закона об адвокатуре.
За минувшие два десятилетия в сфере оказания юридических услуг сформировался обширный теневой рынок, масштабы и негативное влияние которого достигли критической отметки, требующей реагирования. Проблема приобрела особую остроту в связи с массовым характером некачественных услуг, когда лица без надлежащей квалификации являются судебными представителями гражданам по делам, затрагивающим их права и жизненно важные интересы. Это подчеркивает объективную необходимость принятия законопроекта, разработанного Министерством юстиции РФ.
В настоящее время гражданин, выбирающий представителя для судебного спора, нередко действует в условиях «лотереи»: он не может быть уверен в квалификации частнопрактикующего юриста, его специализации и добросовестности. Таким образом, профессионализация судебного представительства на основе адвокатуры означает для гражданина переход от риска к предсказуемому результату.
В качестве конкретного примера первый вице-президент ФПА РФ Михаил Толчеев приводил ситуацию, когда частнопрактикующий юрист представлял в одном деле и истца, и ответчика, что для адвоката являлось бы вопиющим нарушением. При этом первый вице-президент ФПА подчеркивал, что реформа под эгидой адвокатуры призвана искоренить такие ситуации, тем самым защищая гражданина от конфликта интересов его представителя.
В отличие от адвокатов, частнопрактикующие юристы не несут строгой дисциплинарной ответственности за разглашение конфиденциальной информации, что создает реальную угрозу для доверителей. Например, получив доступ к коммерческой тайне, персональным данным или деликатным обстоятельствам частной жизни, такой юрист может использовать эти сведения в корыстных целях – передать конкурентам, оказать давление на клиента. Особенно опасны ситуации, когда юрист консультирует обе конфликтующие стороны: он становится обладателем полной картины событий, но не обязан хранить секреты одной стороны от другой. Отсутствие дисциплинарного контроля и профессиональной ответственности превращает утечку информации в безнаказанное деяние, при этом гражданин не только оказывается проигравшей по делу стороной, но и теряет контроль над личной информацией, а значит – над своей репутацией, бизнесом и будущим.
Считаю, что эффективное правосудие невозможно без профессионального участия всех сторон процесса. Когда все стороны будут представлены профессионалами, это укрепит доверие к системе правосудия.
Опасения резкого роста стоимости юридической помощи в случае принятия законопроекта представляются преувеличенными – речь идет скорее об исчезновении демпинговых предложений, за которыми, как правило, стоят недобросовестные исполнители.
Что касается доступности квалифицированной юридической помощи, то развитие системы БЮП и распределение нагрузки между региональными адвокатскими палатами позволят сохранить баланс.
Кроме того, предусмотренный законопроектом двухлетний переходный период даст возможность опытным юристам адаптироваться к новым требованиям и подготовиться к сдаче квалификационного экзамена на приобретение адвокатского статуса.
Главный бенефициар реформы – гражданин, который получит гарантию качественного представительства в суде.
Убежден, что реализация законопроекта принесет исключительно позитивные изменения. Во-первых, право на выбор судебного представителя будет подразумевать поиск среди компетентных профессионалов. Во-вторых, аргумент о росте стоимости юридических услуг не учитывает ключевой экономический фактор – устранение недобросовестных исполнителей.
Реальными последствиями реформы станут создание цивилизованного рынка юридической помощи, ее гарантированное качество и укрепление доверия к правосудию.
