Возможна ли в России консолидация активов и пассивов аффилированных компаний для целей банкротства? Следует ли считать аудитора аффилированным с его клиентом? Нужно ли понижать в очередности текущие требования аффилированного с должником кредитора? Если аффилированный поручитель заплатил долг за должника, то нужно ли понижать в очередности суброгационное требование поручителя к должнику? Ответы на эти и многие другие острые вопросы были рассмотрены ВС РФ в I квартале 2022 г.
За рассматриваемый период Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ (далее – Коллегия) разрешила немало интересных кейсов. Так, новым словом в российском банкротном праве стало введение элементов группового банкротства, а именно: материальной консолидации активов и пассивов группы компаний. Правда, при ближайшем рассмотрении реальность оказывается гораздо скромнее, в действительности речь лишь о том, что в отношении некоторых сумм (представляющих собой текущую задолженность перед аффилированным кредитором) ВС РФ ввел специальный режим их распределения, отличный от предусмотренного законом общего режима для конкурсной массы должника. Не менее интересен и вывод из другого дела, рассмотренного в этот же период: о том, что нельзя считать аудитора аффилированным с его клиентом лишь в силу наличия договора на проведение аудита. Крайне важный вывод для всех аудиторов, хотя вряд ли его можно назвать новым словом в праве. Печально, что для разрешения этого тривиального вопроса дело должно было дойти до высшей судебной инстанции, а для самих аудиторов (ни много ни мало – «Эрнст энд Янг – оценка и консультационные услуги») еще печальнее оказалось то, что в итоге ВС РФ, несмотря на безумную мотивировку «аффилированности», оставил полностью в силе акты нижестоящих судов, сославшись на то, что оказание услуг клиенту якобы не было доказано. А теперь об этом и многом другом подробнее.
