×

Споры вокруг ордера как отголоски истории адвокатуры

Двойственность правового статуса адвоката проявляется в дуализме ордера и доверенности
Макаров Сергей
Макаров Сергей
Советник ФПА РФ, руководитель практики по семейным и наследственным делам МКА «ГРАД», к.ю.н., доцент Университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА), адвокат АП МО

30 ноября в «АГ» был опубликован весьма основательный и очень хорошо аргументированный материал адвоката Андрея Стрижака о том, какими полномочиями обладает адвокат, выступающий в гражданском судопроизводстве в качестве представителя стороны (или третьего лица) и действующий только на основании ордера, выданного адвокатским образованием, – т.е. без оформления и, соответственно, предъявления доверенности от доверителя.

Читайте также
Правомочия адвоката по ордеру в гражданском процессе
В каких случаях доверенность необходима, а в каких – нет
30 Ноября 2020 Мнения

При всей аргументированности позиции автора выскажу и обосную противоположный взгляд на ордер и его значение.

По моему убеждению, ордер, выдаваемый адвокатским образованием, – это советский анахронизм, от которого нужно избавляться, поскольку никакой полезной с практической точки зрения нагрузки он не несет. Данный документ изначально призван указывать на наделение определенными полномочиями лиц, обладающих адвокатским статусом (ибо лица, не являющиеся адвокатами, в принципе лишены возможности подтверждать свои полномочия с помощью ордера).

Хотя Андрей Стрижак полностью обосновал, что предъявление ордера в гражданском судопроизводстве подтверждает наличие у адвоката всех полномочий, не требующих специального обозначения в доверенности, каждый раз каждому судье, не признающему такое толкование или не знающему о нем, невозможно доказывать обратное – даже с учетом приведенной в статье позиции Верховного Суда РФ.

Например, несколько лет назад в личной беседе с судьей тот ответил: «Адвокат по ордеру? Какое право есть – присутствовать в судебном заседании? Вон там стул у двери стоит, вот там и присутствуйте». Цитата приведена дословно – к счастью, мнение было выражено не публично и не в отношении меня, а в частной беседе при обсуждении вопросов адвокатуры. Переубедить судью мне не удалось – настолько укоренено в нем неверное понимание значения ордера в гражданском процессе. И таких судей по всей стране очень много.

В связи с этим считаю, что для полноценного оказания доверителю квалифицированной юридической помощи по гражданскому делу весьма желательно получить от него доверенность – независимо от того, будет ли доверитель лично участвовать в судебных заседаниях и намеревается ли адвокат своими действиями реализовывать специальные полномочия, право на которые может быть подтверждено исключительно доверенностью.

Более того, в моей практике встречались случаи, когда контрагенты по переговорам, сочтя личное подтверждение доверителем моих полномочий как представителя недостаточным, требовали, чтобы я представил также доверенность.

Кроме того, упоминание в Законе об адвокатуре об ордере ведет к тому, что его предъявления начинают требовать тогда, когда его наличие (и, соответственно, предъявление) совершенно не предусмотрены действующим законодательством (при том, что согласно п. 2 ст. 6 Закона об адвокатуре ордер должен предъявляться лишь в случаях, прямо предусмотренных законом). Например, в моей практике были ситуации, когда адресаты адвокатских запросов требовали приложить к запросу ордер (такое требование, разумеется, не является законным).

По моему убеждению, основанному на адвокатской практике именно по гражданским делам, сфера применения ордера должна быть значительно сокращена – считаю необходимым подтверждение этим документом полномочий адвоката лишь в следующих обстоятельствах:

– при оказании юридической помощи в качестве защитника по уголовным делам и по делам об административных правонарушениях;

– оказание юридической помощи в качестве представителя в гражданском судопроизводстве по назначению суда (так как ответчик отсутствует и вследствие этого в принципе не может оформить и передать адвокату доверенность).

Во всех остальных случаях целесообразно подтверждение полномочий адвоката доверенностью, выданной доверителем.

Однако такой подход может быть реализован лишь при внесении соответствующих изменений в законодательство об адвокатуре и о гражданском судопроизводстве. Пока же они не внесены, у каждого адвоката в случае отказа суда признать наличие у него общих процессуальных полномочий, подтвержденных ордером, есть два пути: доказывать необоснованность требования суда и настаивать, что ордер является подтверждением общих полномочий адвоката, приводя доводы, прекрасно изложенные в статье Андрея Стрижака, или выполнить требование суда и при необходимости реализации специальных полномочий подтвердить их, получая от доверителя и предъявляя доверенность.

В завершение отдельно хочу высказать соображения о причинах дуализма ордера и доверенности, а также о глобальных причинах важности этой темы для адвокатуры.

Корни проблемы произрастают из исторического выбора, сделанного разработчиками Судебных Уставов (и конкретно – Учреждения судебных установлений), утвержденных императором Александром II в 1864 г. Применительно к регулированию адвокатской деятельности и организации адвокатуры разработчики Судебных Уставов изучали современный им в 50–60-е гг. XIX в. опыт ведущих стран Европы – Франции, Великобритании, Пруссии, Австрии, иных германских государств. И если в отношении организации адвокатуры опыт французской адвокатуры был воспринят хотя бы отчасти, то применительно к адвокатской деятельности и ее осуществлению однозначно был взят за основу опыт германской адвокатуры. Он состоял в том, что, в отличие от Франции и Великобритании, где адвокат был сугубо правозаступником, готовившимся к выступлению в суде и выступавшим там с речью в защиту доверителя (а всю текущую работу по делу выполняли действовавшие параллельно ему и в сотрудничестве с ним судебные представители), в германских государствах адвокат совмещал функции правозаступника и судебного представителя, самостоятельно проводя в интересах доверителя весь процесс от начала и до конца. В гражданском судопроизводстве эта модель существовала и в российской присяжной адвокатуре, откуда она, возродившись, перешла в советскую адвокатуру и, соответственно, стала основой современной российской адвокатуры.

Именно эта двойственность статуса проявляется в дуализме рассматриваемых документов. Так, ордер, выдаваемый самим адвокатским сообществом (адвокатскими образованиями) в подтверждение принятия поручения, – это оформление функции правозаступничества, в то время как доверенность, выдаваемая доверителем, – функции судебного представительства.

К слову, двойственность правового статуса адвоката при оказании юридической помощи помимо института ордера проявляется и в наличии статусных прав, с помощью которых адвокаты собирают доказательства: если адвокат является только правозаступником, ему нет необходимости заботиться о сборе доказательств, поскольку их соберет судебный представитель, а он всего лишь обобщит и на основании полученных данных подготовит речь и выступит с нею в суде.

Однако пока российское законодательство действует в нынешней редакции, соединение адвокатом функций правозаступника и судебного представителя нужно воспринимать как объективную реальность. А это заставляет каждого адвоката, столкнувшегося с неверным толкованием судом значения ордера, вновь возвращаться к необходимости выбора одного из двух указанных путей.

Рассказать:
Другие мнения
Кудряшова Анна
Кудряшова Анна
Адвокат АП Челябинской области
Если во взыскании оплаты защиты по назначению в полном объеме отказано…
Защита прав адвокатов
Решение проблемы требует системного подхода
18 Декабря 2020
Заблоцкис Александр
Заблоцкис Александр
Председатель Московской коллегии адвокатов А1
Новая модель социальной адвокатуры: помощь малому и среднему бизнесу
Адвокатура, государство, общество
Социальные некоммерческие проекты помогут усилить роль адвокатуры в обществе
07 Декабря 2020
Шишанова Антонина
Шишанова Антонина
Юрист практики по интеллектуальной собственности/информационным технологиям «Качкин и партнеры»
Единственное преимущество – адвокатский запрос
Правовые вопросы статуса адвоката
Основная трудность в спорах о незаконном использовании объектов интеллектуальной собственности в Сети – определение субъекта нарушения
01 Декабря 2020
Хасанов Марат
Хасанов Марат
Партнер юридической группы «Парадигма»
Особый публично-правовой статус адвоката – не гарантия выигрыша
Правовые вопросы статуса адвоката
Адвокатский запрос эффективен, но адвокат несет и специальные обязанности
01 Декабря 2020
Зуйков Сергей
Зуйков Сергей
Управляющий партнер, патентный поверенный РФ, Евразийский патентный поверенный
Преимущество привлечения адвоката – право на адвокатский запрос
Правовые вопросы статуса адвоката
По профессиональным навыкам патентный поверенный –предпочтительнее
01 Декабря 2020
Малахов Борис
Малахов Борис
Партнер, руководитель практики интеллектуальной собственности LIDINGS
Эксклюзивные преимущества статуса адвоката
Правовые вопросы статуса адвоката
О целесообразности взаимодействия правообладателей с адвокатами для надлежащей защиты интеллектуальной собственности
01 Декабря 2020