Автор настоящего отклика на статью Александра Мелешко «Защитники под атакой» (см.: АГ. 2018. № 8 (265)) считает спорным утверждение о пользе для адвокатов доводить до логического конца концепцию недопустимости злоупотребления правом, а предложение применять абз. 2 п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 г. № 29 «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» (далее – постановление № 29) против стороны обвинения по процессуальной аналогии – неправильным вектором поведения.
В рассматриваемой статье автор затронул очень сложную и в то же самое время чрезвычайно актуальную тему фактического неравенства сторон обвинения и защиты в российском уголовном процессе.
После принятия Верховным Судом РФ постановления № 29, где разъяснялось, что «суд может не признать право обвиняемого на защиту нарушенным в тех случаях, когда отказ в удовлетворении ходатайства либо иное ограничение в реализации отдельных правомочий обвиняемого или его защитника обусловлены явно недобросовестным использованием ими этих правомочий в ущерб интересам других участников процесса», и Конституционным Судом РФ постановления от 17 декабря 2015 г. № 33-П, где использовались такие понятия, как «злоупотребление правом со стороны адвоката», «злонамеренное использование права со стороны лица, которому оказывается юридическая помощь», «злоупотребление правом на юридическую помощь и защиту от подозрения и обвинения», в адвокатском сообществе началась серьезная дискуссия.
