×

Споры вокруг ордера как отголоски истории адвокатуры

Двойственность правового статуса адвоката проявляется в дуализме ордера и доверенности
Макаров Сергей
Макаров Сергей
Советник ФПА РФ, адвокат АП Московской области, руководитель практики по семейным и наследственным делам МКА «ГРАД», медиатор, доцент Университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА), к.ю.н.

30 ноября в «АГ» был опубликован весьма основательный и очень хорошо аргументированный материал адвоката Андрея Стрижака о том, какими полномочиями обладает адвокат, выступающий в гражданском судопроизводстве в качестве представителя стороны (или третьего лица) и действующий только на основании ордера, выданного адвокатским образованием, – т.е. без оформления и, соответственно, предъявления доверенности от доверителя.

Читайте также
Правомочия адвоката по ордеру в гражданском процессе
В каких случаях доверенность необходима, а в каких – нет
30 Ноября 2020 Мнения

При всей аргументированности позиции автора выскажу и обосную противоположный взгляд на ордер и его значение.

По моему убеждению, ордер, выдаваемый адвокатским образованием, – это советский анахронизм, от которого нужно избавляться, поскольку никакой полезной с практической точки зрения нагрузки он не несет. Данный документ изначально призван указывать на наделение определенными полномочиями лиц, обладающих адвокатским статусом (ибо лица, не являющиеся адвокатами, в принципе лишены возможности подтверждать свои полномочия с помощью ордера).

Хотя Андрей Стрижак полностью обосновал, что предъявление ордера в гражданском судопроизводстве подтверждает наличие у адвоката всех полномочий, не требующих специального обозначения в доверенности, каждый раз каждому судье, не признающему такое толкование или не знающему о нем, невозможно доказывать обратное – даже с учетом приведенной в статье позиции Верховного Суда РФ.

Например, несколько лет назад в личной беседе с судьей тот ответил: «Адвокат по ордеру? Какое право есть – присутствовать в судебном заседании? Вон там стул у двери стоит, вот там и присутствуйте». Цитата приведена дословно – к счастью, мнение было выражено не публично и не в отношении меня, а в частной беседе при обсуждении вопросов адвокатуры. Переубедить судью мне не удалось – настолько укоренено в нем неверное понимание значения ордера в гражданском процессе. И таких судей по всей стране очень много.

В связи с этим считаю, что для полноценного оказания доверителю квалифицированной юридической помощи по гражданскому делу весьма желательно получить от него доверенность – независимо от того, будет ли доверитель лично участвовать в судебных заседаниях и намеревается ли адвокат своими действиями реализовывать специальные полномочия, право на которые может быть подтверждено исключительно доверенностью.

Более того, в моей практике встречались случаи, когда контрагенты по переговорам, сочтя личное подтверждение доверителем моих полномочий как представителя недостаточным, требовали, чтобы я представил также доверенность.

Кроме того, упоминание в Законе об адвокатуре об ордере ведет к тому, что его предъявления начинают требовать тогда, когда его наличие (и, соответственно, предъявление) совершенно не предусмотрены действующим законодательством (при том, что согласно п. 2 ст. 6 Закона об адвокатуре ордер должен предъявляться лишь в случаях, прямо предусмотренных законом). Например, в моей практике были ситуации, когда адресаты адвокатских запросов требовали приложить к запросу ордер (такое требование, разумеется, не является законным).

По моему убеждению, основанному на адвокатской практике именно по гражданским делам, сфера применения ордера должна быть значительно сокращена – считаю необходимым подтверждение этим документом полномочий адвоката лишь в следующих обстоятельствах:

– при оказании юридической помощи в качестве защитника по уголовным делам и по делам об административных правонарушениях;

– оказание юридической помощи в качестве представителя в гражданском судопроизводстве по назначению суда (так как ответчик отсутствует и вследствие этого в принципе не может оформить и передать адвокату доверенность).

Во всех остальных случаях целесообразно подтверждение полномочий адвоката доверенностью, выданной доверителем.

Однако такой подход может быть реализован лишь при внесении соответствующих изменений в законодательство об адвокатуре и о гражданском судопроизводстве. Пока же они не внесены, у каждого адвоката в случае отказа суда признать наличие у него общих процессуальных полномочий, подтвержденных ордером, есть два пути: доказывать необоснованность требования суда и настаивать, что ордер является подтверждением общих полномочий адвоката, приводя доводы, прекрасно изложенные в статье Андрея Стрижака, или выполнить требование суда и при необходимости реализации специальных полномочий подтвердить их, получая от доверителя и предъявляя доверенность.

В завершение отдельно хочу высказать соображения о причинах дуализма ордера и доверенности, а также о глобальных причинах важности этой темы для адвокатуры.

Корни проблемы произрастают из исторического выбора, сделанного разработчиками Судебных Уставов (и конкретно – Учреждения судебных установлений), утвержденных императором Александром II в 1864 г. Применительно к регулированию адвокатской деятельности и организации адвокатуры разработчики Судебных Уставов изучали современный им в 50–60-е гг. XIX в. опыт ведущих стран Европы – Франции, Великобритании, Пруссии, Австрии, иных германских государств. И если в отношении организации адвокатуры опыт французской адвокатуры был воспринят хотя бы отчасти, то применительно к адвокатской деятельности и ее осуществлению однозначно был взят за основу опыт германской адвокатуры. Он состоял в том, что, в отличие от Франции и Великобритании, где адвокат был сугубо правозаступником, готовившимся к выступлению в суде и выступавшим там с речью в защиту доверителя (а всю текущую работу по делу выполняли действовавшие параллельно ему и в сотрудничестве с ним судебные представители), в германских государствах адвокат совмещал функции правозаступника и судебного представителя, самостоятельно проводя в интересах доверителя весь процесс от начала и до конца. В гражданском судопроизводстве эта модель существовала и в российской присяжной адвокатуре, откуда она, возродившись, перешла в советскую адвокатуру и, соответственно, стала основой современной российской адвокатуры.

Именно эта двойственность статуса проявляется в дуализме рассматриваемых документов. Так, ордер, выдаваемый самим адвокатским сообществом (адвокатскими образованиями) в подтверждение принятия поручения, – это оформление функции правозаступничества, в то время как доверенность, выдаваемая доверителем, – функции судебного представительства.

К слову, двойственность правового статуса адвоката при оказании юридической помощи помимо института ордера проявляется и в наличии статусных прав, с помощью которых адвокаты собирают доказательства: если адвокат является только правозаступником, ему нет необходимости заботиться о сборе доказательств, поскольку их соберет судебный представитель, а он всего лишь обобщит и на основании полученных данных подготовит речь и выступит с нею в суде.

Однако пока российское законодательство действует в нынешней редакции, соединение адвокатом функций правозаступника и судебного представителя нужно воспринимать как объективную реальность. А это заставляет каждого адвоката, столкнувшегося с неверным толкованием судом значения ордера, вновь возвращаться к необходимости выбора одного из двух указанных путей.

Рассказать:
Другие мнения
Кудряшова Анна
Кудряшова Анна
Адвокат АП Челябинской области
Об охране труда адвоката
Адвокатура, государство, общество
Правоохранительным органам и судам недопустимо принуждать адвокатов к работе за пределами рабочего времени
15 Октября 2021
Лапинский Владислав
Лапинский Владислав
Председатель президиума КА «Лапинский и партнеры»
Представитель адвокатской палаты – кто он?
Защита прав адвокатов
О необходимости детального урегулирования его полномочий в УПК
08 Октября 2021
Хмыров Ростислав
Хмыров Ростислав
Вице-президент АП Краснодарского края, председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП КК, председатель КА «Хмыров, Валявский и Партнеры»
«Адвокат для адвоката»?
Защита прав адвокатов
О праве представителя адвокатской палаты защищать профессиональные права коллег – защитников в уголовном процессе
21 Сентября 2021
Краузе Сергей
Краузе Сергей
Заместитель президента АП Санкт-Петербурга, председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП СПб
Если отвод необоснован
Защита прав адвокатов
Активная позиция защитника помогла добиться признания его отвода следователем незаконным
15 Сентября 2021
Хмыров Ростислав
Хмыров Ростислав
Вице-президент АП Краснодарского края, председатель Комиссии по защите профессиональных прав адвокатов АП КК, председатель КА «Хмыров, Валявский и Партнеры»
В защите прав адвокатов каждая удовлетворенная жалоба – победа
Защита прав адвокатов
Почему незаконные действия следователей и суда необходимо обжаловать
23 Августа 2021
Челохсаев Тимур
Челохсаев Тимур
Адвокат АБ Краснодарского края «Сила Слова»
Судопроизводство требует совершенствования
Адвокатура, государство, общество
О законодательных инициативах в рамках предвыборной программы «Доступное правосудие»
20 Августа 2021
Яндекс.Метрика